Полина Ребенина – Россия XX века. Вехи и судьбы (страница 20)
Главной причиной этого было нежелание видеть Россию в качестве мощного геополитического соперника, стремительно развивавшегося два десятилетия перед революцией. Сокрушение монархии «мировая закулиса» изначально планировала для сокрушения российской мощи, а вовсе не для «освобождения народов России от царской деспотии». Россию предстояло максимально ослабить и превратить в колонию, взяв под контроль ее ресурсы как «величайшего трофея, который когда-либо знал мир» (слова из соответствующего меморандума одного из банкиров). А для этой цели разрушительный пыл марксистов годился лучше всего.
Российские же масоны-февралисты были использованы западными «братьями» лишь в качестве полезных идиотов. После Февральской революции Антанта еще какое-то время пользовалась ими для поддержания антигерманского фронта, затем для контроля над Белым движением и над эмиграцией, но западные ложи отказались их даже признать за «регулярное масонство» и не допустили к высшим степеням «посвящения».
Таким образом, наивным обещаниям Временного правительства о «бурном развитии России после сбрасывания оков царизма» не было суждено осуществиться. Лишившись легитимной верховной власти, русская армия разлагалась, крестьяне разбегались по домам делить землю, ширилась анархия («если нет Царя – все позволено») и уже к октябрю «власть лежала на улице» Большевики, развернувшиеся на щедрые «немецкие деньги», подхватили ее без особых усилий и жертв.
И уже в августе 1917 года, то есть еще при Временном правительстве, банкиры Уолл-стрита из собственного кармана (а не в счет немецкого кредита) выдали большевикам первый миллион долларов и послали в Россию группу своих представителей, которая была замаскирована под «гуманитарную миссию Красного Креста». И засланные «германские и американские агенты» устроили Октябрьскую революцию.
Об Учредительном собрании
Идея создания Учредительном собрании, или демократического органа, который бы представлял интересы всех слоев российского общества и определял бы формы правления и пути развития страны, родилась задолго до Февральской революции. Планы по созыву Всенародного собора лелеяли декабристы, идею Учредительного собрания вынашивали и пропагандировали народовольцы. В 1903 году лозунг о необходимости созыва собрания включила в свою партийную программу РСДРП – будущая партия большевиков; под этим же лозунгом выступали многие партии, участвовавшие в русской революции 1905 года. И как только российский император Николай II отрекся от престола, началась работа по воплощению этой давней мечты революционеров в жизнь.
Ради исполнения этой мечты либералы и демократы оправдывали все – даже революционный террор, который захлестнул Россию в конце 19-го – начале 20 в. в. Доходило до того, что жестокие революционные убийства встречали наши либералы не с возмущением, а с благоговением, улыбками и злорадным шёпотом: «Нет, это не убийство! Если есть партия, идейная основа, – террор не убийство, это – апогей революционной энергии. Это не акт мести, но призыв к действию, но – утверждение жизни! Террористы – это люди наибольшей моральной чуткости». Что уж говорить, если мальчики и девочки из интеллигентных семей стремились пополнить ряды народовольцев, или попросту убийц-террористов.
После февральской революции подготовкой к выборам в Учредительное собрание занималось Особое совещание, которое к августу 1917 года сумело выработать Положение о выборах в Учредительное собрание. Причем в этом вопросе Россия внезапно оказалась впереди планеты всей: избирательное право было предоставлено практически всем, в том числе женщинам и военнослужащим!
Дело было нелегкое и первоначальная дата 17 сентября 1917 года была перенесена на 12 ноября, так что выбирать депутатов пришлось уже после Октябрьской революции.
До выборов в Учредительное собрание оставалось несколько дней, но было ясно, что большевики преимущества в Учредительном собрании не получат. Тогда новой властью повсюду начали ставиться препоны. По деревенским местностям вооруженные большевицкие солдаты разъезжали с угрозами. Опубликован написанный Лениным «Проект декрета о праве отзыва»: «В каждом избирательном округе Советы имеют право назначать в любой срок перевыборы в любые представительные учреждения, включая Учредительное собрание». 29 ноября Лениным, Сталиным и Стучкой подписан декрет об увольнении всего состава Всероссийской комиссии по делам о выборах в Учредительное собрание ввиду ее отказа работать совместно с СНК. Впредь до составления новой комиссии руководство делами по выборам возложено на Урицкого.
Большевик Потресов – один из основателей РСДРП говорил откровенно: «Мы возлагаем все надежды на Учредительное собрание, но и его можно так же расстрелять, как на днях был расстрелян Успенский собор; придет рота красногвардейцев, нацелится – и где ты, краса и гордость России?»
