Полина Жулина – Дети ночи (страница 13)

С этими словами она тут же удалилась обратно на кухню. Гости прошли в прихожую, сняв верхнюю одежду и обувь. Ганс был одет в серое пальто, чёрные брюки и белую рубашку с рюшами. Но было в его образе и ещё кое-что необычное помимо девичьей блузки. Запястье юноши было трижды обёрнуто деревянными чётками. На вид они напоминали мелкие бусы, посередине которых вместо шарика на леску был надет маленький дубовый крестик.

Мы прошли в гостиную. Я устроилась на кресле, а парни сели на диван на небольшом расстоянии друг от друга. Мне всё никак не давало покоя украшение Ганса. Было в нём что-то странное, не считая способа носки. Заметив мой внимательный взгляд на своей руке, юноша попытался натянуть рукав так, чтобы скрыть аксессуар, но моё любопытство было уже не остановить.

– Красивые чётки, можно посмотреть поближе? – бестактно поинтересовалась я.

– К… конечно, – замявшись, дрогнувшим голосом ответил Ганс и протянул мне своё запястье.

Несколько бусин были сделаны не из дерева – вот, что меня привлекло. Три шарика были из красного берилла. А наш милый мальчик оказался не так прост. Я взяла его кисть в свои руки, делая вид, что рассматриваю чётки. Ганс вздрогнул, его глаза нервно забегали. Как я и думала, его пальцы были мертвецки ледяными. Миша привёл вампира прямо под нос Свята! Как удивительна наша жизнь. Всех нас судьба так или иначе свела с этими причудливыми существами.

– А разве распятия и церковные атрибуты вас не отпугивают? – вполголоса спросила я, не отпуская руку юноши.

– Н… не понимаю о чём вы, – испуганно ответил он.

– А ты понимаешь? – я перевела взгляд на Михаила.

– Понимаю, – вздохнув, негромко ответил рыжий.

– Свят в курсе? – спросила я, догадываясь, что такая история ничем хорошим не закончится.

– Да ты и сама, как я погляжу, дружбу с вампирами водишь, раз такая осведомлённая, – Мишка с детства был очень умным и сообразительным, вот и сейчас читал меня, как открытую книгу. – Думаю, про тебя Славка тоже не в курсе?

Я отрицательно покачала головой и наконец отпустила руку перепуганного Ганса. Мама чем-то загремела на кухне. Хоть бы она оставалась там подольше и дала нам спокойно всё обсудить. Но у родительницы были другие планы на этот счёт. Она принесла в гостиную заварочный чайник, чашки и большую тарелку с кремовыми пирожными и профитролями14[14]. Аккуратно расставив всё на низком кофейном столике, мать устроилась в свободном кресле. На некоторое время в комнате воцарилась оглушающая тишина. Миша неторопливо пил чай с пирожным, я взяла профитроль и ела его, почти не запивая обжигающим напитком, и только Ганс почти ничего не касался, лишь пару раз отхлебнув из своей кружки.

– Вы не любите сладкое? – недоверчиво спросила мама, буравя взглядом светловолосого юношу.

– Нет, просто я не голоден, – робко ответил он.

– Да разве ж это еда? – отмахнулась женщина. – Профитроли свежие, попробуйте, – она протянула одно пирожное вампиру.

– Спасибо, – ответил он, нехотя принимая сладость.

Ганс медленно поднёс к своим бледно-розовым губам профитроль и надкусил. Внутри угощения был сладкий заварной крем, и от него исходил яркий насыщенный аромат ванили. Неприторный, с приятной текстурой, которая гармонично сочеталась с нежной оболочкой из теста. Этот вкус всегда дарил мне ощущение радости и уюта, словно возвращая в лучшие моменты детства. Но сейчас мне было особенно интересно, доставляет ли еда вампирам такое же удовольствие, как и людям. Вероятнее всего, нет. Я пыталась это определить по эмоциям и мимике на лице Ганса, но они ничего не выражали.

Собственно, поговорить нам так и не удалось. Мама продолжала заваливать парней неудобными вопросами, в основном касающихся либо их образования, либо того, как скоро они планируют жениться, не забывая при этом намекать на то, что у неё есть просто замечательная незамужняя дочь. И только через два часа гостям удалось сбежать из нашего невероятно гостеприимного дома. Уходя, Миша шепнул мне, что они с Гансом после захода солнца будут ждать меня около заброшенного особняка, и взял с меня обещание, что я ничего не буду рассказывать Святу об этой вылазке. Мне пришлось согласиться, ведь любопытство распирало меня изнутри. От нашей прежней дружбы, к сожалению, мало что осталось, но мне было просто необходимо узнать, что именно Михаил скрывает и как жизнь свела его с вампирами.

