Полина Никитина – Униженная невеста дракона или Хозяйка зимнего поместья (страница 39)

Как же он упивается своей властью надо мной! Беспомощной, связанной, утратившей всякий контроль над ситуацией. Я могу лишь смотреть с ненавистью, представляя, как при первой же возможности сотру с его лица эту самодовольную ухмылку.

Кое-как усадив меня на потёртое кожаное сиденье, Альфред плюхается напротив. Цепкий взгляд скользит по моему лицу, изучая каждую, даже самую незначительную черточку. От такого пристального внимания по спине бегут мурашки, а тревожное предчувствие вопит дурным голосом.

- Куда везёшь? – стараюсь, чтобы голос звучал ровно. – К Вольфу?

Брови Альфреда тут же взлетают вверх, демонстрируя неподдельное изумление:

- Надо же! С каких это пор ты стала называть родного отца по имени?

Мысленно отвешиваю себе подзатыльник. Чёрт! Едва не проболталась! Надо срочно выкручиваться. А главное - правдоподобно.

- После всего, что этот тиран творил со мной и моими сёстрами, – цежу сквозь зубы, – язык не поворачивается назвать его отцом.

Альфред небрежно пожимает плечами:

- Не мне тебя судить.

Не могу сдержать горького смешка:

- Естественно. Вы же с ним одного поля ягоды. Только он действует напролом, используя родную кровь как расходный материал для обогащения, а ты предпочитаешь втираться в доверие к богатым девушкам.

С его лица тут же исчезает самодовольная ухмылка. Челюсти сжимаются, желваки проявляются под кожей.

Что, подлец, не ожидал, что мне известна твоя грязная история?

- Заслужили, - цедит хмуро. - Я от этих капризных куриц сполна натерпелся, - корчит скучную рожу и проводит ребром ладони чуть выше кадыка. - А вот ты – другое дело, моя хорошая. С тобой будет всё иначе.

Холодею от этих слов.

В горле пересыхает, а сердце пропускает крайне болезненный удар.

- О чём ты говоришь? – шепчу непослушными губами. - Что значит "со мной"?

Глава 61

Смазливое до тошноты лицо Альфреда не выражает ни одной эмоции. Секунды тишины растягиваются, как жвачка, пока их не разрывает его смешок. За первым следует второй, и вот уже карету наполняет долгий, противный смех.

Стискиваю кулаки до боли, впиваясь ногтями в ладони и прикусывая губу изнутри, чтобы не сорваться в истерику. Сейчас мне нужна вся собранность и сила духа, чтобы выбраться из лап этих мерзавцев.

Смейся, ублюдок, сколько влезет. А я, может, сумею усыпить твою бдительность и выскочить из кареты до встречи с Вольфом Дезмондом.

Отсмеявшись, Альфред картинно утирает выступившие слёзы. Голубые глаза светятся жутковатым блеском, будто заглядывая в мои мысли:

- Судя по твоей недовольной мордашке, ты всё же нашла общий язык с лордом Вэйном? - он театрально вздыхает. - Ничего, полученные привилегии сгладят тот факт, что мне достался второсортный товар.

- Я недовольная, потому что меня корёжит от твоего голоса, подлец, - цежу сквозь зубы, стараясь, чтобы мой, родимый, не сорвался. - И да, я с наслаждением буду смотреть, как Эридан найдёт тебя и выбьет всю дурь. Не ради меня. Ты и его успел раздраконить.

Улыбка сползает с холёного лица, как подтаявшая восковая маска. Глаза темнеют от ярости - мой словесный укол попал в цель.

- Эридану, - шипит он, наклоняясь ко мне и обдавая леденящим запахом мяты, - ещё очень, очень долго будет не до тебя.

По позвоночнику пробегает предательский холодок. Изо всех сил пытаюсь сохранить невозмутимость, но дрожащие пальцы выдают мой страх. Альфред замечает это и снова хищно ухмыляется.

- Так уж и быть, - произносит он почти ласково, откидываясь на спинку сиденья, а в глазах пляшут безумные искры. - Расскажу тебе о шикарных перспективах на нас двоих.

Поёрзав на сиденье, рыжий прохвост продолжает свой бенефис.

- Знаешь, поначалу я действительно был очарован приезжей леди, - гад картинно прикладывает руку к сердцу, и этот жест выглядит так фальшиво, что меня передёргивает изнутри. - В нашей глуши редко встретишь столь интересную, воспитанную, а главное - красивую особу. Ты не была похожа на трясущегося, общипанного цыплёнка, который шугается собственной тени. А я ведь долгое время жил в Алдервилле... - он делает многозначительную паузу, - и был весьма наслышан, что Вольф Дезмонд нарочно держит дочерей в чёрном теле.

Глаза поганца загораются нездоровым блеском, когда он продолжает:

- Вы же все там не были в курсе его грандиозной задумки: бедняжки, став жёнами богатеев, закрывали глаза на все грешки мужей. Многочисленные женщины, незаконные дела, насилие, беспредел… - он смакует каждое слово, будто пробует на вкус. - Да, у них не было права голоса, зато они досыта ели, одевались в модных салонах, спали в отдельных комнатах. И выдыхали от облегчения, слыша за стенами смех любовниц - муж занят, значит, оставит её в покое.

