Полина Минк – Нечеловеческое. Чертова лирика (страница 3)

Анна достала из сумочки пол-литровую бутылку воды.

– Хотите? – предложила она Ирине Васильевне, но та машинально отказалась, несмотря на то, что в горле совсем пересохло. Похоже, рассказ наконец ее увлек, было интересно услышать, что происходило дальше, пусть это и всего лишь выдумка. Девушка же отпила немного.

– Получив новую пищу, чудовище словно стало только сильнее, – заявила она. – Через некоторое время после происшествия посетители – не все, а только часть – стали жаловаться, что слышат шум по ночам. Утверждали, что почти каждую ночь кто-то купается в бассейне. Особенно недовольны были две подружки-спортсменки пенсионного возраста, ежедневно как штык поднимавшиеся на зарядку в шесть утра, а уже к десяти вечера закономерно искавшие полного покоя и умиротворения.

«Эти наглецы беснуются ночи напролет. Ныряют с бортика, бьют бутылки. Ведут себя отвратительно! Мешают спать нормальным отдыхающим своими воплями и бессовестным ржанием», – говорили они.

Но администраторы отвечали, что, сколько бы они не проверяли, в бассейне никого не было. Да и никакого мусора на его территории не находили.

Девушка, дежурившая в ту злополучную смену, когда чуть не утонул мальчик (к сожалению, я не могу вспомнить ее имени), была совсем молоденькой и впечатлительной. Конечно, она сильно перепугалась и хотела уволиться сразу же после того случая. Сперва мама ее уговорила остаться, но вскоре из-за всех этих недопониманий она все же уволилась. А может быть, она и сама слышала те странные звуки, но боялась признаться, чтобы не показаться сумасшедшей, кто знает? На замену быстро никого найти не удалось, и моей маме пришлось занять место девушки, как она думала, на какое-то время. И вот однажды, когда в свою смену ей нужно было уехать из курортного поселка в город на пару дней – запись на плановое обследование в медицинской клинике была сделана уже давно, – она попросила одного мужичка из приезжих рабочих подежурить в гостинице вместо нее за неплохое вознаграждение.

***

5 лет назад…

Турсунбека разбудил собственный храп. По крайней мере, так ему показалось сначала. Мужчина зевнул, потер кулаками глаза и обнаружил себя скрюченным буквой «зю» в слишком маленьком для него кресле администратора на ресепшн. Осторожно разогнув затекшие конечности, он сел и потянулся. Предложение хозяйки гостиницы с трудновыговариваемым отчеством сразу показалось ему очень заманчивым. Работка не пыльная. За одну ночь вряд ли что-то произойдет, а уже завтра придет сменщик. Он бы вообще с удовольствием остался на этой должности, но пока ему никто этого не предлагал. А если что-то и произойдет, так даже лучше. Будет возможность показать себя в деле. Чего ему опасаться? Озорных курортников под действием различных мозгоразжижающих веществ? Сам Турсунбек ни разу не притрагивался к алкоголю. Он и без того в жизни многое повидал, и ему не раз приходилось отстаивать свое мнение. Физической силой не обделен, да и телосложением. Разгонит любой междусобойчик на раз-два.

Вдруг он понял, что к внутреннему голосу, решившему начать пробуждение с бурного монолога, примешивается какой-то новый звук. Турсунбек остановил размышления и прислушался. Звук раздался снова. И через пару минут повторился еще раз. Похоже, кто-то бултыхнулся в воду с разбегу.

– Но Виктория Кастанти… Канстативана… Черт бери! Хозяйка сказал, что прыгать в бассейн с бортика нельзя. И купаться ночью нельзя, – зачем-то сказал он вслух по-русски, поднимаясь с сиденья.

Странно, тут же подумалось мужчине. Если бы кто-то прошел мимо стойки, он бы услышал и проснулся. Неужели пробрался кто-то с улицы? Прихватив с собой садовые грабли из под лестницы, Турсунбек вышел на улицу.

– Выходи! – выкрикнул он с заметным акцентом. – Выходи отсюда! Кто тут? Нельзя купаться!

Неприлично громкий «бултых» раздался снова, будто бы ему назло.

Мужчина разозлился и, закинув грабли на плечо, осторожно двинулся к бассейну, осматриваясь по сторонам. Он обошел крошечный искусственный прудик с рыбками, обогнул небольшую постройку, в которой располагалась кухня и было совершенно темно, прошел между яблоней и кустами гибискуса. Отсюда хорошо просматривался бассейн и вся его территория. Но никого на ней не было.

– Выходи! – приказал Турсунбек. – Где спрятался? Тогда до ушей донесся высокий девичий смешок.

– Девушка? – удивился он и поставил грабли на землю.

– Девушка, выходи. Давай знакомиться.

Кто-то снова заливисто захихикал. Турсунбеку показалось, что смех сначала раздался где-то в кустах справа от него, а потом сразу же возле садовых качелей у ворот. И в конце концов слышался словно отовсюду сразу, заставив Турсунбека вращаться вокруг своей оси.

– Девушка, тебя много? – растерянно поинтересовался он и резко повернул голову, потому что в бассейн снова что-то бултыхнулось.

