Рамина Латышева – Жемчужина Зорро (страница 115)
Изабелла глубоко вздохнула и почувствовала, как внутри что-то постепенно начало разжиматься. Здесь ей ничто не угрожало. Она была спрятана от всего мира. Более надежного места, чем стены Подземелья, невозможно было даже представить. И эти стены дали ей не только защиту, но и все мыслимые удобства.
Девушка даже рассердилась сама на себя за то, что сразу не догадалась вылезти на воздух и довела себя до такого панического состояния. Она еще раз осмотрела свою комнату: тепло, уютно и безопасно.
Это совершенно не ее дело, чем занимается Зорро, и с кем и каким образом он связан. Он спас ей жизнь, он дал ей крышу над головой, он тратил на нее свое время и силы, он столько сделал для нее. Кто она ему такая, чтобы вмешиваться в его дела, пусть даже только в мыслях? Ей просто нужно быть ему за все благодарной и больше ни о чем не думать. В конце концов, если бы он не оказался связан с Лукардом, возможно, она так до сих пор и оставалась бы принцессой Британии. Кери никогда не познакомилась бы с Рикардо, а она сама продолжала бы жить чужой жизнью на чужой земле. Она не встретила бы своего отца, своего крестного, своего брата, свою маму…
Изабелла вздрогнула. Встреча с мамой сейчас казалась ей самым ненастоящим воспоминанием. Прошло столько времени, а Зорро ничего не говорил. Что они сейчас делают? Живут ли все в том же каменном доме? Кто им там помогает? Или они полностью предоставлены сами себе? Не видел ли их кто-нибудь? Ведь тот дом расположен совсем недалеко от гасиенды губернатора. Как ее мама выдерживает эту разлуку с ней и с собственным мужем, который находится так близко и ничего не знает? Что будет с отцом и братом, когда они все встретятся? Когда все это закончится?
Изабелла сделала еще один глубокий вдох и завернулась в одеяло. У нее была слишком нелегкая ночь, а до предполагаемого пробуждения оставалась всего несколько часов. Надо было перестать думать и заснуть. В конце концов утром свежая голова воспринимает окружающую действительность значительно правильнее и спокойнее. Быть может, она в чем-то заблуждается, не зная истинного положения вещей и полагаясь исключительно на свою интуицию? Лучше она вернется ко всем размышлениям завтра, а сейчас нужно было заснуть и ни о чем не думать.
– Тебя не смущает, что на дворе уже семь часов вечера? – гудел кто-то Изабелле прямо под одеяло, в котором она тщетно пыталась спрятаться. – Я все могу понять, но оставить меня один на один с контрольной по субхунтиву – это верх цинизма!
– Кери, – простонала Изабелла, пытаясь собрать разбежавшиеся по всем уголкам головы мысли.
– Ты чем ночью занималась, что тебя из пушек было не поднять? Рикардо даже решил было, что ты отлыниваешь, и поверил только, когда сам попытался тебя разбудить. Мы уже хотели Зорро позвать, может, у него бы получилось, но ты наконец соизволила сама…
Кери осеклась, увидев неестественно увеличившееся глаза своей подруги.
– Он здесь? – прошептала Изабелла.
– Это его дом, если ты еще помнишь.
– Он давно пришел?
– Минут пятнадцать назад.
– И что сказал?
Одно за другим воспоминания о ночных похождениях начали беспощадно врезаться в ее память.
– Поздоровался и сказал, что через пятнадцать минут подойдет на ужин, – подозрительно покосилась Кери.
– А в каком он настроении?
– В обычном. Ты встаешь или нет?
– Он не сердитый?
– Да откуда я знаю!
– А так не видно?
– Нет. Быстро переодевайся и выходи к ужину.
– Не сказал, хочет ли меня видеть?
Фрейлина сощурилась и придвинулась к значительно побледневшему лицу своей принцессы:
– С каждым разом его появление волнует тебя все больше и больше. Ты увидишь его через пятнадцать минут. Или это для тебя это уже слишком долго?
– Нет, я просто…
– Не могла проснуться, потому что тебе снился
Она бы, наверное, прожгла ее насквозь, если бы дверь не затряслась под натиском Линареса и его голос, словно иерихонская труба, не возвестил, что на печи сейчас что-то подгорит. Фрейлина испарилась незамедлительно, оставив Изабеллу в леденящем оцепенении.
Он же не должен был сегодня прийти. Он должен быть сейчас в этом "секторе". Почему вдруг так резко поменялись его планы? Она же четко слышала, что он вернется не раньше, чем через три дня. Значит, случилось что-то из ряда вон выходящее?
Изабелла, вопреки всему здравому смыслу, молила небеса, чтобы это было связано с Фионой или домом губернатора, потому что, если на их военном фронте все было по-старому, то единственной причиной его внезапного возвращения могла быть только… она.
