Ракс Смирнов – Вечные: Вита (том 4) (страница 2)
– Яна! Ты жива! – перебил он, не дав ей договорить. – Господи, я так рад слышать твой голос!
– Эм… ну, вроде жива, – она растерянно усмехнулась. – Мы же сегодня утром в «Инсайде» переписывались. Забыл, что ли?
Конечно, забыл. Для неё прошёл всего один день. А для него больше пятнадцати лет, прожитых внутри временной аномалии.
– Кот? – обеспокоенно позвала Яна.
– Ты сейчас дома?
– Ну… да. А что случилось? Ты в порядке?
Он взглянул на часы. 20:30. Ближайший рейс на Москву – в 22:05. Успевает.
– Вылетаю к тебе! – голос дрожал от радости. – Мне нужно многое рассказать… и я очень хочу тебя увидеть.
– Ох… – она будто растерялась. – Но ты же говорил, прилетишь через пару дней… – в голосе прозвучала лёгкая настороженность.
– Ты не хочешь меня видеть?
– Хочу, просто… неожиданно. Что случилось-то?
– Скоро всё узнаешь. Вылетаю!
– Погоди, может, подождём до за…
Он сбросил вызов. Никаких «завтра». Только сейчас.
Стас отключил автопилот и, наплевав на все правила, резко нажал на газ. Машина сорвалась с места, рёв мотора прорезал вечерний воздух, и он помчался в сторону аэропорта.
До Москвы он добирался куда дольше обычного. Сначала прямо посреди дороги машина вдруг решила обновить прошивку, чего в движении происходить не должно. Автопилот включился сам, принудительно остановил автомобиль на обочине.
На панели, вместо привычных шкал спидометра, расплылось огромное уведомление:
«Обновление системы. Дальнейшее движение невозможно. Оставшееся время – 2 часа 30 минут».
Стас бросил машину прямо на трассе, сейчас она ничего для него не значила. В голове была только одна мысль: увидеть Яну.
Он чудом поймал попутку, почти бросившись под колёса, иначе никто бы не остановился. Так он всё же добрался до аэропорта вовремя. Но на стойке регистрации его поджидал новый удар: компьютер завис. Когда систему наконец оживили, регистрация уже закрылась. Пара крупных купюр быстро решила вопрос – девушка из авиакомпании, оглянувшись по сторонам, нехотя оформила ему посадку.
Казалось, сама реальность выстраивала цепочку препятствий.
Дальше задержка рейса. Потом заклинивший трап. Затем обледенение двигателей. В итоге поздний вылет. И финалом всего стала аварийная посадка: не в Домодедово, как планировалось, а в Шереметьево, на другом конце города, гораздо дальше от квартиры Яны.
Телефон сел едва он вышел из самолёта, а зарядить было негде. Интернета тоже ноль. Вдобавок по городу шла подготовка к какому-то внеочередному саммиту, из-за чего перекрыли половину Москвы. Стас не мог понять, откуда этот саммит вообще взялся. В той временной линии, где его подставили, в это время столица была пуста.
Когда вторая арендованная машина заглохла на светофоре, всего в трёх километрах от её дома, Котов побежал пешком.
Домофон молчал. Телефон снова потерял сеть. Всё это выглядело как чья-то злая шутка. И всё же он был уверен: он доберётся. Что бы ни было.
Только один нюанс: на часах почти семь утра. Вероятно, Яна просто спит. Если бы не эти бесконечные сбои, он был бы в Москве уже к трём.
Ждать, пока кто-то выйдет? Бессмысленно. В квартиру всё равно не попасть.
И тут всплыло в памяти: в его исходной ветке, в «Белом Кролике», Яна когда-то написала ему код от домофона и квартиры. Запомнить было легко, по забавной ассоциации.
Стас посмотрел на панель.
А вдруг?
Пальцы машинально набрали комбинацию. Щелчок замка. Он вошёл в подъезд.
Дверь квартиры тоже поддалась. Но за ней его уже ждал холодок, скользнувший под кожу.
На первый взгляд всё как раньше. Мебель на своих местах, тот же интерьер. Но что-то не сходилось. Привычные мелочи исчезли. Стены голые, без картин. В прихожей пустые шкафы. Полки в гостиной зияли чёрными проёмами, как выбитые зубы. В кабинете лишь голый стол, пустые ящики.
Он застыл, пытаясь найти логическое объяснение. Мысль о том, что Яна, узнав о его приезде, ночью вывезла вещи, не выдерживала критики. Так быстро не исчезают следы жизни, да и такой идеальный порядок не возникает сам по себе.
