Полина Ром – Венец безбрачия (страница 50)

Каждую бусину из ожерелья распилили пополам и отшлифовали донце. Для того, чтобы это можно было крепить на ткани, мной была придумана оправа для камушка, которая требовала не так много золота, но смотрелась достаточно эффектно: каждую половинку бусинки охватывало золотое тонкое колечко и держало вставку шестью изящными лапками. Ювелиру пришлось отложить все работы, чтобы к сроку выполнить графский каприз. Впрочем, мастер не возражал: заказ самого графа только добавит ему привлекательности в глазах богатых клиентов.

И вот этими янтарными кабошонами, вплетенными в золотую же вышивку по зеленой ткани, и были украшены наши бальные костюмы. На примерке я с удовольствием замечала, как этот цвет подчёркивает мои глаза. Благодаря ткани они смотрелись совершенными изумрудами, и я не только нравилась сама себе, но и вызвала у портних несколько льстивые вздохи восторга.

Туалеты для посещения знакомых Леона были несколько скромнее: спокойный молочно-серый бархат, отделанный тонкой серебряной вышивкой и чёрными атласными кантами, придающими одежде некоторую графичность.

Эффект настолько понравился мне, что я решила потом использовать этот же приём в одежде для дома. Чтобы немного смягчить строгость одеяний, к этому платью я заказала мягкий кружевной воротник лежащий на плечах богатыми складками. А для Леона – узкую полоску тонких шёлковых кружев, которыми обшили белоснежную рубаху.

В общем подготовка к балу вытянула из меня столько сил, что я была необыкновенно счастлива, когда вся эта суета закончилась, и мы, наконец-то, тронулись в путь…

***

Одну их ночёвок мы с мужем провели в замке дядюшки Бруно. Не только старый барон был рад нашему приезду. Линна, экономка барона, изо всех сил старалась сделать эту нашу ночёвку спокойной и приятной.

В замке Брунон нам пришлось задержаться на сутки из-за небольшой метели, и у нас было время на то, чтобы спокойно поболтать с ней за чашечкой чая.

- …и дай вам господь здоровья, госпожа графиня! Всё я по вашему совету сделала, и ведь уломала господина барона! Не больно-то он и хотел, а только я слезу пустила и в конце пригрозила, что начну себе мужа искать помоложе, чтобы на бобах не остаться…

- И что барон?

- А что барон?! Покричал малость, даже ногами на меня потопал… Я уж думала - выгонит совсем, ан нет! Сперва все нервничал да злился, а как я ему сказала, что дочка-то его любимая либо с отчимом будет жить сиротой бесприютной, либо и того хуже - на улице мы окажемся, случись что, так он и задумался. А этим летом самолично повёз меня в город и дом мне купил, и все бумаги на меня же и оформил!

- Я рада за тебя, – я улыбнулась Линне, слушая о её «военной операции».

- Ой, и не говорите, госпожа графиня! Так-то я благодарна вам за совет, да и домик-то такой ладненький: ажно в полтора этажа, да ещё и с кухней. Хоть и на окраине, а зато при домике малый огород есть, да пять деревьев плодоносящих, да погреб на дворе добрый, да две сарайки под птичник. Случись что, - она торопливо перекрестилась – уж я точно не пропаду.

- Это хорошо, Линна. Всё же очень важно жить, зная, что завтра не окажешься на улице.

- А,ещё я, госпожа графиня, - почему-то сильно понизив голос и даже наклонившись ко мне для пущей секретности, проговорила экономка, – ещё я кружева стала плести и тихонечко себе в сундук складываю. А как наберётся большая партия – так я её и продам скупщику. А домик сейчас в аренду сдала, да за хорошую денежку. То ли помянет господин Люсию в завещании, то ли забудет, а уж я-то приданое моей ягодке соберу доброе!

Мы уезжали через день, и Линна вышла провожать нас на крыльцо, робко прячась за спиной барона. А я подумала о том, что таких вот Линн вокруг – неисчислимое количество. Это мне повезло очнутся баронессой и удачно выйти замуж. А ведь многие женщины после смерти мужа остаются ни с чем. И надо бы что-то придумать в своём городе, чтобы у женщин, ставших вдовами без дохода, была хоть какая-то надежда.

Глава 59

Путь до столицы изрядно вымотал меня. По дороге мы останавливались в чужих замках и иногда, благодаря плохой погоде, жили там пару дней, чтобы дать отдых лошадям и охране. Далеко не все хозяева были приятными и интересными людьми, но я всегда интересовалась всякими домашними делами и, если у владелицы дома или замка было желание, мы осматривали различные мастерские и цеха.

Кое-что полезное я для себя почерпнула и собиралась в будущем применить это в замке Эстре. Но в целом, не считая мелочей, такие большие хозяйства жили примерно одинаково: большая часть дохода поступала с земельных угодий, от крестьян. Если хозяйка была рачительна и умна, то организовывала дополнительные производства ткани, обуви, одежды и прочего при доме. Но некоторые не считали нужным возиться с хозяйством и тратить время на управление – в землях таких безалаберных лордов, как правило, и землепашцы жили гораздо хуже, чем могли бы.

