Полли Нария – Дерзкая Пэн и Капитан Крюк (страница 1)
Полли Нария
Дерзкая Пэн и Капитан Крюк
Глава 1 (Кто ты есть?)
Я падала. Прямо с неба. Летела между облаков, щурясь от яркого ослепляющего солнца. И все бы ничего, но за спиной моей не было рюкзака с парашютом, не трепыхались крылья, да и, в общем, ничто не могло предотвратить последствия падения.
Все, что я могла – глотать потоки холодного воздуха и наблюдать, как из пелены белого тумана выныривает огромный пиратский корабль. Мне бы оценить всю его красоту, однако он приближался ко мне столь стремительно, что я не могла думать ни о чем, кроме как о том, что в скором времени на его борту появится небольшая такая лепешка. Лепешка размером с меня.
Вот очертания судна приобрели предельную точность, а мелкие точки, что до этого напоминали муравьев, превратились в суетливо бегающих людей. И только одна фигура стояла на самом носу корабля, словно застывшая статуя.
Медленно, почти театрально, изваяние двинуло рукой, подняло ее в мою сторону, и только тогда я поняла, что в меня целятся из пистолета.
– Ну вот ты и попался, Пэн, – разнеслось по бухте, и следом раздался оглушающий выстрел.
Дернулась по инерции, и поток ветра откинул меня в сторону, спасая от неминуемой смерти. Но не от падения. Вскрикнув, я стала махать руками, пытаясь хоть как-то замедлиться и вроде бы мне даже удалось: ворох то ли блесток, то ли конфетти окутал мое тело, и все вокруг словно приостановилось, хотя на самом деле просто это я стала падать не торопясь.
Обрадоваться не успела – рядом вновь просвистела пуля, а следом я почувствовала, как ног коснулась нечто мокрое. А там и все тело ушло под воду. И если судьба имела чувство юмора, то эта шутка была бы самой неуместной, потому что я не умела плавать. Единственное, что мне прекрасно удавалось, так это грациозно идти ко дну и пускать рой пузырьков.
Я, конечно, начала барахтаться, ведь никто не отменял инстинкта самосохранения, но это привело только к тому, что я окончательно перестала понимать, где находится верх, а где смертоносная пучина. Хотя, если судить по последним событиям, то наверху меня тоже никто не ждал. Но там я, по крайней мере, могла дышать.
Грудь ожидаемо сжало кольцом: воздуха оставалось на пару секунд и именно в тот момент, когда я была готова попрощаться с жизнью, нечто тяжелое упало на меня сверху и, будто бы змей, сжало меня со всех сторон и потянуло вверх.
Первым делом я вздохнула, наполнила легкие живительным кислородом и только потом огляделась. Я висела над водой, пойманная в сеть, а рядом, на борту того самого корабля столпились люди. Правда, как только послышались тяжелые шаги, толпа разделилась, образовывая проход, и перед моим взором предстал тот самый мужчина, что пытался меня убить. По сути, он ничем не отличался от тех представителей пиратства, которых так умело показывали в наших фильмах: черный, расшитый серебром кафтан, столь же черные, подбитые серым шелком штаны и в тон им сапоги. Конечно же, на голове его была кожаная треуголка, украшенная витиеватой вышивкой. Тот самый позолоченный пистолет торчал из-за пояса, и мужчина нервно придерживал ее свободной рукой. А все потому, что второй руки не было. На ее месте находился железный, начищенный до блеска крюк.
Капитан Крюк, а это был он, вне всяких сомнений, наклонился вперед и, сузив глаза, что сверкали медовым блеском из-под ресниц, хриплым властным голосом спросил:
– Ты кто вообще такая? И где, черт тебя возьми, Питер Пэн.
Глава 2 (Калейдоскоп воспоминаний)
Разбитые елочные игрушки задорно хрустели под моими сапожками, в фойе витал аппетитный запах попкорна, а кругом раздавались удивленные возгласы коллег.
– Это что за кабздец? Совсем люди охренели. У вас тут всегда так? – спросила худая невысокая блондинка со шпагой в руках. Имени ее я, увы, не запомнила. Хотя, чего греха таить – и не пыталась.
– Пора увольняться, – сухо произнесла Анна Павловна, ни на кого не глядя. И я была с ней полностью согласна. Пожилая женщина всегда говорила коротко, но по делу.
Мало того, что нас сегодня освистали и закидали не пойми чем, так еще эти маленькие шалопаи умудрились сломать елку. И куда только смотрели их родители?
– А потом люди удивляются, что чайлдфри с каждым годом все больше и больше, – озвучила свои мысли, закатив глаза.
