Полина Ветер – Другие методы (страница 3)
Но кто я такая, чёрт побери, чтобы бросать вызов Удальцову?
Он быстро напоминает мне об этом.
Поднимается с места. Обходит раскованной походкой остров и останавливается около меня.
Кладёт одну руку на столешницу, а второй касается моего лица, приподнимает подбородок, так, чтобы я не могла отвести взгляд.
– Если бы я захотел, его бы уже не было. – Меня бьёт током от его слов. – И тебя бы не было здесь.
Вопреки здравому смыслу, по телу разливается знакомое тепло.
Оно почувствовало прикосновение и ожило.
Только одно прикосновение…
– Чего ты сама хочешь, девочка? – Его лицо слишком близко. Так близко, что мне трудно сфокусироваться и понять смысл вопроса. – Ты хочешь родить от
С запрокинутой головой очень неудобно сидеть.
А ещё сосуды пережимаются, и кровь перестаёт циркулировать к мозгу.
Тот совсем отключился.
Я слышу только своё собственное дыхание, тяжёлое, прерывистое, шумное…
Я чувствую невероятное возбуждение.
Я хочу его.
Это как цунами.
Без предупреждения. Без жалости. Без смысла.
Просто накрывает.
И он это видит.
Долго смотрит, больше ничего не говорит.
Мы замираем больше чем на вечность, прежде чем я выпускаю воздух из лёгких.
Моих губ касается невесомый поцелуй.
Лёгкий. Почти целомудренный.
Совершенно сбивающий с толку…
– Ты устала. – Говорит тихо. – Я отвезу тебя домой.
Чёрт. Тебя. Подери. Удальцов!
Я не хочу домой.
Я хочу тебя!
Сейчас!
Прямо на этом столе…
Но вслух об этом никогда не признаюсь.
Потому что дура.
Потому что гордость.
И ещё какая-то невменяемая хрень, способная довести меня до истерики, но не способная решить основную проблему.
Да и чёрт с ней.
Я под гипнозом.
Сергей отстраняется, берёт мою ладонь и ведёт к выходу. Помогает одеться, и мы молча спускаемся на парковку.
Мой ответ так и остался неозвученным.
Как будто ему нужно это.
Как будто так не видно, что, будь моя воля, я бы ему десятерых детей родила.
Но что-то внутри, типа шестого чувства, мне подсказывает, что мы ещё вернёмся к этому разговору.
И никто не может предсказать, чем это для нас обернётся.
Напрасно всё-таки я не пошёл к психологу.
Маша, ещё будучи моей женой, неоднократно меня на это подбивала, но всегда её потуги разбивались о моё непоколебимое «нет».
Это какой-то бред – доверять чужому человеку проблемы своей семьи и свои собственные.
Но вот сейчас…
Крепко сжимая руль своей машины, ощущаю – мне просто необходимо вывалить на кого-то постороннего всё то дерьмо, что копилось во мне годами.
Чтобы окончательно не сойти с ума.
Девочка беременна.
Это пиздец.
Хотя грёбаные врачи из клиники Егора утверждали все как один, что вероятность забеременеть у неё практически нулевая.
А в самый первый раз я сам лично дал ей противозачаточное.
Со всеми своими девочками я трахаюсь без гондонов.
Потому что резинки – это для подростков.
А настоящий секс должен быть – кожа к коже. По-другому не вставляет.
Но я всегда, прежде чем начинать сеансы, обговаривал и контролировал приём противозачаточных своими партнёршами, благо проблем с этим никогда не возникало.
Либо кончал не внутрь.
Такой вариант тоже нормален.
Был.
С Ольгой всё по-другому.
Мы трахались всего три раза. И все эти разы я помню до мельчайшей подробности. До каждого вздоха и крика.
Она была прекрасна.
Лучше всех остальных. Но в тоже время непонятная, непокорная и проблемная.
Поэтому не стал её останавливать, когда она решила уйти.
Так было правильно.