Рам Дасс – Пути к Богу: Жизнь по Бхагавадгите (страница 54)

Я не уверен, что Элизабет доводит эту линию до конца. Приятие — не последняя остановка на пути. Все эти пять стадий суть психологические состояния, через которые мы проходим, когда непосредственно сталкиваемся со смертью, и с духовной точки зрения их совершенно недостаточно. Приятие может быть просто на словах: «Отлично. Я умираю. Хорошо, пусть будет так». В такой формулировке всё ещё есть слабая привязанность к мысли: «Это я собираюсь умереть». Духовный взгляд на вещи ведёт нас дальше приятия. Для идущих по этому пути смерть — лишь ещё одна дверь, ещё одна открывающаяся возможность, и все духовные практики на самом деле направлены на подготовку к этому моменту.

Если мы принимаем для себя вероятность реинкарнации, то должны понять, что мысли, с которыми мы умираем, имеют первоочередное значение, ибо они непосредственным образом влияют на то, что случится потом. Я имею в виду, что то, чего мы хотим в момент смерти, может исполниться за её порогом. Об этом говорится в том пассаже из Еиты, который я уже цитировал, где Кришна говорит: «Те, кто молится богам, уходят к богам». Но миры богов и адские миры, да и вообще все мыслимые миры суть лишь новые формы, новые инкарнации. Возможно, они кажутся нам более интересными, чем те, с которыми мы привыкли иметь дело на этом плане, но тем не менее они — лишь новые вуали между нами и Тем, кого мы зовём Возлюбленным.

Если мы хотим избежать новых воплощений, лучшее, что мы можем для этого сделать в момент смерти, это не иметь вообще никаких мыслей в голове. В момент смерти все мы — действительно все — вступаем в царство чистого света. Каждый из нас переживает слияние с Брахманом, с Великой Пустотой, погружается в нирвану. Но для того, чтобы выстоять под напором кармических сил, нужно иметь сознание, прошедшее глубокую духовную подготовку, — ибо мощные импульсы мыслей, чувств и желаний будут тянуть нас обратно в мир форм. Когда нами овладеет действительно сильное желание, мы отвернёмся от света, и последуем за ним, и начнём нисходить обратно через последовательность бардо, пока не достигнем плана, на котором наше желание сможет осуществиться. Но тот, у кого на момент смерти не осталось желаний, кто может сказать: «Вот жизнь, вот смерть. Да!», тот не получает ничего и ничего не отвергает. И тогда после смерти такой человек освобождается от Колеса Перевоплощений. Он умирает и затем рождается в Боге.

Заключение

Раз уж мы с вами дошли до заключения, традиция требует, чтобы мы оглянулись назад на проделанный путь и попытались осознать, куда же он нас завёл. Для этого нам, как мне кажется, стоит сделать следующее: во-первых, свести воедино те несколько линий мысли, за которыми мы следовали на протяжении всей книги, подобрать хвосты и добиться некоторого чувства завершения пути. И, во-вторых, попытаться понять, какое же отношение всё это имеет к Бхагавадгите.

По поводу последнего пункта хочу оговориться сразу: мне кажется, что связь между этой книгой и Гитой получилась несколько более тонкой, чем можно было предположить заранее. Несмотря на то что я предполагал написать книгу о Гите, большая её часть оказалась не связанной с этим источником напрямую в техническом смысле слова. То есть у нас получился явно не текстологический дискурс, чего можно было бы ожидать, равно как и не простая интерпретация шлок. Полагаю, лучше всего было бы сформулировать так: эта книга представляет собой мои комментарии основополагающих принципов, на которых строится Гита, и свод размышлений относительно того, каким образом мы можем использовать практики Гиты в своей повседневной духовной жизни. Именно эти аспекты Гиты мы с вами и исследовали всю дорогу.

В заключение я хотел бы сказать, что, по-моему, стоило бы подождать с выводами до тех пор, пока книга не принесёт плоды в сердце каждого из её читателей, пока учение Гиты не станет частью нашего личного опыта. Я вижу свою задачу не в том, чтобы связать всё в один тугой узелок, а в том, чтобы проследить ход основных нитей мысли на протяжении всей книги.

Оглядываясь назад, мы видим, что главной темой книги было то, что Бхагавадгита предлагает нам подробную карту путей нашей садханы. В Гите представлена система практик, называемых йогами, целью которых является слияние индивидуума с Брахманом, с Единым. Когда эти практики начинают работать, как это случилось с Арджуной, приходит Мистическое Видение.

