Полина Ветер – Прости, малышка... (страница 31)
Состояние такое, будто все тело ватное и в голове какая-то каша. Сил хватает только на то, чтобы упасть обратно на подушку и, размазывая слезы по щекам, принять свое беспомощное существование.
Что ж… Есть и положительные моменты во всем этом.
Я хотя бы не в подвале.
Глава 26
Максим
***
- Так где они?
Мужик смачно сплевывает кровавую слюну на бетонный пол.
Ухмыляется.
Должен признать, он – крепкий орешек. Несколько дней «поучительных бесед» от своих коллег по цеху явно плохо сказываются на его здоровье. Но он все равно молчит.
Упорно.
Глупо.
Даже сейчас.
Когда я знаю о нем всё.
Стандартный набор для охранника.
Бывший вояка с приличным послужным списком, отличился в горячих точках, вышел на пенсию, семья не сложилась. Есть дочь, которая особо не горит желанием общаться с отцом, однако покорно принимает от него материальную помощь.
Он нравился мне как работник.
Даже сейчас, положа руку на сердце, я ему симпатизирую.
Крепкий характер.
Стальная выдержка.
Люблю сильных людей.
- Зря артачишься. Давно бы уже разошлись полюбовно.
Останавливаю взмахом руки Бизона, который заносит тяжелый кулак для нового «аргумента».
Слава даже не дёргается. Видок у него тот ещё. Все лицо в кровоподтеках. Губы и брови разбиты. Одежда грязная и разорвана.
- Я озвучил свое условие. – Он хрипит, глядя на меня без страха.
- Не хочешь по-хорошему…
Мужик тихо смеётся. Если звуки, которые он издает, вообще можно назвать смехом.
Признаться, я думал, будет проще.
Но охранник не прост.
Этим своим «условием» не то, чтобы загоняет меня в угол, но нервы трепит внушительно.
- Десять минут с девчонкой. Наедине.
Сплевываю на пол и выхожу из затхлого помещения.
Этот подвал – моя вторая сторона.
Место, где решалась не одна сделка. Делался не один выбор.
Я пользуюсь им нечасто. И не очень охотно. Только в крайних случаях. Но все же, он существует. В моем большом элитном особняке, где все говорит о роскоши и достатке.
Десять минут…
Да, блять, щас!
Девочка и так на грани нервного срыва, да еще эта её анемия, будь она неладна…
После того, как Ася свалилась в обморок, я пригласил лучшего врача в нашем районе, чтобы тот её осмотрел. Он взял у неё кровь на анализ, предварительно поставив диагноз «анемия», уверив меня, что это лечится и нужно соблюдать режим питания и отдыха. А ещё, как можно меньше потрясений и эмоциональных всплесков, которые могут спровоцировать новые приступы и обмороки.
Мне и раньше её бледность казалась ненормальной. А теперь уж я точно собираюсь заняться здоровьем малышки вплотную.
Я уверен, Слава знает, где запонки. Но даже ради этого, не стану подвергать Асю новому шоку, потому как его вид вряд ли её обрадует.
Можно конечно спросить о запонках напрямую у самой Аси.
Но чёёрт, нельзя.
Нельзя спугнуть малышку.
Не хочу, чтобы она закрылась и думала, что нужна мне только за этим.
Хочу, чтобы была такой же податливой и открытой для моих ласк, как и вчера.
Хочу, ощущать её истинное желание и невероятные эмоции.
Хочу видеть её влюбленный взгляд.
Да. Я убогий эгоист. Последняя мразь и тварь.
Просто так хочется верить в то, что её слова не были уловкой. Что они были искренними и от души. Потому что тогда, в отцовском кабинете, я поверил ей безоговорочно.
Она сбежала не столько от меня, сколько от своих чувств. Ведь даже после нескольких часов в подвале, что было целиком и полностью идеей Бизона, и меня совсем не обрадовало, все равно дрожала, как осиновый лист, от моих прикосновений.
Не от страха.
От желания.
Она скучала, как и я. Хотела и текла рекой, гостеприимно принимая меня полностью.
Эта девочка моя с потрохами.
Но я не намерен испытывать судьбу.
Если позволю ей встретиться со Славой, то лишусь её и без того хрупкого доверия.
А она ведь ни разу даже не спросила о нем.
Голову разрывает от безысходности ситуации и тупикового положения.
Понятно, что Слава не расколется. Будет молчать до последнего.
Асю тоже трогать нельзя.
Ох… девочка.
Как же ты меня повязала…
Со всех сторон.
Да еще эта моя семейка…