Пётр Гулак-Артемовский – Поетичні твори, повісті та оповідання (страница 79)
На распутье за селом зарыт,
Не отпетый, не оплаканный!..
Тень Остря ницы
Я был гетман казачий Остряиица *5.
Я победил врагов моих, поляков,
И, заключив навеки с ними мир,
Поехал богу помолиться в Канев.
В монастыре, пред царскими вратами,
Я пал во прах с моими старшинами И в пламенных речах благодарил Под песнь торжественной молитвы Того, кто нас во время битвы Рукой невидимой хранил.
Во глубине души какой-то голос тайный Судьбу грядущую Украйны Мне утешительно шептал;
Мои глаза в слезах блистали,
И я в восторге трепетал.
Но двери вдруг, треща на петлях, завизжали И рухнули, гремя, на пол...
И в монастырь неистовой толпою,
Бесчинно, в шапках, с бранью на устах, Ворвались польские рейтары...
Тут я с своими старшинами *
Был взят, был связан, опозорен И отвезен в Варшаву.
Одним из нас ломали руки, ноги,
Других, обливши серой и смолою,
Как факелы, для шутки зажигали.
Меня железными когтями растерзали!
О, страшно как, ужасно как ласкали, Впивалися в меня с какой любовью Пауковидные стальные эти когти!
Как нити, жилы из меня тянулись И обрывались с тихим лопаньем и треском,
И ветер холодом невыносимым веял На обнаженные'от тела кости;
Но я терпел без вопля и без стона И только слал врагам проклятья.
Но вот уж свет в моих глазах стемнел, В последний раз я посмотрел на землю И вижу я: казнят позорной казнью Передо мной мою жену,
А на горячих угольях, как рыбу,
Поляки жарят моего ребенка...
Он на решетке раскаленной бьется,
И корчится, и в судоргах предсмертных Болезненно кивает головою И на меня тихонько ручкой машет..*
Я задрожал: взяла свое природа,
И вылетел ужасный вопль из груди,
И с ним душа из тела улетела! *
Тень Наливайки
За Сулою, под Лубнами,
Крепко бились ляхи с нами, Окружив со всех сторон;
Там костьми легли казаки,
И в пылу кровавой драки Я Жолкевским взят в полон..,
И в Варшаве был примерно Для забавы буйной черни Я неслыханно казнен **.
В медный чан меня забили,
А под чаном разложили Тихий, медленный огонь.
В чане жарко, душно стало?
И шумело, и трещало,
И как-будто целовало Пламя чан со всех сторон.
Все вокруг меня краснело,
Принял чан кровавый цвет;
В тьме разлился жаркий свет;
А на мне одежда тлела,
Трескалось от жару тело..4 Я неслыханно страдал:
Пламень с воздухом глотал.
Страшно сердце в груди билось, Голова моя кружилась —
И без чувства я упал!
Тень умолкла... Легкий шелест По деревьям пробежал:
Встрепенулся клен и берест,
Дуб'листами зашептал,
Снизу доверху ветвями Зашумел и, как словами,
Духу полночи сказал:
«Лет сто назад казак из ближнего селенья Черноволосую казачку полюбил И в день веселый обрученья Два жолудя на память посадил.
Лета идут — два дуба молодые Высоко выросли и радостно шумят, Ветвями обнялись, родные.
Те дубы были: я да мой зеленый брат.
Как я его любил, как он меня лелеял! Напрасно буйный ветер веял И вихрь порывистый свистел;
Мы с братом, соплетясь ветвями, Смеялися над бурей и громами,
И, злобно зашипя, вихрь далее летел.
А благодетель наш как нами любовался!.. С женой и шумною семьей В палящий летний зной Под нашу тень он часто удалялся На мягкой травке полежать И молодость свою припоминать.