По воде пошли разводы, синяя подсветка сменилась красной. Мужчина сделал несколько шагов в сторону бортика, подошел к навесному водопаду и присел на корточки рядом с ним. Из толщи воды поднимался ворох пузырей, но никого было не разглядеть. Тем временем пузырей становилось все больше, словно бассейн закипал. Затем что-то всплыло на поверхность. Это оказалась темно-зеленая винная бутылка.

– Я тебя нашел, девушка, – довольно пробормотал Турсунбек. – Вот где спрятался. Выходи.

Он наклонился и опустил левую руку в бассейн. Вода оказалась очень теплой, почти горячей. И тут кто-то поймал и резко дернул его за руку. Турсунбек попытался вырваться, но ничего не получалось. То, что было под водой, утянуло его уже по локоть, и мужчина еле успел ухватиться за металлическую фигуру дельфина другой рукой. Но подводная тварь дернула еще сильнее, казалось, либо он поддастся и нырнет в бассейн, либо рука сейчас оторвется. А вода бурлила и стремительно нагревалась, словно туда сунули кипятильник.

– Помогите, – завопил мужчина во все горло. – Горю! Горю!

Нельзя сказать точно, помогли его громкие душераздирающие вопли или неправильно, но все же весьма удачно подобранное слово. Ведь, как известно, больше шансов спастись не у тех жертв грабителей и маньяков, кто кричит на весь подъезд «убивают», а у тех, кто кричит «пожар». Потому что пожар нельзя просто переждать, сделав вид, что ничего не слышишь, он касается всех. Но это был единственный из случаев, произошедших в гостинице, когда на надрывные крики утопающего выбежали сразу пять человек.

И удивительным образом, как только они достигли территории бассейна, все мигом прекратилось.

Турсунбек вытащил покрасневшую руку, кое-как опираясь на дельфина, встал на ноги. Шатаясь и тяжело дыша, он попятился прочь, не сводя с руки ошарашенного взгляда. Сначала он недоверчиво двигался к воротам, все ускоряя шаг, а потом побежал. Гости так и не поняли, что произошло. Решили, что временный администратор ходил во сне. Должно быть, мужчине что-то почудилось, он поскользнулся, упал и ударился. Но в поселке его после этого никто не видел.

***

– Получается, фактически в бассейне погибло только два человека: парень и девушка, о которых вы рассказали в самом начале? – с надеждой предположила Ирина Васильевна.

– Вовсе нет. Или вы хотите сказать, что, если люди успели выйти из бассейна до своей смерти, то бассейн их не убивал? – выжидающе уставившись на собеседницу, Анна сняла резинку с волос и принялась нервно теребить ее в руках.

– Я… я просто… – растерялась риелтор.

– Понимаю, такое надо сначала переварить, – неожиданно пришла на помощь молодая хозяйка. – Но в любом случае не все следующие жертвы смогли выбраться из него… – девушка соорудила небрежный высокий хвост, и вернулась к мрачному экскурсу в прошлое. – Через некоторое время после побега Турсунбека – кажется, это было уже в начале августа – принялся, как выражалась мама, капризничать уборщик, Сергей Иваныч. Сначала он жаловался, что работы для него многовато, он уже слишком поизносился для такой длительной физической нагрузки и пора бы ему на покой. И хотя трудно с этим поспорить, ведь старику было уже далеко за семьдесят, но мама подумала, что дело могло быть в деньгах, и предложила поднять ему заработную плату. А Сергей Иваныч уперся рогом и ни в какую не соглашался. У него была сменщица, но, конечно, она не могла взять всю работу на себя и ежедневно вкалывать без отдыха. Мама была в отчаянии. Дело ее мечты рушилось на глазах. Желающих отдохнуть в гостинице становилось все меньше. Ходили разные нехорошие слухи. Сотрудники бежали один за другим, словно крысы с тонущего корабля. Кое-как, апеллируя к их давней доброй дружбе, мама все-таки убедила пожилого уборщика войти в положение и остаться хотя бы до конца сезона. К тому же одна многодетная знакомая согласилась взять подработку с почасовой оплатой – иногда она могла прийти и подменить Сергея Иваныча в его смену на день, на полдня или на несколько часов, чтобы хоть немного сократить нагрузку.

Только оказалось, что истинная проблема была вовсе не в этом. Однажды после обеда Сергей Иваныч позвонил маме и заявил, что категорически отказывается приближаться к бассейну. Сколько она его не пыталась переубедить, сколько не взывала к здравому смыслу, он, словно одержимый, все твердил, что в этой треклятой воде он найдет свою погибель. Считал себя причастным к смерти туристов из-за того, что сильно переборщил с хлоркой. Не надо было ее слушать тогда, дурная это была затея. И теперь его накажут. Говорил, что по ночам в этом бассейне открывается дверь в ад, что там живут черти, которые кличут его на разный лад: то голосами отдыхающих, женскими, мужскими и детскими, то хозяйки, а недавно заговорили голосами умерших родственников. Накануне и вовсе он видел своими глазами, как со дна кверху спинами, как поплавки, всплыли трупы тех парня и девушки. А потом вдруг разогнулись, подняли посиневшие головы из воды. Он не стал ждать, что будет дальше, развернулся и дал деру, а потом трясся от страха без сна до самого утра. Сил нет больше туда ходить. Он точно знает, черти хотят его извести. И рано или поздно они до него доберутся, утащат его за собой холодными цепкими ручищами. Так что, хоть бейте, а к бассейну он ни ногой.