18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Полли Нария – Верните кота, или Любовь не приходит одна (страница 4)

18

Развернувшись, она покинула кухню, оставив меня наедине со своим гневом и тревогой. Что-то подсказывало мне, что она не лукавит. И что жизнь Лапуша здесь точно будет под угрозой. Теперь предложение Пиппы стать лекарем в доме удовольствий не казалась абсурдным. Если мне не рады в родном доме, то я должна найти для себя новый.

Глава 8

Макс

Очнулся я под веселый хохот куртизанок и раскатистый смех близнецов.

‒ О, дружище, ‒ надо мной нависла светлая курчавая голова с хитрым блеском в глазах. Отыскав над верхней губой родинку, сделал очевидный вывод ‒ Леви. ‒ Ну неужели!

‒ Мы уже думали везти тебя в лазарет, ‒ в поле зрения появилась точно такая же голова, но уже без опознавательных знаков. Гай. ‒ Ну ты и шуму тут наделал… Джазира рвала и метала-а-а-а…

‒ Нам теперь вход в «Клубничную долину» из-за тебя ограничили на целую неделю, ‒ грустно вздохнул Леви, но тут же поперхнулся, оценив мой гневный взгляд. Руки зачесались в желании обвить шею негодника и сжать посильнее.

‒ Это я шум поднял? ‒ пророкотал я, подняв тело на постели.

Девушки, а их в импровизированной палате оказалось двое, оценили степень нарастающего в воздухе напряжения и, игриво махнув парням напоследок, быстренько выскочили за дверь.

Близнецы переглянулись и тотчас подняли руки вперед ладонями, выражая тем самым свое поражения. Знали, гаденыши, что виноваты. Но сильно не раскаивались. В целом, как во все те разы, когда мне приходилось вытаскивать их зады из самых неописуемых ситуаций. Сегодняшняя же превосходила предыдущие по степени абсурдности.

‒ Чего языки проглотили?

‒ Ну не ругайся, дядюшка. Мы не хотели…

Сладким голоском пропел Гай и тут же заржал, как конь. Леви вторил ему, прижимая руки к животу. У меня дернулся глаз.

‒ Ах, дядюшка, значит? ‒ вкрадчиво спросил я, в миг оказавшись на ногах. ‒ Ну, тогда идите сюда, племяннички, буду делать вам а-та-та.

Округлившиеся глаза близнецом согрели душу, разлившись по ней бальзамом. Это же надо сказать такое… Ладно, формально я и правда был их дядей. Только вот разница у нас была в пять лет.

Кэссиди, моя старшая сестра, родившаяся на пятнадцать лет раньше меня, успела родить близнецов еще до моего осознанного возраста. И все шалости в детстве мы совершали вместе. А потом я стал главой семьи Мейнард, а Леви и Гай… Близнецы продолжали наслаждаться беззаботной жизнью, зная, что у них всегда есть тот, кто прикроет их тыл. Только вот у всего есть границы.

Сорвавшись с места, я схватил Гая за ухо и с силой потянул его вверх, как некогда делал мне отец, когда я не успевал скрыться с места детского преступления.

‒ Ай-ай-ай, ‒ взвыл блондин, зажмурив от боли глаза. ‒ Пусти!

‒ Ты чего? Мы же пошутили! ‒ попытался защитить брата Гай, но я спустил со свободной руки прозрачные путы и до того, как второй близнец успел скинуть заклятье, подтащил его к себе и схватил за ухо. ‒ Ай-я-яй!

‒ Пошутили, значит? Да вы же жулики!

‒ Мы не хотели, правда, ‒ пролепетал Леви. ‒ Нам просто было скучно, и мы решили немного развлечься...

Ну, как дети, честное слово.

‒ Украсть мою магкарту и расплатиться ей в доме удовольствий ‒ это, по-вашему, развлечься?!

‒ На наших не хватало денег на Лайлу, ‒ попытался оправдаться Гай, но вышло у него хуже некуда.

‒ И Урсулу, ‒ протянул Леви, когда я стал сильнее задирать руки вверх. Я знал куда давить, чтобы они не могли сопротивляться. Спасибо отцу за счастливое детство.

‒ Но ладно это, ‒ продолжал я отчитывать бездарей. ‒ Так вы еще умудрились ее потерять! А если бы мне не пришли маячки о переводе средств? Что тогда? Как бы вы мне возмещали долг, м?

‒ Ну… Ну, ты же нашел воровку! Чего бесишься?

Да, раскаиваться парочка точно не собиралась. Видимо, я окончательно их распустил. Надо было подумать над тем, как привлечь их к труду, да так, чтобы времени на шалости не оставалось. Но это потом.

‒ Наверное потому, что она закинула карточку в винный кувшин, чтобы скрыть свое злодеяние, а доставать ее отказалась.

‒ Так разбил бы… ‒ пискнул Леви. ‒ Делов-то.