В одиннадцатой главе Гиты нам даётся намек, на что такое видение похоже. Арджуна говорит Кришне: «Я слышал из уст твоих слова истины, но сердце моё жаждет узреть тебя как Господа всего сущего»[114]. И тогда, поскольку герой уже подготовился к этому внутренне, Кришна дарит ему «божественное видение», и Арджуна видит его в космической форме, внушающей страх и трепет. Он зрит всю Вселенную — перед собой, вокруг себя — блистающую, как тысяча солнц; и всё это великолепие Кришна одновременно вбирает в себя и вновь исторгает вовне.

От этого видения у Арджуны срывает крышу. Он заявляет: «Я видел то, что никто до меня не видел. Я полон восторга, и всё же страх в сердце моём. Помилуй меня, Господи, предстань передо мною вновь в твоём человеческом облике»[115]. Разум Арджуны не в силах вместить мистического видения; он хочет вернуться к привычному восприятию, увидеть Кришну в его человеческой форме. Но в результате этого опыта Арджуна оставляет последние сомнения и смиряется со своей дхармой. С этого момента Кришна начинает давать ему указания в более прямой форме, ибо у Арджуны более нет искушений.

Однако дело в том, что, когда Арджуна сталкивается с этим невероятным опытом, он уже ведёт очень чистую с духовной точки зрения саттвическую жизнь. Уже сам факт, что Кришна имеет с ним дело, говорит о том, что Арджуна весьма преуспел в отказе от убийства, воровства, лжи, похоти, отношений «ты мне — я тебе». Восприятия космической формы Бога приходит уже после того, как всё это становится данностью; нужно только учение Кришны и капелька новой мудрости высшего порядка.

Приготовления к получению мистического опыта очень важны. Вспомните, что мы говорили о низшей мудрости и высшей мудрости. Низшей мудростью интеллект может манипулировать, играть ею, постигать её, концептуализировать и так далее, в то время как высшая мудрость приходит исключительно в результате инициации. Источником высшей мудрости является прямой опыт; её нельзя получить — ею нужно стать. Именно это и помогает нам сделать Гита. В первых нескольких главах этой книги присутствует и низшая мудрость, затем следуют практики очищения, работа с которыми открывает путь к высшей мудрости. Только высшая мудрость даёт нам возможность получить некоторую разновидность непосредственного опыта — а именно ту, с которой столкнулся Арджуна в главе 11.　

Многие из тех, кто использовал психоделики, получили всю последовательность в обратном порядке. Прежде чем мы успели прочитать главы с первой по десятую, на нас свалился непосредственный опыт из одиннадцатой. Мы обрели невероятное видение высшей реальности без какого бы то ни было структурного понимания происходящего, без надлежащего очищения, которое подготовило бы нашу природу к его принятию. К сожалению, таковы издержки использования психоделиков. Но иногда эти видения всё же побуждали нас возвращаться немного назад и искать очищения, искать высшей мудрости, чтобы основа дальнейшего пути стала принципиально другой. И хотя широко распространившаяся в последнее время в Соединённых Штатах йога выглядит несколько не так, как это описывается в Бхагавадгите, благодаря психоделикам нам удалось изменить своё восприятие и отказаться от тотально экстернализированного, мирского, философско-материалистического мышления Запада, теперь мы готовы услышать то, что нам говорит Гита, и стать живым воплощением высшей мудрости — Человеком Освобождённым.

Гита предлагает нам набор техник, которыми мы теперь уже готовы пользоваться. Мы применяем их, несмотря на то что знаем — вся практика, по большому счёту, суть пускание пыли в глаза. Мы делаем всё это, потому что ощущаем необходимость в практике, потому что нас интуитивно влечёт к ней. Что-то внутри нас настоятельно требует этого. Во всей этой ситуации есть некоторое противоречие, ибо мы знаем, что все наши драмы, в том числе и та, которая называется «Я стремлюсь к просветлению», — не более чем многочисленные покровы, не дающие нам разглядеть, кто же мы есть на самом деле. Так что драма «Достижение просветления» не даёт нам достичь его по-настоящему. Но затем даже они становятся для нас стимулом для дальнейшего углубления духовной практики, ибо теперь они исходят из более чистого внутреннего источника и круговорот движется дальше. С более высокого уровня хорошо видно, что достижение совершенства включает в себя использование различных методик. Мы осознаём, что делать на самом деле ничего не нужно, но в том состоянии абсолютной открытости всем возможностям, которые предоставляет жизнь, нам естественным образом хочется работать над собой.

Когда мы уже готовы приступить к практике, Гита предоставляет широкий спектр разнообразных йог, которые можно и нужно применять в повседневной жизни. По существу, йога — это любая практика, которой мы занимаемся с намерением стать ближе к Богу. Ключом является именно намерение. Мартин Барбер говорил: «Нет ни единого действия, которое человек не мог бы превратить в путь к Богу».