Пётр Кон – Эфемерида звёздного света (страница 16)
Оказавшись в столовой, парень получил порцию и тут же рассказал о странном диалоге Армавиру и Тамару.
– Так посмотрел на меня, как будто я ему бабки должен, – сказал Рома.
– Действительно, как-то странно, – согласился Тамар, без особого энтузиазма ковыряя кашу.
Скоро подносы с пустыми тарелками были собраны у посудомоечной, и подкрепившиеся абитуриенты снова заполнили аудиторию. Предстоял экзамен по истории Эстерау. У Ромы вдруг появилось нехорошее предчувствие.
Все поступающие начали заполнять бланки с тестами на встроенных в парту дисплеях. Армавир делал это уверенно и спокойно, словно человек, у которого из-под светового пера всегда выходят только правильные ответы. Тамар был сосредоточен, только изредка чесал рукой затылок. Вектор несколько раз протирал очки и снова погружался в вопросы теста, выбирая правильный вариант. Подруга Вектора без колебаний отмечала нужные клеточки. Спутник Наташи тупо глядел в свой бланк, изо всех сил пытаясь вывести историческую правду на чистую воду. Сама Наташа держалась невозмутимо, тень волнения ни разу не промелькнула на её лице, и было похоже, что выбрать верные ответы не представляет для неё сложности.
Полярин сидел, стиснув челюсти, и сосредоточился так, что даже мускул на его лице стал подрагивать. Его прекрасная спутница посматривала по сторонам, очевидно, в поисках учебного пособия по истории Эстерау или хотя бы шпаргалки. Ещё с дюжину измучившихся абитуриентов корпели над тестами, и кто более, кто менее демонстрировали уверенность в своих знаниях.
Рома изо всех сил старался выудить из памяти даты военного конфликта в эстерайском Галгарте и издания книги о личности военачальника древности Арадриана Боушеса. Боушес имел для эстерайцев культурное значение такое же, как Иисус Христос для христиан Земли.
Сдав, наконец, бланк теста одним нажатием кнопки на сенсорной панели, Рома почувствовал себя измотанным. Большинство других выглядели не лучше.
Перед тем, как отпустить абитуриентов, преподаватель сделала объявление:
– Экзамены по физической подготовке и физике космического пространства будут проходить 19 августа. Насчёт даты и времени вылета договоритесь с транспортным агентом… ну, как на сегодня вы договаривались. Ещё кое-что: перед Курсом молодого бойца руководство Академии устраивает праздник, чтобы отметить начало обучения и набраться сил перед будущими трудностями. И, к слову, в первую неделю вас ждёт такая нагрузка, что будет не до праздников. Мероприятие проводится при поддержке влиятельного бизнесмена Иллариона Алфёрова.
На этих словах несколько человек повернулись в сторону Полярина.
По возвращении в свои жилищные корабли ребята обсудили идею праздника и пришли к выводу, что не помешает «затусить» на этой вечеринке, раз уж им уготованы «будущие трудности».
Когда Рома, наконец, попал домой, он рассказал отцу об экзаменах, начале Курса молодого бойца и праздничном вечере. Фёдор был не против того, чтобы сын посетил этот праздник. Он даже выделил некоторые средства на возможные дополнительные расходы в качестве подарка на грядущий день рождения Ромы, наказав при этом не выходить за рамки дозволенного и вести себя прилично. Остаток вечера отец с сыном провели за обсуждением экзаменов и просмотром телепередач.
Ещё один экзамен
Три дня – много это или мало? Вернувшись в звёздный дом, Рома не мог ни о чём думать, кроме Академии. Успешная сдача теоретических экзаменов воодушевила, но в то же время сильное волнение из-за ожидания экзаменов предстоящих не давало никакого покоя. Физика космического пространства – предмет интересный, но в то же время очень сложный. Слишком много понятий и теорий создали учёные в попытке объяснить бесконечную Вселенную. Размышляя о космическом пространстве, растянувшемся на миллиарды световых лет, Рома ощущал себя песчинкой, а вся его жизнь казалась лишь одним мгновением. Не так-то просто уложить в голове все знания о космосе, когда ты – всего лишь песчинка.
И в то же время его одолевало нетерпение, уж лучше поскорее сдать экзамен и узнать результат, чем мучиться неопределённостью. Поскорее бы уж эти три дня прошли, чтобы вновь отправиться в Академию. Хоть он и не питал иллюзий на счёт лёгкой учёбы, хотелось приступить к занятиям поскорее, потому что это наверняка окажется ещё и интересно. Всегда интересно попробовать что-то новое. К тому же, в Академии он увидит ребят, с которыми успел подружиться.
В последний день перед вторым экзаменом Рома просидел за учебными материалами, всё глубже вникая в физику космического пространства. В своей же собственной физике он был практически уверен, да и не стоило перетруждаться перед сдачей нормативов. Не хватало ещё потянуть какую-нибудь мышцу.