Да, точно нужно научить их самим зарабатывать на жизнь.

‒ Вы хоть представляете, сколько стоит подобный артефакт? Кувшин с нескончаемым вином!

‒ Не-е-ет, ‒ ответили близнецы синхронно.

Конечно, они не знали! Я ведь не просто так пошел искать девицу с тонким изящным запястьем, чтобы она смогла извлечь мою магкарту из кувшина. Да только вот чего я точно не ожидал, так это того, что меня вырубят разрядом тока на… А на сколько?

Я скользнул взглядом по окну, отмечая едва виднеющиеся за ним солнечные лучи.

‒ Хрог! Который сейчас час?

Глава 9

Габи

‒ Спасибо, ‒ поблагодарила я уличного пекаря, взяв с прилавка ароматную хрустящую булочку и сразу же впилась в нее зубами, с блаженством поглощая половину сдобы.

‒ Всегда пожалуйста, ‒ хмыкнул мужчина, накрутив на палец длинный ус. ‒ Только не подавитесь.

‒ Угус, ‒ пообещала я с набитым ртом, запихивая в него остатки вкусной булочки. Я была невероятно голодна, слишком зла и очень спешила.

Приют находился от городской площади в десяти минутах, поэтому возле небольшого двухэтажного дома из красного кирпича, с деревянными ставнями и крышей, покрытой черепицей, я оказалась довольно быстро. Мне как-то приходилось здесь бывать много лет назад, когда еще была жива мать. Она любила помогать приюту, чем сможет, и мне, как ребенку, было любопытно поиграть с животными, пока она была занята делами.

На первом этаже располагалась кухня, столовая, где волонтеры и жители города собирались за чаем и разговорами, и небольшая комната для приема гостей. А если подняться по лестнице ‒ то можно обнаружить спальни для волонтеров и небольшой архив, где хранились записи о каждом питомце, проживающем в приюте. По крайней мере, так было раньше. Я слышала, что приют выкупил новый хозяин. А с приходом нового руководства обычно все менялось.

Миновав гостевую комнату, где обычно происходило первое знакомство с выбранным в вольере питомцем, я подошла к стойке, за которой скрывалась невысокая черноволосая женщина с изумительно красивыми голубыми глазами.

‒ Я могу вам чем-нибудь помочь? ‒ ласковым бархатным голосом спросила работница приюта, окидывая меня приветливым взглядом. ‒ Хотите выбрать питомца? Или поучаствовать в волонтерской программе?

Прикусив нижнюю губу, я мотнула головой, пытаясь подобрать слова, чтобы описать нелепую ситуацию, в которой я оказалась благодаря своей новоиспеченной мачехе.

‒ Видите ли, тут такое дело… Как я могу к вам обращаться?

‒ Кэсс, ‒ все с той же улыбкой ответила женщина.

‒ Видите ли, Кэсс, я ищу своего питомца.

Глаза собеседницы заискрились радостными огоньками.

‒ О, у нас их огромное множество. Вы бы хотели собаку, кота или…

‒ Вы меня не поняли, ‒ перебила я женщину виновато. ‒ Я ищу своего кота, которого отдали вам во время моего отсутствия. Без моего ведома…

Надо было видеть, как вытянулось лицо работницы.

‒ Ох, какой кошмар! Мы немедленно его отыщем и вернем! Как зовут вашего пушистика?

Напряжение, державшее и не отпускавшее меня со вчерашнего вечера, стало потихоньку рассасываться. Участливость Кэсс говорила о том, что в скором времени мы с котом вернемся домой… Нет, не так. Мы найдем себе новый дом. Вместе.

‒ Лапуш, ‒ с нежностью произнесла я, представляя свое пушистое чудо с черной лоснящейся шерсть и умными глазами.

‒ Лапуш, говорите? ‒ Кэсс задумчиво нахмурилась, склонив голову набок, и стала активно листать небольшой журнал. Видимо, там отмечались поступившие животные. Затем она вдруг остановилась и замерла. Пальчик ее уперся в какую-то запись, и я попыталась заглянуть за стойку, но женщина быстро закрыла журнал и со скорбным лицом заявила: ‒ К сожалению, у вашего питомца уже появился новый хозяин.

Сердце мое пропустило удар, а кровь отлила от щек.

‒ Кто? ‒ сипло спросила я.

Только вот Кэсс отвечать не спешила.

‒ Эта информация конфиденциальная, понимаете?

А я ничего понимать не хотела.

Перегнувшись через бортик, я схватила руку женщины и взмолилась:

‒ Пожалуйста, скажите мне, кто его хозяин? Я схожу к нему, поговорю, все объясню… Вы поймите, Лапуш же член моей семьи. Я не могу просто так с этим смириться.

Что-то нечитаемое мелькнуло в глазах женщины. Она положила свободную руку на мою ладонь и чуть сжала ее, не произнеся ни слова. Взгляд же она не отрывала от моего лица.