Полина Ривера – Я не могу без тебя (страница 1)

Полина Ривера

Я не могу без тебя

Глава 1.

Марина.

– Мариш, ну что? – шепчет мама, распахивая дверь балкона и впуская в комнату ледяное облако.

– Я… Я сейчас. Собираюсь с духом.

Как ему звонить, не понимаю? Это невозможно – после случившегося между нами безумия… Деревенею от страха. Взмахиваю рукой, прося маму вернуться в комнату. Не май все-таки…

А мне не холодно. Ни черта… Стряхиваю пепел, дрожащими пальцами удерживая сигарету. Глубоко затягиваюсь и отыскиваю номер Марата в телефонной книге.

Мы не общались пять лет. Не перезванивались. Даже банальные поздравления в виде картинок из интернета друг другу не отправляли. Ни-че-го… Он вычеркнул нас с Марком из жизни и женился на «более сговорчивой и милой» девушке по имени Яна…

Снежинки кружатся в чернильном небе, оседая на светящийся экран.

Теперь он просто «Сабиров»… А раньше был «Любимым мужем»…

– Нужно поговорить, – хрипло выдыхаю в динамик.

Пепел обжигает пальцы, но я терплю боль… Стискиваю зубы и задерживаю дыхание.

– Говори, – сухо отвечает Марат.

– Не телефонный разговор. Где мы можем встретиться?

– У меня нет времени на тебя, Марина. Быстро говори, что тебе нужно и…

– Марат, дело очень важное. Я бы не стала… Никогда бы не вспомнила о тебе, – почти рычу в динамик.

– Я в клубе на Севастопольском. Подгребай. У тебя час.

– Ты же знаешь, что я живу в области и…

– Мне насрать. Успевай.

Сволочь… Как был гадом, так и остался! Если потороплюсь, успею доехать… Рывком открываю дверь и возвращаюсь в гостиную.

– Тише, Марин. Маркуша только заснул. Звонила? – взволнованно произносит она, складывая руки на груди.

– Да. Он в Нижнем, мам. У меня час.

– Не доедешь.

– Значит, буду караулить его под забором. Или заночую возле этого чертова клуба, – остервенело произношу я.

Марат Сабиров владеет сетью ночных клубов и ресторанов. И в каждом заведении действует дресс-код. Придирчиво оглядываю себя, понимая, что не успею собраться… От меня воняет дымом, голова немытая. И я похудела так, что Марат вряд ли меня узнает…

Выуживаю из шкафа платье на бретелях и драповое, черное пальто. Бросаю одежду на диван и торопливо встаю под душ. Сабиров не откажет себе в удовольствии оценить меня. Правда, счет будет не в мою пользу… Тогда, стоит ли выпендриваться? Я и тогда была хуже – ленивая, непокорная, неверная… Лживая и мстительная. Недостойная носить его фамилию или рожать сына…

Становлюсь перед зеркалом, придирчиво оглядывая себя. Тощая, как весло, с темными кругами под глазами. От густой, роскошной копны остался жалкий пучок. Намазываю под глаза консилер, выравниваю тон. Понимаю, что опоздаю к назначенному времени, но выглядеть страшилой не хочу… Наверняка эта сволочь будет со своей Яночкой. А та не упустит возможности унизить меня еще раз…

Указать на место, съязвить…

– Может, дядю Мишу попросить тебя подвезти? – заглядывает в ванную мама.

– Я сама. Вряд ли Сабиров предложит мне выпить. Не волнуйся, мам. Все хорошо будет. Я покажу ему выписки Марка и попрошу о помощи. И все. Унижаться не стану.

– Правильно.

После развода Марат оставил мне только машину – простенький Опель черного цвета… Ей-богу, я бы и не вспоминала о нем, если бы не Маркуша… Не терзала душу догадками, как живется в моем доме залетной дряни? На чем она ездит и в какие шмотки одевается? У нее ведь уже Бэнтли, ведь так?

Черт… Только бы тушь не потекла… И душа на части не раскололась в очередной раз…

В салоне тепло, из динамиков льются звуки радио, а мягкий, влажный снег легко стирается непрерывно работающими дворниками.

