Радик Яхин – Сказки для детей 1 (страница 2)

Он протянул Мише ягоды. Те были тёплыми и чуть вибрировали в руке. Миша осторожно положил одну в рот. Ягода растаяла на языке, оставив вкус утреннего неба и вечерней зари. Миша никогда не пробовал ничего вкуснее.

Вдруг где-то вдалеке раздался звон — громкий, настойчивый, похожий на школьный звонок, только красивее.

— Ой, — сказал Селёна. — Это зовут домой. Мама зовёт. Мне пора.

— А мне? — спросил Миша. — Как мне вернуться?

Селёна пожал плечами:

— Ты же через дверь пришёл. Она тебя и выведет. Просто закрой глаза и представь свою дверь. Она всегда найдётся.

Миша закрыл глаза. Он представил свой подъезд, облупившуюся краску на стенах, запах котлет из квартиры на первом этаже, голоса во дворе. И вдруг он почувствовал, что стоит на чём-то твёрдом и знакомом.

Миша открыл глаза. Он стоял на своей лестничной площадке между первым и вторым этажом. Рядом была стена с надписью «Здесь был Коля». Никакой синей двери не было.

Кошка на батарее лениво потянулась и зевнула.

— Миша! Я кому сказала обедать! — мамин голос звучал уже сердито.

— Бегу! — крикнул Миша и понёсся вверх по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.

За обедом он съел тарелку супа, котлету с пюре и выпил компот, но вкус еды почти не чувствовал. Перед глазами всё ещё стояли светящиеся деревья, поющие грибы и Селёна с его огромными глазами.

— Ты чего такой задумчивый? — спросила мама. — Случилось что?

— Нет, — быстро сказал Миша. — Всё хорошо.

Он не знал, можно ли рассказывать про дверь. Вдруг мама не поверит? Вдруг скажет, что это всё выдумки? Или ещё хуже — запретит подходить к тому месту?

После обеда Миша спустился вниз. Стена как стена. Никакой двери. Он потрогал штукатурку — твёрдая, настоящая. Может, ему всё показалось?

Но в кармане куртки, которую Миша снял в прихожей, что-то лежало. Он засунул руку и достал маленькую голубую ягодку. Ту самую, небесную, которую дал ему Селёна. Ягодка слабо светилась в темноте прихожей и пахла утром.

Миша улыбнулся и спрятал ягоду обратно. Значит, не показалось. Значит, дверь была.

Он вышел во двор. Муравей, наверное, уже донёс свою хвоинку до дома. Маша всё ещё качалась на качелях. Солнце наконец выбралось из-за домов и согрело скамейку.

Миша сел и достал из кармана ягодку. Она лежала на ладони, переливаясь голубым. А потом Миша заметил, что на стене дома, как раз напротив его скамейки, появился слабый светящийся контур. Очертания двери. Синей, с медной ручкой в виде льва.

Она была там. Ждала его.

Миша улыбнулся и помахал стене рукой. Контур двери мигнул в ответ и исчез.

— Я ещё вернусь, — шепнул Миша. — Обязательно вернусь.

Прошло три дня. Миша каждое утро спускался вниз и проверял стену. Днём она оставалась обычной стеной с царапинами и рисунками, а вечером, когда солнце садилось и двор погружался в сумерки, на ней проступал слабый светящийся контур двери.

Миша не решался войти снова. Ему казалось, что волшебство может не повториться, что первый раз был случайностью, подарком, который даётся только однажды. Но ягодка в кармане всё ещё светилась и пахла, напоминая: то приключение было настоящим.

В четверг вечером мама ушла к соседке за солью, папа задержался на работе, и Миша остался один. Он подошёл к окну и посмотрел во двор. Солнце уже почти село, небо стало тёмно-синим, почти чёрным, и на этом фоне дома казались игрушечными.

— Пойду, — решил Миша. — Просто посмотрю. Если дверь откроется — зайду. Если нет — значит, не судьба.

Он надел куртку, сунул в карман ягодку на всякий случай и спустился вниз.

В подъезде горела только одна лампочка из трёх, поэтому лестничная клетка утопала в полумраке. Кошка тёти Тани спала на батарее, свернувшись клубочком. Пахло варёной картошкой из квартиры на первом этаже.

Миша подошёл к стене. Контур двери светился ярче обычного. Миша протянул руку — пальцы коснулись не холодной штукатурки, а тёплого дерева. Дверь была здесь.

Лев на ручке снова подмигнул. Миша взялся за кольцо, повернул и потянул на себя.

Дверь открылась.