Он шёл дальше, ощущая нарастающее волнение, по безликому коридору, мимо пустой кухни-гостиной, к спальне. И там его настигло то, что смело остатки сил и обратило холод в леденящий ужас.
Яна стояла у окна, за аккуратно застеленной кроватью, спиной к нему. Неподвижная. Выпрямившаяся, будто на построении. Голая.
Сердце стучало в ушах. Он не знал, что сказать.
– Яна?.. – выдавил он, почти шёпотом.
Она начала поворачиваться. Медленно. Ненормально медленно, как в фильмах ужасов, где каждая секунда разворота растягивается в вечность.
И когда её лицо оказалось в поле зрения, Стас понял, что лица нет.
Акт I
Катя
Глава 1 – Екатерина Великая
Локация: Империя Упрямовой
Первые лучи солнца проскочили сквозь витражные окна и разбились на полу спальни осколками красного, золотого и синего света. Екатерина уже минут двадцать как проснулась, но вставать не спешила. Так приятно было просто лежать, слушая суетливый шум города через приоткрытое окно: гулкий стук молотков, крики торговцев на главной площади, плеск воды о сваи пристани.
А эти ароматы…
Свияжск по утрам всегда пах особенным образом: свежим хлебом, влажной древесиной и дымом от печей. Как будто не было никакого апокалипсиса, а за пределами каменных стен не бродили уродливые мутанты. На острове жизнь шла совсем иначе. Мирно и… волшебно. Словно в сказке про средневековые королевства.
Потянувшись, императрица Екатерина села на кровати и провела ладонью по мягкому покрывалу из толстой шерсти. Комната встречала её привычным уютом: высокий потолок с тёмными дубовыми балками, ковры ручной работы, кованые светильники вдоль стен.
Дверь тихо скрипнула. Служанка Ольга, в простом, но безупречно чистом платье, вошла, не поднимая глаз:
– Ваш наряд на сегодня, госпожа, – сказала она и положила на спинку кресла длинное тёмно-зелёное платье с серебряной вышивкой. Пояс, массивная пряжка в форме волчьей головы, подарок одного из союзных кланов кочевников, обосновавшихся в Зеленодольске.
В этот момент Екатерина подумала, что давненько от них не было вестей. Надо бы поговорить с Павлом и отправить к ним кого-то. Вроде бы повода для конфликта не наблюдалось, но лучше подстраховаться.
Следом в комнату вошла Настька – служанка помоложе, та, что регулярно приносила последние новости. В руках у неё был деревянный планшет с зафиксированными листами плотной бумаги. Она начала зачитывать свежие вести: рыбаки просят расширить пирс, вчера на ярмарке задержали двоих воришек, из Йошкар-Олы прибыли кочевники…
Екатерина связала волосы в хвост и подошла к Настьке. Взяла у неё планшет, пролистала страницы, на которых аккуратно были выведены пером печатные буквы.
– Опять на бумаге? – спросила она, чуть нахмурившись.
– Да, госпожа, – виновато ответила Настька, уже понимая свой проступок.
– Поняла, что я хочу сказать?
– Да, госпожа. Простите. В следующий раз будет пергамент.
– Вот и умница. Бумага – дефицитный ресурс, – Катя вернула планшет. – У нас ещё два раздела новой конституции впереди, а не вот эта макулатура. Ладно, иди.
В такие моменты она особенно остро ощущала вкус власти. Не в грубом смысле, просто понимала, что мир вокруг неё собран и упорядочен, и любое слово, даже случайно брошенное, может повернуть этот мир в другую сторону.
Она подошла к окну, отдёрнула тяжёлую занавесь. Под ногами раскинулась центральная площадь: широкая, вымощенная камнем, с аккуратными рядами лавок. Стража у ворот стояла как на параде, а по мосту в сторону пристани медленно тянулись повозки. Вдали, за водой, клубился утренний туман, и из него то и дело выплывали силуэты барж.
Екатерина нахмурилась. Ещё несколько лет назад здесь была лишь небольшая деревушка. А на этом конкретном месте вообще пустырь: один покосившийся одноэтажный дом кузнеца и старый амбар у стены. А сейчас – дворец. Их с Павлом дворец. Но при этом… ни одного воспоминания о стройке. Как будто он просто возник сам собой.
– М-да… – тихо пробормотала она. – Быстро же мы всё тут отстроили.
Мысль показалась странной, почти чужой, и Катя тут же отмахнулась. Ну и что, что не помнит деталей? Времена были суматошные, вся эта стройка могла проскочить мимо внимания.
В дверь снова постучали чуть громче:
– Госпожа, Господин ждёт вас в столовой. И… совет перенесли на два часа позже.