Возле входа в клуб многолюдно. Среди амбалов на входе узнаю Рустама. Он постарел, набрал вес… Интересно, старый лис узнает меня? ТОГДА мне казалось, что подчиненные Марата меня уважали. Считались с моим мнением, старались угодить. А потом иллюзия развеялась…

– Успокойся, Марина. Дыши глубже. Никто не вышвырнет тебя, он же… Марат сказал, что ты придешь. Тебя пропустят и… – бормочу под нос, выходя из машины.

Глава 2.

Марина.

Каблучки замшевых ботильонов утопают в снежной каше, когда я торопливо иду к входу. Знаю, что чертовски опоздала, но все же бросаю взгляд на часы… Может, Сабирова уже и след простыл?

– Рустам, здравствуй, – выдыхаю сипло. – Я договаривалась с Маратом о встрече.

– Здравствуйте, Марина Владимировна. Не с Маратом.

– Что, прости?

– С Маратом Артуровичем.

– Хорошо, с ним… С Маратом Артуровичем.

Между нами морозное облако и непробиваемая стена прошлых обид. Для него я тоже – дрянь и предательница, гадина, отомстившая изменщику-мужу, как полагается… Ну что же… Пусть ненавидит, я переживу.

– Вам было назначено на семь. Сейчас двадцать часов и семнадцать минут. Я не могу вас пропустить.

Внутри будто все вымерзает. Выходит, Сабиров решил просто поиздеваться надо мной?

– Хорошо, тогда я подожду его на улице. Я ведь могу… вот здесь встать? – беспомощно бормочу я.

– Улица не куплена. Можете стоять, если вам хочется, – не глядя на меня, отвечает Рустам.

Я поговорю с ним, и точка. Во что бы то ни стало…

Бросаю ненавидящий взгляд в окно, освещенное тусклым светом… Кажется, занавеска встрепенулась, на мгновение явив взгляду силуэт в черном пиджаке. Смотришь, сволочь? Наслаждаешься своей властью? А что ты скажешь, узнав, что твой единственный сын умер от тяжелой болезни? Как будешь жить с этим, зная, что даже не попытался ему помочь?

На крыльце толпятся курильщики. Поднимаюсь по ступенькам и выуживаю из сумочки смартфон. Делаю вид, что записываю обращение. Так, чтобы Рустам и стоящий рядом с ним мордоворот, слышали.

– Мне ничего другого не остается. Меня ну пускают, да. Ну а что, здесь повсюду камеры. Моя смерть будет на их совести. Я просила о встрече, а меня не пустили. Я просто… Мне больше не к кому обратиться. Да-да, ты потом отправь эту запись в полицию. Ну… после моей смерти.

– Марина Владимировна, хватит играть, – раздраженно отрезает Рустам. – Мы просто делаем свою работу. Уезжайте домой и… все.

– Извини, не могу. Долго находиться на ногах мне трудно. Ты же видишь, какая я стала? Так что… я прилягу.

Ну да, сорок девять килограмм живого веса…

Ложусь на припорошенный снегом газон, хватая ртом летящие с неба снежинки.

Люди подходят и склоняются надо мной. Спрашивают, нужна ли мне помощь? Охранники отгоняют их. А я задыхаюсь от гнева и невыплаканных слез… Знал бы ты, гад, через что я прошла? Как училась есть заново. Выходить на улицу, улыбаться… Спать и, наверное, жить…

Я на горло наступила себе, чтобы явиться сюда. И не уйду, пока не поговорю.

Не знаю, сколько проходит времени? Я ничего не чувствую… Ног и рук, сердца… В сумке вибрирует смартфон, но у меня нет сил пошевелиться…

Они позволят мне умереть. Сдохнуть как собаке.

Прикрываю глаза. Я только немного отдохну и… Наберусь сил и встану.

Мне есть ради кого жить. У Сабирова никого нет. Вряд ли новая жена любит его крепче, чем любила я… Никого нет, никого… А у меня есть.

– Вы что, долбанулись? – будто сквозь вату слышится голос Марата. – Вы… Дебилы конченные, вы что… Марина, очнись. Мариша, Мари…

Его сухие, горячие ладони обжигают мои щеки. Он трясет меня за плечи, стряхивает укрывший меня снег. Идиотка, зачем я только так рисковала собой? Дура отчаянная… Ненормальная, блаженная, чудная… Все это – я…