– Снова волнуешься? – спросил накануне вечером отец.
– Да, уж поскорей бы всё закончилось, – обронил Рома, сворачивая учебник.
– Ничего не закончится, – резонно заметил Фёдор. – Всё только начнётся.
– Вот и пусть начнётся уже поскорее. А то как в подвешенном состоянии. Ребята с курса уже праздновать поступление собираются, а ведь экзамен ещё не сдан.
– Правильно мыслишь, – поддержал отец. – Уверен, ты всё сдашь, но в одном ты прав. Лучше поскорее разделаться с делами, чем томиться неопределённостью.
Поступающие добирались до Академии тем же способом, что и в прошлый раз. «Пирожок» точно так же собирал пассажиров, причаливая к звёздным городам, пока все, наконец, не прибыли к месту учёбы.
Рома сразу приметил знакомые лица. Но в этот раз их так быстро сопроводили в аудиторию, что он и парой слов с будущими однокурсниками перекинуться не успел. На этот раз никакой экскурсии им не проводили, девушка-офицер, встретившая абитуриентов на причальной палубе, двинулась к лифту так быстро, что за ней едва не пришлось бежать.
Кто-то из поступающих обронил, что челнок задержался, но о причинах никто ничего не знал, что не удивительно. Включаться в обсуждение того, что, возможно, и не произошло, Рома не стал. Погрузился в собственные мысли.
Сдать физику космического пространства оказалось куда легче, чем Рома предполагал. Вопросы не затрагивали фундаментальных вещей, а напрямую его каждодневной жизни. Каждый из тех, кто оказался на борту космического корабля, вынужден был по ходу дела узнавать подробности таких явлений и понятий, как декомпрессия, нулевая гравитация, состояния вещества в открытом космосе и другие. Теперь всё это являлось, можно сказать, вопросом жизни и смерти. В космосе ведь всякое может случиться, и пространство бесконечной Вселенной находилось не где-то далеко, а прямо за окном. Хочешь – не хочешь, а узнаешь об окружающем мире всё то, о чём никогда и не думал на Земле. Теперь же, когда граждане Объединённого Флота жили в новых условиях, они тем более интересовались тем, что находится за бортом, и от чего каждый из них мог погибнуть в результате своего неведения.
Стоило сдать физику, как появилась девушка в форме и сопроводила всех в спортивный зал.
Далее предстояла физическая подготовка, и Рома надеялся, что его старания в последние месяцы дадут о себе знать. В спортзале находилась вся группа. Все разминались, готовились, переговаривались. Только теперь, как ни странно, Рома выдохнул, напряжение спало. Появилось хоть немного свободного времени, никто никуда не гнал, не поторапливал.
Паренёк – итальянец делал растяжку и попутно общался с Ромой и Вектором. Он увлечённо рассказывал о своих итальянских корнях, сообщил, что зовут его Энрике Романовский, а промежуточная фамилия Блинчик у него от матери, то есть получалось – Энрике Блинчик-Романовский. Болтовня этого парнишки уже начинала раздражать Рому и Вектора, но, к счастью, ситуацию спас появившийся в зале полковник. Это был крупный пожилой мужчина спортивного вида. Он объявил построение и начал с переклички.
– Приветствую всех! – громовым голосом обратился к абитуриентам полковник.
Было ясно сразу, что мужчина строг, но что-то и по-отечески доброе угадывалось в нём. Вся его суровость казалась напускной, а внутри Роме он показался довольно мягким человеком, который лишь хочет казаться строгим. Может, оно и правильно. Чтобы слушались.
– Я полковник Александр Иванович Евкуров, – представился далее наставник. – Сейчас мы проведём перекличку, а затем перейдём к сдаче экзамена. Стройся!
Ропот в рядах будущих курсантов стих, и полковник начал:
– Каждый, кто услышит своё имя, делает шаг вперёд, отвечает по уставу «я» и возвращается в строй. Гузель Менажетдинова!
– Я, – отозвалась черноволосая девушка, рождённая для приключений. Она запомнилась Роману ещё с прошлой поездки. Очень яркая, с выразительными тёмными глазами.
– Эмма Бреннан!
– Я, – Рома боковым зрением заметил рослую крепкую девушку с мужскими чертами лица.
– Валерий Незадачин!
– Я! – отозвался спутник Наташи. Такого трудно не узнать. Среди всех собравшихся он был самым здоровым парнем, ростом почти под два метра.
– Армавир Минасян!
– Я! – с готовностью откликнулся Армавир.
– Андреа Дикамилова!
– Я! – звонко ответила худенькая девушка с короткой стрижкой.
– Тамар Науменко!
– Я здесь, кхе-кхе, – сказал Тамар и прокашлялся.
Взгляд Евкурова потемнел, стал тяжёлым, и Науменко даже едва заметно ссутулился под этим взором.