Рагим Эльдар – Картина Сархана (страница 49)
– Послушай… – Лиза хотела что-то сказать, но поняла, что это абсолютно бесполезно. Она просто не сможет ничего объяснить. И не потому, что не подберет правильных слов, а потому, что и правда выбила бы опору из-под Николь. Она просто не может позволить этому случиться.
– Просто ответь на вопрос!
Лиза покачала головой. Странная смесь инфантилизма и родительской требовательности. Лиза как будто не оправдала каких-то ожиданий. Николь показала ей музыку, пустила в свой клуб, а она… Тут нечего сказать.
– Прости.
Лиза положила трубку. Задумчиво посмотрела на экран. Могла ли она что-то сделать? Был ли хоть маленький шанс? А потом возник другой вопрос: что бы она делала, если бы была Сарханом? Лиза улыбнулась, нашла в записной книжке номер Миллер и позвонила. Долго слушала гудки, но Анна все-таки ответила:
– Да?
– Это Лиза, мы пару раз виделись…
– Мисс Ру. – Миллер сразу показала, что поняла, кто звонит, и нет смысла тратить время на дальнейшие пояснения. – Чем могу помочь?
– Мы можем встретиться?
– Зачем? – Собеседница несколько удивилась.
– Я точно не знаю, если честно, – призналась Лиза. – Мне просто кажется, что нам нужно поговорить.
– Ну, если так надо… – Миллер задумалась о чем-то. – Можем встретиться в воскресенье.
Лизе показалось, что ее слова прозвучали зловеще.
– А сейчас нет возможности?
– Я на репетиции.
– Я подъеду куда скажете.
Миллер устало вздохнула, но все-таки продиктовала адрес. Лиза положила трубку и позвонила на ресепшен.
– Да, мисс Ру?
– Вызовите мне машину.
– Конечно. Подать на подземную парковку? – правильно поняв, что Лиза намерена покинуть дом, не привлекая внимания, уточнила Хейли.
– Да.
Лиза отправилась сушить волосы и одеваться. Она с отстраненностью наблюдала за своими действиями. Дело не в самих действиях, а в абсолютной тишине, сопровождавшей их. Лиза неторопливо собралась и посмотрела на себя в зеркало. Она вдруг поняла, что тот, кто смотрит из ее глаз, не должен одобрять или не одобрять ее действия. Он может только наблюдать, не давая никаких оценок происходящему. В противном случае он повлияет на происходящее, как она сама недавно. Это бы нарушило принцип свободы воли.
Отправившись на кухню, Лиза взяла телефон и посмотрела на картину Матисса. Повинуясь спонтанному порыву, взяла ее с собой и вышла из квартиры. На этот раз лифт снова ее подвел. Она оказалась в холле. Лиза пожала плечами и хотела было нажать на нужную кнопку, но остановила себя. Вышла из лифта и направилась к стойке.
– Ваша машина ждет вас. Черный «мерседес», – сообщила Хейли.
– Хорошо. – Лиза протянула ей картину и попросила: – Передайте Остину. Это подарок.
Хейли непонимающе уставилась на нее, пытаясь понять, о ком идет речь, потом сообразила, смутилась и кивнула. Лиза вернулась в лифт и спустилась на парковку. Нашла глазами нужную машину. Водитель услужливо открыл перед ней заднюю дверцу и поздоровался:
– Добрый день, мисс Ру.
– Здравствуйте… – она прочла его имя на бейдже, – Амит.
Лиза села в машину и достала из сумочки телефон. Посмотрела на экран и поняла, что мобильник почти разряжен. Поискала глазами зарядку и, конечно, нашла. А еще заметила на приборной панели фигурку какого-то индуистского божества. Человека с головой слона.
– Есть предпочтительный маршрут? – спросил Амит.
– Нет, главное, провезите меня мимо журналистов.
– Хорошо.
Лиза сняла телефон с авиарежима и проверила пропущенные вызовы. Ничего интересного. Потом проверила сообщения. Тут же поняла, зачем вообще полезла в телефон.
Сообщение от Саймона. Лиза посмотрела в окно. Машина как раз выехала с парковки. На этот раз около дома собралась целая армия журналистов. Благо они не могли видеть ее за тонированными стеклами. Лиза вернулась к телефону. Еще одно сообщение. Это от Томаса. Какая-то ссылка. Лиза нажала на нее и удивленно приподняла брови. Она не очень понимала, зачем Том прислал ей ссылку на конкурс фотожурналистов. Пролистала вниз и усмехнулась.
Фотография называлась «Венера Манхэттена». Номинация – «Кадр года». Лиза рассматривала саму себя, запечатленную в тот момент, когда она выскочила из дома в погоне за де Йонг. Лизу ослепило солнце, и она вытянула руки вперед, загораживаясь от него. Поза получилась какой-то… картинной. Приоткрытый рот, растрепанные волосы, – все то, что должно было сделать ее некрасивой, дало обратный эффект. Тень от ее ладоней почти полностью скрывала глаза, делая выражение лица удивительно загадочным. А уж этот проклятый халат будто бы рисовал сам Рафаэль. Босые ноги создавали ощущение, что она вообще не человек и уж точно не из этого мира.