Девушка не представляла, что будет делать, когда увидит его. О том, что она будет говорить, Изабелла даже не думала, потому что сейчас судорожно пыталась вспомнить, как надо ходить и держать столовые приборы. Но появляться последней ей было категорически нельзя. Она уже должна сидеть на своем месте к тому моменту, как он подойдет, чтобы ее опоздание ни в коем случае не расценилось как неуважение. Да и, кроме того, она не сможет пройти к дивану и не упасть по дороге, если он уже будет находиться там и невзначай посмотрит в ее сторону.
Последняя мысль практически приподняла ее над землей и, вихрем пронесши мимо шкафа с одеждой, увлекла в главный зал.
Молодые люди сидели под излюбленным деревом на берегу небольшого озера и слушали баллады Рикардо. Изабелла до сих пор не могла поверить, что все обернулось таким благоприятным для нее образом.
Она не ошиблась в расчетах и успела проскочить к своему месту до того, как туда пришел Зорро. Фрейлине также, по счастью, не потребовалась ее помощь, потому что весь ужин перетаскал из кухни в зал сияющий Рикардо. Он уже давно унюхал аромат любимой паэльи, рецепт которой Кери умудрилась стащить на кухне в крепости в первый же день своего пребывания там, и вился около кухонной двери последние двадцать минут.
Время за столом пролетело быстро и спокойно. Зорро весь ужин отвечал на вопросы Линареса о последних новостях из Эль Пуэбло и о ситуации в целом, и Кери даже несколько раз сделала Рикардо замечание, чтобы он дал Зорро спокойно поесть. Изабелла сидела тише воды, ниже травы, чтобы не издать лишний звук и ненароком не напомнить о своем присутствии, а когда трапеза закончилась, оказалась в первых рядах желающих удалиться на кухню с переполненными подносами тарелок и бокалов.
В конце концов молодые люди приняли решение выбраться на воздух с фруктами и напитками и в течение получаса обосновались на покрывалах. Рикардо, довольный, как объевшийся кот, что-то непрерывно мурчал себе под нос и таким образом навел себя на мысль о том, что недавно видел на одной из стен подсобки гитару. Керолайн, до этого в качестве упражнения сосредоточенно рассказывавшая Зорро в мельчайших деталях рецепт недавно уничтоженной паэльи, тут же уцепилась за идею своего трубадура и выказала сильнейшее желание послушать испанские песни.
Зорро без каких-либо возражений принял их замысел и принес инструмент. Изабелла же только и успевала, что ежеминутно ловить себя на воспоминаниях о ночных похождениях и немедленно выкидывать их из головы, потому что ей казалось, что, стоит Зорро в подобный момент посмотреть ей в глаза, как он непременно все увидит и узнает. Ее покровитель ничего не подозревал, а значит, ей нужно было делать вид, что ничего не произошло.
Он ничего не подозревал. Это было так невероятно! Изабелла никак не могла заглушить чувство непередаваемого торжества, затаившегося где-то в глубине сознания. Неужели она столько узнала о нем, а он даже не имел об этом представления? Он, бывший в курсе всех событий и явлений полуострова. Или теперь уже – всей Атлантики?
У нее побежали мурашки. Если бы только Рикардо и Кери знали, кто сейчас сидит рядом с ними и потакает их прихотям…
– Вечерняя, ободрительная, – внезапно объявил Рикардо и тут же забегал пальцами по грифу.
Боже правый, кто бы мог подумать, что Линарес умел играть на гитаре и обладал таким красивым голосом! У него был прекрасный слух, отличная техника и невероятный запас музыкальных приемов, которые вкупе с лукавыми подмигиваниями и неоднозначными взглядами растопили его музу почти до основания. Если бы вокруг росли цветы, Кери сейчас забросала бы его с головой букетами и венками, но и без этого восторг в ее бесконечных небесно-голубых глазах захлестнул, кажется, не только исполнителя, но и все озеро вместе с Подземельем.
Изабелла моментально забыла обо всем на свете и только и смогла, что открыть рот и во все глаза смотреть на такое неожиданное амплуа своего брата.
Не успела прозвучать последняя нота, как девушки разразились аплодисментами и тут же потребовали продолжения.
– Лесная, лирическая, – без лишних уговоров возвестил Рикардо и снова заиграл.
Кери прижала руки к груди и, не дыша, обратилась в слух, а Изабелла вдруг с удивлением поняла, что знает эту мелодию. Она не представляла, как и где, но была абсолютно уверена, что слышала ее. Эти ноты так странно отдавались в ее голове, что на минуту ей даже стало не по себе, и она с трудом дождалась окончания песни, чтобы задать животрепещущий вопрос.
Слова уже почти было сорвались с ее губ, как вдруг Рикардо, проведя рукой по струнам в последнем аккорде, сам произнес: