Пётр Паламарчук – От преддверия коммунизма до Крещения Руси. Новый московский летописец. 1979-1988 (страница 19)
Так и вышло: уже днем объявили, что не стало черного человека Черненко. Люди даже начали его жалеть, вспоминая, как насильно за две недели до смерти подняли с одра по случаю очередных выборов (где выбирали и его самого), облачили в тройку и всучили в хладеющие руки бюллетень, засняв все для телевидения, чтобы показать: жив курилка! И самое обидное, что подвох был шит белыми нитками — ему никто не поверил.
Погубила временщика та же в точности человеческая хвороба, что и знаменитого писателя Достоевского; только след они в истории Отечества оставили куда как различный.
Совершенно потеряв понятие о корнесловии русского языка, в некрологе довольно двусмысленно обмолвились, что в нашей памяти вечно будет жить «СВЕТЛЫЙ образ ЧЕРНЕНКО»…
ВРЕМЕНЩИК ГОРБАЧЕВ. Как передавали впоследствии, при выборе черненковского преемника полит-борцы раскололись на две части: одни были за кондового коммуноида, московского партийного голову Гришина (про которого упорно ходили слухи, что подлинная его фамилия Гиршман), другие — за свежего человека Горбачева.
И будто бы перевесил последний всего одним голосом украинца Щербицкого, почему тот в ближайшие годы, несмотря на все промахи, устоял на своем посту (как и явный старпер Громыко).
Новый временщик достаточно молод — ему при вступлении было всего 54 года (родился в 1931-м), он среднего роста, изрядно залыс, причем на лысине имеет большое родимое пятно, сползающее на лицо. В народе это почитается худою приметой — «черт царапнул», и таких обычно называют «мечеными» (каковая кличка была приложена также и к Горбачеву, но наряду с Мишей, Мишелем и прочими покуда не привилась повсеместно). Пятнышко сие зато было на все лады обыграно зарубежной печатью: кто-то называл его картой Афганистана, кто-то — Болгарии, один пересмешник выиграл международный конкурс карикатуры, изобразив «голубя мира» с пятном на лбу; а поскольку в советской прессе стыдливо всякий раз затушевывают всем известную отметину, западногерманский журнал как-то напечатал рядом два снимка — с обложки нашей и «ихней», поместив при этом рекламу фирмы, производящей пятновыводитель, — дескать, только мы умеем достигать подобных успехов! Люди, пристально следящие за мистической стороною событий, старались найти некое соответствие сей отметине в библейских пророчествах — и хотя в обывательской среде широко распространилось мнение, что есть что-то о «пятнистом царе» в Апокалипсисе, на деле это чистейшая ложь. Лишь в позднем иудаизме можно обнаружить нечто схожее — учение о еврейском варианте антихриста по имени Армилус: «весь он плешивый, глаза маленькие, на лбу высыпь проказы, правое ухо закрыто, левое открыто» (Еврейская энциклопедия, т. 3, СПб., без года <начало XX в.> , с. 146-147). Говорит Горбачев по-южнорусски с рокочущим фрикативным «г», которое давно уже вызывает раздражение у русаков коренной части страны со времен Брежнева, Хрущева и Черненки.
Родился Михаил Сергеев сын Горбачев в Ставропольском крае в семье крестьянина; мать его доныне жива, сама является православной и сына крестила, как несколько лет спустя признал он на Западе, прибавив, что не видит в том ничего худого. Работал трактористом, с 21 года стал партийным. В 1955-м окончил юридический факультет Московского университета, но, не найдя в столице работы, отправился назад домой и пошел по пути комсомольского работника. Там же в 1967-м заочно получил второе образование — имеет диплом агронома-экономиста. С 1962-го перешел в партаппарат, с 1970-го секретарь крайкома — где, как считается, свел знакомство с проезжавшими через Краснодарский край на ежегодный отдых Сусловым и Андроповым. Они провели его в 1971-м в члены ЦК, а в 1978-м сделали секретарем по сельскому хозяйству. С 1979-го он кандидат, а с 1980-го член Политического бюро.
В отличие от двух предыдущих временщиков Горбачев имеет жену, которая и сама представляет собою личность (хотя постепенно и стала дразнить недовольство широких слоев населения). Раиса Максимовна, урожденная Титаренко, в беседах с иностранцами утверждает, что она русская (хотя фамилия явно украинская), родом из Сибири. Народная молва о том, что она-де татарка или чувашка (из-за обычно не свойственной русачкам в возрасте худобы), навряд ли справедлива; как беспочвенны подметные генеалогии, ходящие по рукам, о якобы родственных связях с Громыко и проч. Брат ее Евгений Максимович состоит членом союза писателей, живет в Воронеже. Когда в редких случаях Раиса пытается выступать одна, выглядит она покуда что неумело; но, по оценкам многих, в качестве домашнего советника «вождя» играет немалую роль. У них всего одна дочь, замужем за врачом санэпидемстанции, и двое внучек. Раиса имеет степень кандидата наук, окончила философский факультет того же Московского университета — они с мужем погодки по учебе и вступили в брак, еще будучи студентами. Однажды, проходя с иностранными корреспондентами мимо портрета Андропова (об этом было написано в посвященной «первой леди Москвы» статье американского журнала «Тайм»), жена Горбачева указала на него пальцем и промолвила: «Мы всем обязаны этому человеку». Некоторое время были как будто планы сделать ее министром культуры — почему этот пост долгие месяцы пребывал незанятым; но затем под давлением непривычной к деятельной президентше партии Горбачев удовлетворился всего лишь постом члена правления Фонда культуры для своей неугомонной супруги.
Сам он поныне является личностью во многом неясной. Сперва из-за постоянной трескотни на публике Горбачева сочли как бы «Хрущевым в мягкой обложке»; затем, присмотревшись, поняли, что он не так прост, как выглядит — и как того ожидали поставившие его «бывшие». По повадке говорить одно, а делать тихою сапой совсем иное он явно напоминает Ленина; отличие же их состоит, как хочется надеяться, в том, что Горбачев, произнося марксистские заклинания, на деле проводит преобразование коммунистического строя в нечто более приличное. Но вот главный вопрос в том только — что именно?
МЕТОДОМ ТЫКА. Главная беда Горби, как его имя сократили на Западе, состоит в том, что прийти к власти он сумел, а вот четко разработанного плана спасения Отечества из трясины у него нет. Поэтому, очутившись во многом для себя неожиданно на троне русских царей в качестве временщика, он заерзал и стал пытаться переправить что-то прямо на ходу, тыкая пальцем то в то, то в другое больное место, каковой прием и называют уничижительно в просторечии «метод тыка».
При этом ему приходится действовать не в безвоздушном пространстве, где достижения «первой страны коммунизма» не с кем было бы сопоставить, а в жестком сравнении с Китаем, у которого ежегодный рост экономики составляет около 10% — так что газетам остается только почтительно вздыхать: не «перегрелось» бы их государственное хозяйство… Нам бы такие заботы!
Сперва все-таки по проторенному пути предшественников Мишель принялся набирать свою команду и, соответственно, списывать на берег предыдущую.
1 июня он вывел из Политбюро одного из своих главных соперников, бывшего питерского голову, а затем шефа оборонной промышленности в ЦК Григория Романова, мизерного коротышку видом, но весьма строптивого и рукосуйного гражданина на деле. 24 декабря «освободил на пенсию» и московского партийного начальника Гришина — вместо него был поставлен свердловский первый секретарь Борис Ельцин, в будущем друг-противник Мишеля. 1 же июля старика Громыку, пробывшего без году тридцать лет министром иностранных дел (случай, невиданный даже в царской России), выгнали «с повышением» в почетные президенты страны, а на его пост вдруг перенесли грузинского вождя Шеварднадзе, как будто в целях разгона давней мафии среди дипломатов.
Шеварднадзе, если знает какой-то иностранный язык, то скорее всего со словарем и то — русский; этот человек вообще ни дня в жизни не работал своими руками, пойдя с юности по комсомольско-партийной лесенке, став затем министром внутренних дел и наконец первым секретарем партии республики. Как передают, он действительно навел некоторый порядок в своем новом ведомстве; впрочем, непосредственно в дела самых ответственных иностранных отношений вникает сам Горбачев. А среди закоренелых мидовцев тут же пошли байки вроде той, что министерство было целую неделю после перемены власти закрыто: все сотрудники хором разучивали лезгинку. Или что
28 сентября Горбачев выбрал себе премьер-министра, за которого держался затем много лет: внешне представительного Николая Рыжкова, попавшего при Брежневе в род некоторой опалы за честность. Будучи ранее директором крупного завода «Уралмаш»» сей самый Рыжков при всем своем внушительном обличии показал себя, к сожалению, всего лишь «бывшим директором», и никакой государственной жилки в нем не пробудилось — а оттого положение экономики что ни год становилось плачевнее.