Лиза усмехнулась. В этом фото было очень много жизни и естественной, невыхолощенной красоты. Она мысленно сравнила его с фотографией, сделанной Сарханом. Если бы эти две женщины оказались рядом, то стало бы очевидно, что первая не просто равнодушна, но и смертельно опасна в этом равнодушии. Она просто неспособна к жизни. Не может позволить себе что-то чувствовать, потому что это ее убьет. И в силу происходящего пытается свести весь мир вокруг к тому же.
Дверь машины открылась; Лиза не заметила, что они уже приехали. Амит подал было руку, чтобы помочь ей выйти, но она его опередила и вышла на улицу сама.
– Подождите меня тут, – попросила она.
– Да, мисс Ру.
Лиза посмотрела на некрасивое здание и поежилась. Выглядело оно очень недружелюбно и холодно. От здания веяло неуютностью, неухоженностью и запустением. По фасаду Лиза предположила, что это бывший кинотеатр.
Ее догадка подтвердилась, когда она вошла в холл. Стандартная планировка. Лиза вспомнила, как прогуливала школу в таком же кинотеатре. Она до сих пор помнила, сколько стоил билет на утренний сеанс. Лиза почувствовала запах попкорна и отчетливо услышала звон кассы. Она хорошо отдавала себе отчет в том, что это слуховая галлюцинация, но поделать ничего не могла.
А еще она вспомнила, как однажды мама узнала о прогулах. И устроила скандал прямо в кинотеатре. Менеджер решил, что ему эти проблемы не нужны, и поэтому на следующий день Лизу просто не пустили. Как она ни упрашивала старого кассира, тот только отводил взгляд и виновато качал головой: «Нельзя, распоряжение менеджера, ничем не могу помочь». Ей стало негде пережидать школьные часы. Она как будто лишилась своего убежища.
– С вами все в порядке? – прервал воспоминания голос Миллер.
Девушка внимательно смотрела на Лизу со второго этажа, положив руки на перила так, будто это был балетный станок.
– Да…
– Понимаю. – Миллер еще несколько секунд смотрела, а потом повернулась и скрылась из поля зрения. – Поднимайтесь на второй этаж, в главный зал. Только не мешайте.
– Иду.
Лиза могла бы поклясться, что она в том самом кинотеатре своего детства, если бы не знала, что он находится в другой части города. Правда, мир не треснет пополам, если она будет считать этот кинотеатр тем самым, наплевав на географию, логику и черт знает что еще. Почему бы и нет? Можно сделать допущение, не так ли? Нужно ли строго придерживаться границ объективной реальности?
Лиза вошла в главный зал. Он почти не изменился, разве что появилась сцена. В остальном тот же амфитеатр, может даже сиденья те же.
– Следующий! – Лиза вздрогнула от неожиданности и посмотрела на источник звука.
Во втором ряду сидели два человека. Миллер и какой-то толстый мужчина с планшетом. Именно он подал команду, напугавшую Лизу. Она несколько раз повторила про себя слово «толстый», удивляясь самому факту его появления. Почему не «полный»? Не какой-то еще? Да и в целом он был не таким уж толстым, просто на фоне Миллер казался рыхлым и бесформенным.
Открылась боковая дверь, и в зал вошел мальчик лет пятнадцати. Он на секунду растерялся и заслонил рукой глаза. Лиза отметила, что прожектор, очевидно, специально направлен так, чтобы слепить всех входящих. Миллер сделала едва уловимый жест, и мужчина тяжело вздохнул.
– Следующий! – скомандовал толстяк, делая пометку в своих бумагах.
Мальчик растерялся и замер, не понимая, где допустил оплошность. Но, очевидно, никто не собирался ему ничего объяснять. Лиза даже отсюда видела, как у него скривились губы и затрясся подбородок. Мальчик развернулся и взялся за дверную ручку, чтобы покинуть помещение, но в этот момент снова подал голос толстяк:
– Нет! Через другую дверь! Через ту! – Он ткнул пальцем в противоположную сторону зала. – Сколько можно объяснять? Входите через эту, выхо́дите через противоположную!
Вероятно, таким образом выходившие не могли столкнуться с входившими в зал и никто не мог узнать о фокусе с прожектором, подумала Лиза. Мальчик вздрогнул, развернулся и торопливо пошел через зал. Три пары глаз следили за ним. Тишину нарушал только звук его шагов. Миллер вдруг наклонилась к толстяку и что-то шепнула ему на ухо. Тот кивнул.
Лиза неторопливо, стараясь не шуметь, спустилась до второго ряда и стала двигаться к Миллер. Когда она опустилась на соседнее кресло, мальчик вышел из зала.
– Что там? – спросила Анна у толстяка.
– Сейчас узнаю. – Он достал телефон, набрал чей-то номер и приложил трубку к уху.
– О чем вы хотели поговорить, мисс Ру? – поинтересовалась Миллер.
– Что он сделал не так? – невпопад спросила Лиза.
– Он не танцевал.