На этот раз за ней не было темноты. Миша увидел яркий солнечный свет, зелёные листья и что-то большое, полосатое, движущееся. А ещё он услышал звуки. Настоящие звуки джунглей — рёв, крики, щебет, визг, гул. Всё это смешалось в один огромный живой оркестр.

Миша шагнул вперёд.

Он оказался на тропинке посреди огромного зоопарка. Но это был не обычный городской зоопарк с тесными клетками и грустными животными. Здесь всё дышало свободой. Вольеры были такими большими, что их края терялись в зелени. Животные ходили, бегали, летали, не замечая никаких преград.

Над головой с криками пронеслись разноцветные попугаи. Один из них, ярко-красный с жёлтым хохолком, сел на ветку прямо перед Мишей и склонил голову набок, разглядывая гостя.

— Привет, — сказал Миша.

— Привет! — ответил попугай человеческим голосом. — Новенький? А где твоя клетка?

— Я не из клетки. Я просто пришёл.

Попугай удивился, если попугаи вообще умеют удивляться. Он переступил с лапки на лапку и громко объявил:

— Человек без клетки! Свободный человек!

Тут же откуда-то из кустов высунулись мордочки сурикатов. Они встали на задние лапки и уставились на Мишу чёрными глазками-бусинками. Один из них, самый смелый, подбежал поближе и обнюхал Мишины кроссовки.

— Настоящий, — сказал он остальным. — Пахнет домом и чем-то сладким.

— Это ягодка, — объяснил Миша и достал из кармана светящийся плод.

Сурикаты ахнули. Попугай распушил перья.

— Небесная ягода! — закричал он. — Он был в поющем лесу! Он путешественник!

Миша не успел ничего ответить, потому что в этот момент раздался такой рёв, что у него заложило уши. Рёв шёл откуда-то справа, из-за высоких кустов. Сурикаты мгновенно исчезли в норах, попугай взлетел на самую высокую ветку, и только Миша остался стоять на месте, потому что ноги его не слушались.

Из-за кустов вышел лев. Настоящий огромный лев с пушистой гривой, которая переливалась на солнце золотом. Он посмотрел на Мишу жёлтыми глазами, зевнул, показав огромные клыки, и сказал:

— О, новый друг. А я думал, это снова те сурикаты шумят. Здравствуй, мальчик.

Миша сглотнул. Льву он был по пояс, если не считать гривы. Одна лапа зверя была размером с Мишину голову.

— З-здравствуйте, — ответил Миша, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Ты не бойся, — сказал лев. — Мы тут все дружелюбные. Это я рычу для порядка, чтобы все знали, что я главный. А вообще я вегетарианец. Люблю бананы и манго. Хочешь угощу?

Лев махнул лапой в сторону дерева, усыпанного жёлтыми плодами. Миша покачал головой — от волнения кусок в горло не лез.

— Ну как хочешь. А ты надолго к нам? — спросил лев, укладываясь на траву и подставляя гриву солнцу.

— Не знаю. Я через дверь пришёл. Она должна меня обратно позвать.

— Через дверь? — Лев задумался. — Слышал я про такие. Говорят, они водятся в вашем мире. У нас тут своих порталов хватает. Вон за тем водопадом, например, можно в страну снов попасть. А если через пещеру пройти — к динозаврам выйдешь. Только я туда не хожу, они слишком громкие.

Миша уже почти успокоился и начал верить, что лев действительно безобидный, когда раздался новый звук. Топот. Сильный, тяжёлый, приближающийся. Из-за поворота тропинки выбежало стадо зебр. Они неслись так быстро, что полосы на их спинах сливались в одно серое пятно.

— Бежим! — крикнула одна из зебр на скаку. — Там это! Оно снова сбежало!

— Кто сбежал? — спросил лев, поднимаясь.

— Обезьяна! Та самая! Она уже третий вольер разнесла!

Лев вздохнул.

— Мартышка Люси опять хулиганит. Пойдём, мальчик, посмотришь. Только осторожно, она хитрая.

Миша пошёл за львом по тропинке. По пути они встретили жирафа, который ел листья с верхушки дерева и делал вид, что ничего не происходит. Встретили семью пингвинов, которые чинно шествовали к пруду, переваливаясь с боку на бок. Встретили носорога, который дремал в тени и даже не открыл глаза, когда они проходили мимо.

А потом Миша увидел обезьяну.

Маленькая, шустрая, с хитрой мордочкой и длинным хвостом, она сидела на крыше смотрителя зоопарка и грызла банан. Рядом валялись обрывки бумаги, пустые банки и чья-то кепка.