Радик Яхин – Башкирский сокол (страница 2)

Странно.

Он попробовал дату рождения детей. Нет. Кличку собаки. Нет.

— Не получается? — спросил криминалист.

— Он сменил пароль, — сказал Ред. — Раньше был другой.

— Может, отдадим нашим спецам? Вскроют за пару часов.

Ред покачал головой. Что-то подсказывало ему, что в этом ноутбуке ключ к разгадке. И что отдавать его полиции — не лучшая идея.

— Я сам попробую. Если не получится, принесу.

Криминалист пожал плечами и отошел.

Ред еще раз посмотрел на стол. Кроме ноутбука, там лежали бумаги. Счета, квитанции, рекламные буклеты. Ничего интересного. Но взгляд снова упал на вырезанного сокола.

Он достал телефон, сфотографировал символ. Потом подошел к окну и посмотрел на улицу. Внизу собирались зеваки — обычное дело при таком происшествии. Кто-то просто глазел, кто-то снимал на телефоны. Среди толпы мелькнуло лицо, показавшееся знакомым.

Ред всмотрелся. Мужчина в темном пальто, с поднятым воротником, стоял у дерева и смотрел прямо на окна квартиры. Он не глазел, не снимал, просто стоял и смотрел.

Их взгляды встретились.

Мужчина резко развернулся и быстро пошел прочь.

Ред рванул к выходу, сбив по дороге стул.

— Ред, ты куда? — крикнул Моррисон, но он уже не слышал.

Лестница, подъезд, улица. Ред выбежал на тротуар и огляделся. Толпа зевак, редкие прохожие, машины. Мужчины в темном пальто нигде не было.

Он пробежал вперед, завернул за угол. Пусто. Переулок уходил вглубь квартала, заставленный мусорными баками и припаркованными машинами. Никого.

Ред остановился, тяжело дыша. Сердце колотилось где-то в горле. Кто это был? Свидетель? Убийца, вернувшийся на место преступления? Или просто человек, который испугался, что его сфотографируют?

Он постоял минуту, успокаивая дыхание, и медленно пошел обратно.

В голове всплывали воспоминания. Первая встреча с Марком тринадцать лет назад. Маленькое детективное агентство, где они оба работали наемниками. Марк тогда был молодым, полным энтузиазма, верил, что может изменить мир к лучшему. Ред был старше, циничнее, но в Марке было что-то, что заставляло вспомнить, зачем он вообще пошел в эту профессию.

Они быстро сдружились. Когда агентство разорилось, решили открыть свое дело. Снимали крошечный офис на окраине, спали на раскладушках, питались дешевой лапшой, но были счастливы. Марк женился, родились дети. Ред был свидетелем на свадьбе и крестным старшего сына.

А теперь Марк лежит на полу в съемной квартире с пулями в спине.

Ред вернулся к подъезду, но заходить не стал. Сел в машину, закурил, хотя бросил пять лет назад. Сигарета горчила во рту, но он докурил до конца, глядя на реку.

Надо позвонить Мэгги. Жене Марка. Сказать, что он сделает все, чтобы найти убийцу. Что Марк не будет забыт.

Он набрал номер. Долгие гудки, потом щелчок.

— Алло? — голос Мэгги был сонным, встревоженным. Кто звонит в такую рань?

— Мэгги, это Джон.

Пауза. Она поняла. Женщины всегда чувствуют такие вещи.

— Джон... что случилось?

— Мэгги, мне очень жаль. Марк... его убили прошлой ночью.

В трубке повисла тишина. Ред слышал только дыхание, прерывистое, сдавленное. Потом всхлип, потом крик, приглушенный рукой, закрывшей рот.

— Нет... нет, Джон, только не это... только не Марк...

— Я найду того, кто это сделал, Мэгги. Клянусь тебе.

Она плакала в трубку, и Ред сидел, слушая эти рыдания, и чувствовал, как внутри закипает та самая холодная ярость. Он не успокаивал, не говорил пустых слов. Просто слушал и ждал, пока она выплачется.