Видный большевик Володарский (Гольдштейн Моисей Маркович) разъяснял: «Учредительное собрание для нас не фетиш; может создаться положение, что мы должны будем противопоставить ему Советы..»
1 декабря Ленин заявлял в ЦИКе: «Нам предлагают созвать так, как оно было задумано; нет-с, извините! его задумывали против народа; мы ввели право отзыва, и Учредительное собрание не будет таким, как задумала его буржуазия. Мы выдвигаем прямое политическое обвинение против целой политической партии, кадетов; так поступали и французские революционеры; а против нас (в июле) не посмели этого сделать; пусть докажут, что партия кадетов не штаб гражданской войны».
Тут левый эсер Штейнберг возразил: «Можно арестовывать только по точному обвинительному акту, а не за принадлежность к партии».
На что Ленин безапелляционно высказал тезисы: «Если нужно будет, применим и французский террор, гильотину».. «Россия выросла из того, чтобы кто-нибудь управлял ею. Советы выше всяких парламентов, всяких Учредительных собраний.. Когда происходили выборы, народ выбирал не тех, кто выражает его волю, его желание».. «Нельзя делать из Учредительного собрания фетиш; мы требуем категорического признания Советской власти, а кто ее не признает, будем арестовывать».
***
В эти дни газета «День» писала: «Разгром Учредительного собрания, по-видимому, решенное дело, к Петрограду стягиваются разгоноспособные войска, латышские полки. Всероссийская комиссия по выборам в Учредительное собрание задержана арестантами в Смольном, их допрашивают: признаете ли вы до сих пор власть Временного правительства? согласны ли вы работать с СНК? (Комиссию якобы подозревают в том, что она пристрастно вела избирательную кампанию, на самом деле цель большевиков была одна- это дезорганизовать Учредительное собрание в последние дни перед открытием. Большевики уже видят, что и вместе с левыми эсерами им не иметь в Учредительном собрании большинства».
К Новому году прошли выборы и Россия получила-таки свое первое и единственное Учредительное собрание, в котором большинство мандатов – 40% – досталось эсерам, 24% – большевикам, чуть больше 7% – украинским эсерам и почти 5% – кадетам. Политический состав Учредительного собрания не оставлял никакого сомнения в том, что этот орган не станет беспрекословно следовать планам большевиков.
Большевики встревожились, они с этим мириться не собирались и незадолго до начала работы собрания «Правда» опубликовала ленинские «Тезисы об Учредительном собрании», гласившие, что партия большевиков считает этот орган буржуазным и недостаточно представительным с точки зрения рабочих и крестьян, а настоящая законодательная власть должна принадлежать Советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов.
Первое заседание Учредительного собрания было назначено на 18 января 1918 года, и с самого начала было понятно, что собрать всех депутатов, избранных к тому времени, к нужной дате не удастся, поскольку транспорт в разваливающейся стране работал с перебоями.
Газета «Дело народа»: «Большевики совершили октябрьский переворот под лозунгом „ускорения“ выборов в Учредительное собрание и, напротив, затормозили их расстройством почты, телеграфа, ж-д, захватом типографий; в ряде избирательных округов выборы были отложены на 2 и 4 недели. Декрет „партия кадетов вне закона“ и есть гражданская война».
Газета «Новая жизнь»: «Замыслили план разгрома УС по частям: сначала пошлем в тюрьмы кадетских депутатов, потом, если понадобится, правых социалистов, затем и умеренных. Трудовые классы разгадают этот заговор, шитый белыми нитками, народный ответ: руки прочь от хозяина земли русской!»
Еще 5 января, за две недели до начала работы Учредительного собрания, в Петрограде ввели военное положение, запрещавшее все митинги и манифестации. Несмотря на это, по призыву городской думы в день начала работы Собрания (18 января 1918 года) собралась большая праздничная манифестация, примкнули и солдаты-семеновцы, и потекли с оркестрами, знаменами и пением революционных песен к Таврическому дворцу. Несли лозунги и плакаты «Вся власть Учредительному собранию». Газета «Дело народа» писала, что собралось больше 100 тысяч, но большевистская «Известия» возражала – меньше 10 тысяч.
Подошли к Таврическому дворцу, но он закрыт и оцеплен латышскими стрелками. Попасть в Таврический вовсе невозможно, члены Учредительного собрания отказались от заседаний и обсуждают, что делать. Уехать всем из Петрограда и собраться в другом городе? Большевистские круги были сильно озабочены этим проектом.