- Променяли один кошмар на другой, - шепчу я, с ужасом представляя настоящую Аниту рядом с Эриданом.

Сама мысль об этом вызывает тошноту. Я-то с ним едва справлялась, ежедневно теряя миллионы нервных клеток. А что бы он сделал с молчаливой, безропотной женой?

- Даже поверил, что статья в "Вестнике" - простое совпадение, - нарочито задумчиво добавляет он, выстукивая рваный ритм пальцами на коленях. И в этом тревожном жесте проскальзывает что-то настоящее, не наигранное.

Альфред нервничает?

- Но когда ты начала избегать меня... - он насмешливо цокает языком, и звук отдаётся у меня в висках. - Поверь, милая, ни одна красотка в здравом уме не отвергала моих ухаживаний.

- Шикарное самомнение, - фыркаю я, вкладывая в голос всю возможную язвительность. Нельзя показывать страх - он почувствует его, как акула кровь. - Настолько уверен в своём обаянии, что связал меня по рукам и ногам?

Альфред делает небрежный жест, и путы на запястьях бесследно пропадают.

Сдерживаю торжествующую улыбку, с наслаждением почёсывая зудящий кончик носа и разминая затёкшие руки. Маленькая победа кружит голову, но радость длится совсем недолго.

- Так вот, - он подаётся вперёд, и я инстинктивно вжимаюсь в спинку сиденья. От него веет холодом и чем-то хищным. - Я долго размышлял, стоит ли известить Вольфа Дезмонда о тебе и предстоящей свадьбе с лордом Вейном? Но судьба, - чувственные губы растягиваются в змеиной улыбке, - подарила мне выигрышный билет! И где? На Милфордском вокзале!

Внутри всё обрывается - похоже, я понимаю, к чему он клонит.

- Принимал книжную посылку из Алдервилля и услышал весьма эмоциональную тираду её высочества Вилмены. Ах, какая женщина! - он мечтательно прикрывает веки.

"Так и знала! Эти двое спелись!" - от догадки кровь стынет в жилах!

- Пока прихвостень лорда возился с билетами, мы с очаровательной Вилменой обменялись парой слов. И я понял - у нас много общего. А потом...

Экипаж замедляет ход. Альфред кивает на высокий забор, ворота которого "приветливо" распахнуты.

- Остальное тебе поведает папочка. Если, конечно, будет в настроении.

Глава 62

Мрачный двор за окном экипажа выглядит под стать новому хозяину. Запущенный сад с почерневшими стволами деревьев, тёмный забор и двухэтажный особняк из серого камня, поросший жёлто-зелёным мхом.

“Выглядит как картинка из фильмов ужасов,” - внутренне содрогаюсь я и невольно накрываю ладонью метку на запястье. Вот только в этот раз мне отзывается леденящая пустота. Я не чувствую совершенно ничего. Будто кто-то бессердечный и безжалостный одним взмахом ножа разрезал нити нашей с Эриданом связи.

- На выход, - Альфред кивком головы указывает на дверцу, но я лишь упрямо отодвигаюсь в самый дальний угол на сиденье, пытаясь слиться с хлипкой стенкой. Рыжий гад ожидал нечто подобное, поэтому лишь хмыкнул. - Так уж и быть, сегодня я проявлю свои самые лучшие манеры. Но не надейся, крошка, что я буду всегда с тобой галантным.

В ответ брезгливо повожу плечами. От уничижительного “крошка” ноет и сводит челюсти, и с каждой секундой я всё больше думаю о том, что мне бы совсем не помешала помощь Эридана.

Но где он? Неужели, Альфред говорит правду, и лорд Вэйн не загулял в столице, забыв про свою Истинную?

Дверца распахивается, и мерзавец, крепко сжав мой локоть, заставляет выйти. Порыв холодного, влажного ветра вынуждает содрогнуться, и я невольно ёжусь, когда он тащит меня к дому.

“Да где же ты, Эридан, когда так нужен?” - едва не всхлипываю про себя, пытаясь сдержать хотя бы видимость храбрости на бледном, измученном лице.

На крыльце нас уже ждёт Вольф Дезмонд. Мешковатый сюртук на тщедушном тельце делает его похожим на пугало, а жиденькая бородка клином вызывает такое отвращение, что к горлу подкатывает тошнота.

С трудом сглатываю, встречаясь взглядом с глазами, напоминающими двух суетливых блох. Подонок прищуривается, изучая меня, и я с трудом подавляю желание съёжиться и спрятаться за спину Альфреда.

Хотя он ничуть не лучше тирана-отца.

– Доченька, – приторно-сладкий голос звучит почти нежно, – иди сюда, не бойся.

Намеренно торможу, упираясь каблуками в сколькие плиты у крыльца, но не удерживаю равновесие, и лишь реакция Альфреда спасает меня от того, что я не падаю лицом вниз.

- Да, ты совершила невероятно дерзкий поступок, но я и пальцем тебя не трону.

Альфред с готовностью поддакивает:

– Правильное решение. Мне не нужна невеста, прячущая синяки под слоем пудры и одежды.

– И не надейтесь! – вскидываю подбородок, пытаясь унять предательскую дрожь в голосе. – Эридан – дракон, а их не так-то просто сжить со света! Посмотрите на себя, кто вы, и кто он?