Вечер был пасмурный. Стоило ожидать сильного дождя. После захода солнца на улице сегодня было темнее обычного. Грозовые тучи скрывали луну и звёзды. Дождавшись, когда родители уснут, я тихо покинула дом. Мне показалось, что на землю опустился густой туман. Ночь окутала всё вокруг мягким, еле ощутимым покрывалом. В воздухе царила особая атмосфера спокойствия и таинственности. Лунный свет пытался пробиться сквозь плотные тучи, создавая причудливые тени и размывая контуры предметов. Полная тишина лишь изредка нарушалась посторонними звуками. Идя по улице, я слышала тихий шелест листьев под ногами, что напоминало мне дыхание самой природы. Мир был погружён в мягкое лунное сияние, обволакивающее и успокаивающее. Приятная свежесть наполняла мои лёгкие, я чувствовала аромат ночи. Мне понравилось это пусть и недолгое, но такое умиротворяющее единение с природой.

Во дворе заброшенного дома находилось куда больше людей, чем предполагала наша поздняя встреча. Три пары глаз из четырёх светились в темноте: две голубых и одна почти чёрная. Подойдя ближе и дав глазам привыкнуть к темноте в тени дома, я смогла различить эту причудливую компанию. Ганс и Миша были одеты так же, как и во время своего вечернего визита в дом моих родителей. Мой Жан был в тёмно-серых брюках и бирюзовом пальто, а Игорь – в чёрной кожаной куртке и синих рваных джинсах, украшенных массивной серебряной цепью. Помимо глаз светились и вампирские артефакты. Серьги француза и чётки немца излучали приятное красноватое свечение.

В первую очередь я, конечно же, подошла к Жану и утонула в его объятиях, вдыхая древесный аромат его парфюма. Вероятно, с его помощью вампир пытался скрыть свой запах. Мне не было точно известно, как именно пахнут эти существа для них же самих, но я предполагала, что это совсем не похоже на то, как звучит человеческая кожа. Мужчина коротко чмокнул меня в макушку. Откуда-то со стороны раздался тихий сдавленный смешок. Сперва мне показалось, что это в очередной раз был Игорь, но он молчал.

– Я-то думал, откуда ты всё знаешь о вампирах, – низким бархатным голосом заговорил Миша, – и откуда у нас тут собралась такая большая компания, а оно, оказывается, вот что. Лиза, ты влюбилась в этого француза? – строго, почти отчитывая, спросил он.

– Можно подумать, ты с собой притащил этого немца не из симпатии, – язвительно передразнила я, прекращая обнимать Жана, но не отходя от него.

– Меня зовут Ганс Хоффман, – раздраженно представился юноша. – И я хочу, чтобы вы все называли меня по имени, без указания на мою национальность, к тому же она названа не совсем точно.

– Ну-ка, удиви меня, – усмехнувшись, перебил его месье де Сен-Лари. – Твоя внешность характерна для северных немцев. Прямые русые волосы, светлая кожа, хотя у вампиров она всегда достаточно бледная. Угловатые строгие черты лица. Средний рост. Проницательные голубые глаза. Скажи, в чём я не прав?

– В том, что мой дед – швед, а бабушка – немка. Мой отец родился в Берлине, а мать – в Тель-Авиве, – невозмутимо объяснил Ганс.

– Так, погоди, – вмешался в разговор двух вампиров Миша, – твоя мать – еврейка, но ты планируешь стать священником? Всё так и должно быть или я чего-то не понял.

– И не поймёшь. Они вон живут неизвестно, какой век, конечно, тут мозги расплавятся, – рассмеялся Игорь.

– Мне триста два года, – снова пояснил Хоффман.

– И все три века ты такой зануда? – не унимался Чернов.

– Не переживай, ты со своей искромётностью столько не проживешь, – съязвил в ответ ему Жан.

Дальше парни продолжили разводить бабий базар и обмениваться различными колкостями. Ганса коллективно записали в евреи, хотя тот активно отнекивался, говоря, что он метис и у него нет национальности, как таковой. Месье де Сен-Лари прилетело за разноцветные наряды. Шутки в его адрес были разнокалиберные: от волнистых попугайчиков до сравнения его предпочтений с голубым небом над Парижем. Миша просто остался рыжеволосой дылдой, а Игорю поочередно угрожали все присутствующие, потому что своим низкопоясным юмором он уже успел изрядно вывести всех нас из и без того хрупкого душевного равновесия.

– Так, стоп! – громко сказала я, чтобы меня все слышали. – Девочка здесь вообще-то только я! Хватит сплетничать, как бабки у подъезда! – Переведя дыхание, я продолжила уже спокойным голосом. – Миша, зачем ты хотел встретиться?

– Нужно изменить отношение Свята к вампирам, – ответил парень, став заметно серьёзнее. – И это в интересах всех присутствующих.

– Да, – поддержал его Ганс, – не все мы чудовища и не все убиваем людей. Можно просуществовать и на донорской крови, хотя иногда действительно необходимо пить тёплую прямиком из человеческих вен и артерий. Правда, для этого необязательно убивать. Верно, Жан?

– Верно, – кивнул француз, – этот город давно бы вымер, не будь это так, за всё то время, что я здесь живу.