— Джон, — сказала она наконец. — В последнее время Марк был странным. Я думала, у него другая, но теперь... может, это связано с работой?

— Что значит странным?

— Он поздно приходил, молчал, смотрел в одну точку. Я спрашивала, что случилось, а он говорил — ничего, работа. Но я же видела, что не ничего. Он боялся, Джон. Я впервые видела, чтобы Марк боялся.

— Чего боялся?

— Не знаю. Он не говорил. Но однажды ночью я проснулась, а он сидел в темноте и смотрел в окно. Я спросила, почему не спит. Он сказал: «Смотрю на сокола». Я подумала, бредит со сна. А теперь...

Сокол. Опять сокол.

— Мэгги, я приеду попозже. Мне нужно посмотреть его вещи, бумаги. Можно?

— Конечно, Джон. Приезжай. Только... найди его, ладно? Найди того, кто...

— Найду. Обещаю.

Он отключился и еще минуту сидел неподвижно. Потом завел машину и поехал в офис. Работа начиналась.

Офис встретил его тишиной и запахом пыли. Маленькая комнатка на втором этаже старого здания, два стола, два стула, шкаф с папками, кофеварка, которая варила отвратительный кофе, но они оба его любили. На стене висела пробковая доска с фотографиями и заметками — текущие дела.

Ред сел за свой стол, но не мог усидеть на месте. Встал, подошел к столу Марка. Аккуратные стопки бумаг, ручки в стаканчике, фотография жены и детей в рамке. Ред взял ее в руки, посмотрел на улыбающиеся лица. Мэгги, темноволосая красавица, прижимает к себе мальчишек. Марк стоит рядом, обнимает их. Счастливая семья.

Он поставил фотографию на место и начал перебирать бумаги. Счета, договоры, отчеты по делам. Ничего необычного. Но где-то здесь должна быть зацепка. Марк не мог просто так взять и умереть.

Ред открыл ящики стола. Верхний — канцелярия, второй — личные вещи, третий — папки с закрытыми делами. В самом низу, под папками, лежал конверт. Обычный почтовый конверт, без надписи.

Ред открыл его. Внутри оказалась фотография. Старая, пожелтевшая, с загнутыми краями. На ней была изображена птица. Сокол. Черный, с расправленными крыльями, вырезанный из камня или металла. Артефакт.

На обороте надпись от руки: «Башкирский сокол. Подлинник?»

Ред перевернул фотографию, всмотрелся в изображение. Символ на столе убийцы вырезал именно эту птицу. То же положение крыльев, та же форма.

Что за Башкирский сокол? Почему Марк хранил эту фотографию? И почему убийца оставил его знак на месте преступления?

Вопросов было больше, чем ответов. Но одно Ред знал точно: он найдет убийцу Марка. Даже если для этого придется перевернуть весь город.

Он положил фотографию в карман, запер офис и вышел на улицу. Дождь снова моросил, серый и унылый. Ред поднял воротник плаща и пошел пешком, не зная точно куда, но чувствуя, что движение помогает думать.

Город жил своей жизнью. Люди спешили по делам, машины сигналили в пробках, продавцы открывали магазины. Обычный день. Никто не знал, что прошлой ночью был убит человек. Никому не было дела.

Кроме Реда.

Он остановился у витрины антикварного магазина и посмотрел на выставленные в ней вещи. Старые часы, фарфоровые статуэтки, подсвечники. И вдруг увидел его. Маленькую фигурку сокола из темного металла.

Сердце пропустило удар. Ред толкнул дверь и вошел.

— Чем могу помочь? — из глубины магазина поднялся старик с луной и седой бородой, в очках с толстыми линзами.

— Вон та фигурка в витрине. Сокол. Сколько?

Старик посмотрел, куда он указывает, и покачал головой.

— Это не продается. Это моя личная вещь.

— Мне нужна информация о ней. Что это?

Старик прищурился, разглядывая Реда поверх очков.

— А вы кто будете?