Осознав, что делать мне здесь больше нечего, решила пойти переодеться в гримерку. Правда, осуществить задуманное так и не получилось: спустя пару минут вся наша разношерстная компания ворвалась внутрь с шумом и гвалтом. Кто-то достал из закромов пирожные, Марьяна открыла коробку с печеньем и со счастливой улыбкой поставила у зеркала. Я дурашливо покачала головой. Было в этой девушке что-то светлое, что-то невинное, отчего хотелось забыть о проблемах и просто греться в лучах позитива, которым она щедро делилась с окружающими. Да вот только сразу же в голову полезли мысли про недоделанный отчет. Вся ночь и так прошла в подсчетах и пересчетах. То-то дядя разозлится…
Сбоку послышался торжественный «чпок» и по гримерке разнесся аромат не самого дорогого вина. Я перевела взгляд на ту самую блондинку, в одной руке которой теплилась открытая бутылка, а в другой – нож, со встроенным в ручку штопором:
– На окраине без ножа в темное время суток делать нечего.
Я еле удержалась, чтобы вновь не закатить глаза. Шпага-то ей тогда на кой? Спрашивать этого, конечно же, не стала. Не хватало разборки устроить на ровном месте. Мне бы на самом деле попрощаться с коллегами и отправиться домой, но тоскливо становилось от одной лишь мысли, что в комнатушке, которую я снимала на последние деньги, меня ждет только старенький ноутбук да кружка остывшего чая.
Решив оттянуть момент прощания, наполнила картонный стаканчик алой жидкостью наполовину и залпом опрокинула в себя. Глупая идея. Голодный желудок хоть и согрелся, но спасибо не сказал. Комната моментально поплыла перед глазами, и я, отдавшись усталости и опьянению, решила всего на пару секунд закрыть веки. А когда открыла…
Первое, что ощутила – холод, проникающий под теплую ткань зеленой туники. Сонным взглядом попыталась найти источник прохлады, однако наткнулась на мужика в синем костюме Деда Мороза, который гневно размахивал посохом в дверном проеме и что-то активно пытался донести до наших умов. Мой же мозг категорически отказывался воспринимать информацию.
– Старик, шел бы ты отсюда, – буркнула и обхватила себя руками, пытаясь сохранить остатки тепла. – Сквозняк создаешь!
Но тот лишь зло посмотрел на нас, и я заметила, как морозные узоры стали расходиться от его ног по линолеуму и поползли по стенам нашей небольшой каморки. Вот тогда стало вообще не до смеха.
– Вижу, вас уважению к старшим тоже не научили, так чему же вы можете научить детей малых? Только тому, как сказки волшебные портить! – все никак не мог успокоиться старик.
Я только сейчас поняла, что речь идет о нашем неудавшемся спектакле, где режиссер для экономии времени извратил все детские сказки до неузнаваемости. Маленькие зрители этого не оценили. Но что поделать, я согласилась лишь из-за денег, за которые планировала продлить аренду комнаты еще на пару месяцев. Возвращаться к себе в деревню не собиралась. Лучше уж так.
Девушки в это время наперебой пытались успокоить Деда Мороза, задобрить, выгнать, но становилось только хуже. В конце концов, старик не выдержал и с силой ударил посохом по полу. Разом все стихли, уставившись широко распахнутыми глазами на то, как от деревянной палки отделяются белые, неестественного размера снежинки.
Одна из них подлетела ко мне вплотную, вспыхнула и вошла в мою грудь. И если до этого я жаловалась на мороз, то сейчас мое тело стало сгорать от холода. Тонкая корка льда покрыла кожу, обездвижив и окончательно превратив меня в заиндевевшую статую.
– Что ж, теперь вы узнаете, каково это – в этих сказках жить! Вы поймете, как это важно, чтобы в сказке все случилось правильно, как в волшебных книгах тысячи лет назад записано! И помяните мое слово: коли и в этот раз сказки испортите, так глыбами ледяными и останетесь!
А дальше – темнота, холод и… я лечу.
Глава 3 (Неверлэнд)
– Неужто Неверлэнд, – воскликнула я и ухватилась за голову. Сейчас пираты пугали меня меньше, чем сама мысль, что я и правда попала в сказку.
А сомнений в этом не было. Если даже не вспоминать эпичное падение в воду, то капитан корабля с железкой вместо руки говорил красноречивее любых слов.
– Ты тут дурочкой не прикидывайся! – в мою сторону уже смотрел пистолет. – Отвечай, зачем переоделась в Пэна? И где он сам?
– Не знаю, – произнесла осипшим голос. – Клянусь! Ничего не знаю.
– Знаешь, что я делаю с теми, кто лжет, – Капитан Крюк зловеще понизил голос. – Я жгу их тела в огне!
И для пущей убедительности он дернул головой, и к нему моментально подбежал запыхавшийся матрос с зажженным факелом. Сомнений не оставалось – никто не шутил. Правда, если капитан выглядел уверенно, то в глазах его команды я видела… Страх?
– Я не лгу! Меня зовут Сандра. И я не имею ни малейшего понятия, куда подевался ваш Питер Пэн.
– Ой ли? – Крюк изогнул бровь. – Ну и зачем же ты тогда вырядилась, как он?
Резонный вопрос. И вполне себе логичный. Только вот ответить на него я не могла. Кто знает, что они делают с умалишенными? Оставалось просто гнуть свою линию.