Вообще, я по дороге старалась беседовать с любым и каждым, кто мог мне дать хоть какую-то информацию о состоянии окрестных земель. Говорила с купцами и лавочниками, с аптекарями и сельскими старостами, с экономками и даже прислугой в замках, чтобы узнать как можно больше.

Леон немного удивлялся моей странности, но, поскольку ему приходилось тратить время на беседы с лордами-владельцами, особо он в мои поиски и не вникал. Я же за дорогу собрала десяток идей, как можно не только улучшить наш быт, но и немного снизить налоговую нагрузку на крестьян.

– Пойми, дорогой, чем сытнее живут наши подданные, тем меньше будет проблем с контрабандистами и тем больше шансов будет за то, что в случае нападения крестьяне помогут нам.

Леону все эти мысли казались довольно необычными, но в целом он не возражал попробовать какие-то улучшения. Так что дорога хоть и была тяжёлой и скучной, время мы провели с пользой.

***

Изенбург мне не слишком понравился: окраина, где мы остановились в арендованном доме, выглядела тоскливо и убого. Мало деревьев – наверняка летом почти нет зелени. Раскатанные санями дороги часто усыпаны конскими лепёшками, и весной, когда всё начнёт оттаивать, вонь будет неимоверная. А, как известно, где грязь и скученность людей – там болезни.

Так что я про себя тихо радовалась, что земли моего мужа лежат на окраине страны и рядом – море. Море – это не только источник беспокойства, но ещё и дополнительный источник питания. Даже нищие, которых я иногда видела в наших землях, выглядели гораздо благополучнее, чем те орды голодных селян, которые наводняли столицу зимой в поисках подработки.

В воздухе сильно пахло дымом от бесконечно топящихся каминов, снег вокруг вовсе не блистал белизной, как рядом с нашим замком. Он был серого цвета и покрыт тонким слоем гари.

Тем инороднее смотрелись центральные особняки столицы, отделанные мрамором и колоннами, украшенные статуями и резьбой по камню. Мне оставалось только радоваться, что неведомые силы закинули меня на окраину, а не возродили здесь, в Изенбурге.

По словам мужа, эпидемии болезней вспыхивали в столице каждые пять-семь лет, и некоторые из них были просто ужасны. Впрочем, ехали мы сюда по делам, а вовсе не любоваться красотами, и потому, отдохнув сутки с дороги, нанесли несколько визитов знакомым Леона.

Эти визиты были не столько дружескими, сколько деловыми: графство вело торговлю, поставляя сюда, в столицу, сухофрукты, зимой – мороженую рыбу, которую отправляли целыми обозами, и ещё всякое разное. Внешняя торговля не слишком интересовала меня, поэтому, пока муж беседовал с деловыми партнёрами и обменивался какой-то важной для них информацией, я знакомилась с дамами и их дочерьми.

Не все из них оказались приятными собеседницами. Пару раз я сталкивалась с заметным снобизмом и этаким лёгким презрением к провинциалке, то есть – ко мне. Но, независимо от того, насколько любезны и вежливы были хозяева дома, неизбежно возникал вопрос о наших с Леоном костюмах.

Я поняла, что рисковала не зря, сшив одежду в стиле «family style». Как по секрету поведала мне миловидная баронесса Тёрнер, любовники при дворе его величества, желая дать знать окружающим о своём «тайном союзе», заранее договариваются и выбирают себе на одежду атласные банты одного цвета.

– Это такой милый обычай, дорогая графиня де Эстре. Вообще-то по правилам банты одного цвета раньше носили жених и невеста, уже помолвленные официально. Но вот во времена моей молодости этот обычай «украли» у молодёжи барон Персиваль де Мортамер и влюблённая в него графиня де Клер. Это было нахально – и очень мило! Ах, барон был таким повесой, и графиня Люсия просто не устояла! С тех пор и повёлся этот изысканный обычай. Конечно, не все любовники делают так, но те, кто появляется в свете часто и хочет привлечь к себе внимание, используют банты всегда.

– Получается, наши с мужем одежды нарушают устоявшиеся, но негласные правила? – уточнила я.

– Да, но... Но, дорогая графиня, ваши костюмы просто великолепны! Жаль, что в таких одеждах нельзя появиться при дворе: они красивы, но слишком просты.

***

Моё представление королевской семье состоялось за неделю до зимнего бала и оставило у меня двойственное впечатление. С одной стороны, мне было любопытно посмотреть на настоящий старинный бал, и я с удовольствием любовалась вычурными костюмами собравшихся на малый приём гостей. Оценивала вышивки, кружева и ткани, сочетание цветов в одежде и драгоценностях, с любопытством рассматривала потолочные и настенные фрески дворца и любовалась искусной резьбой по дереву.