Полина Краншевская – Кулинарная фея в замке герцога (страница 9)

После завтрака всех участников проводили за крепостную стену на специально огороженный участок поля. Здесь устроили что-то вроде стадиона. Полукругом тянулись несколько ярусов деревянных трибун, на противоположной от них стороне возвышалась украшенная изображением грифона ложа, а в центре размешались перегороженные снопами сена отсеки с огромными ящиками, укрытыми плотными попонами. За этим своеобразным лабиринтом виднелись столы и открытые жаровни.

– Вид такой, словно нам предстоят спортивные состязания, а не кулинарные, – шепнула я стоящему рядом Морису. – Есть догадки насчет того, что нас ждет?

– Ни одной, – покачал головой он.

Морис скользил пристальным взглядом по другим участникам, ни на ком особо не задерживаясь. Вдруг он стиснул мое плечо с такой силой, что я зашипела от боли и принялась отдирать его ладонь.

– Извини, – пробормотал Морис, поняв свою ошибку. – Просто я кое-кого увидел.

Я проследила за направлением его взгляда и с удивлением узнала в заинтересовавших Мориса людях миниатюрную блондинку и ее неприступного русоволосого спутника.

– Ты их знаешь?

– Лично, к счастью, не знаком, – со стальными нотками в голосе отозвался Морис. – Но я много о них слышал. Это Аурелия Фаир и Жозеф Периле, фея и эльф.

– Потомки, ты имеешь в виду? – уточнила я. Меня покоробило то, с какой затаенной болью Морис о них говорил.

Он повернулся ко мне, и я увидела на его бледном лице выражение безграничной ненависти.

– Нет, Олия, они чистокровные. Я тебе рассказывал, что феи и эльфы блюдут традиции. Конечно, и среди них есть полукровки и потомки, но в Зачарованном лесу живут те, у кого в роду ни разу не отметились бездарные. Говорят, они создали культ чистокровных и пытаются искоренить неверных. Аурелия и Жозеф одни из приближенных владыки фей и эльфов. Не представляю, что могли здесь забыть такие, как они.

Солнце скрылось за набежавшими облаками, налетел пронизывающий ветер, и я теснее прижалась к широкой груди Мориса, не в силах унять внезапный озноб. Он положил ладони мне на плечи и шепнул:

– Не бойся, это пустые слухи. В королевстве любые культы строго запрещены. Официальной религией является поклонение Богине созидания, сотворившей небо и землю. При этом многие народы имеют собственные верования, как, например, гномы почитают горных духов, а эльфы и феи – лесных. Но все признают Богиню созидания за верховное божество. Каким бы бесшабашным ни был молодой правитель, он строго следит за тем, чтобы в Фабуларе никого не ущемляли, ни бездарных, ни потомков, ни чистокровных. Да и герцог Стаблис его в этом поддерживает, устраняя противников существующего порядка.

Мне вдруг подумалось о том, что жителям Фабулара повезло и с монархом, и с главным советником. А ведь все могло быть куда хуже. Чистокровные вместе с сильными одаренными легко могли бы захватить власть и поработить обычных людей.

– А в других королевствах? – спросила я, чувствуя спиной напряженную грудь Мориса. – Там также относятся к потомкам и неодаренным?

– Нет, – проговорил он, обдавая горячим дыхание чувствительное местечко за ухом. У меня от будоражащих ощущений мурашки побежали по спине. – В Фабуларе лучшие условий для проживания представителей всех рас. Поэтому это королевство одно из самых обширных и густонаселенных. А вот на севере лежит Иресант, и там одаренные находятся под жестким контролем правительства и занимают подчиненное, почти рабское положение.

– Почему же они не покинут страну? – удивилась я, в негодовании повысив голос.

На нас начали коситься другие участники турнира.

– Потому что таким детям вживляют при рождении специальные метки под кожу и не пропускают через границу.

В голосе Мориса чувствовалась боль и ярость. Я развернулась, положила руку ему на грудь и с жаром сказала:

– Когда-нибудь этому придет конец! Рабство не может существовать вечно. Люди всегда находят способ сбросить оковы угнетателей.

Лицо Мориса вытянулось от удивления, а в зеленых глазах вспыхнула благодарность и теплота. Он погладил меня по щеке и ответил:

– Верю, что так и будет, Олия.

Он снова сделал это, произнес мое имя так, словно приласкал без единого нескромного прикосновения. Я ни с того, ни с сего покраснела и отвела взгляд.

– Опять воркуете, голубки? – грянул над нами раскатистый бас зеленокожего великана. Он захохотал, и теперь уже все стоящие вокруг люди уставились на нас с Морисом. Я смутилась и втянула голову в плечи, мечтая стать как можно незаметнее.

– Ну что вы, уважаемый мадар! – отмахнулся Морис, мгновенно преображаясь в деревенского простачка. – Какие глупости! Я всего лишь успокаивал мою чересчур стеснительную кузину. Олия никогда не покидала Раусальд, вот и нервничает в толпе. А вы бывали в Раусальде? Простите, не знаю вашего имени.

Сегодня Морис выглядел так же, как и накануне. Невыразительные черты лица, темные волосы, средней руки невзрачная одежда. Он ничем не отличался от точно таких же мужчин, что пришли в замок герцога, чтобы попытать силы на турнире.

– Вот оно как, – пророкотал великан. – Тогда прошу прощения. Меня зовут Энзо Банди, десятый внук старейшины племени Южных кочевников. В Раусальде не бывал, но много слышал о тамошнем гостеприимстве. Наше племя в города редко заходит, мы предпочитаем вольную жизнь без домов и каменных дорог.

– Очень приятно, мадар Банди! – Морис схватил его необъятную ручищу и принялся трясти. – Я всегда мечтал познакомиться поближе с представителями кочевого народа. Говорят, вы обладаете феноменальной реакцией!

Великан потупился и пожал плечами.

– Ну не то чтобы прям феноменальной. Но духи ветра не обделяют нас вниманием. Прошу, зовите меня Энзо. Мне так привычнее, чем со всеми этими мадарами да мадинами. На родных просторах мы живем запросто.

– Как пожелаете, – тут же согласился Морис. – Тогда и вы обращайтесь к нам, как к своим, Морис и Олия. Правда, кузина?

– Конечно, дорогой кузен, – пролепетала я, делая вид, что не имею собственного мнения. Раз уж Морис затеял эту игру, пусть сам и общается с новым знакомым.

Энзо так искренне обрадовался, что мне стало стыдно за свой страх перед его внушительными габаритами и жуткими клыками. Морис принялся с ним болтать о Южной провинции и особенностях жизни в том регионе, ничуть не заботясь о том, как на них смотрят другие участники турнира. А смотрели они с недоверием и даже враждебностью. С чего бы?

Пока Морис общался с Энзо, я огляделась и заметила потомков гномов, с которыми мы познакомились вчера. Клэр и Лука о чем-то спорили с парнем и девушкой в довольно странных нарядах. Оба носили шелковые шаровары, жилетки на голое тело и остроносые кожаные туфли. Парень был побрит наголо, имел короткую бородку темно-фиолетового оттенка и кольцо в носу. Девушка собрала пышные сиреневые волосы в высокий хвост и украсила уши десятком мелкий серебряных колец.

Проследив за моим взглядом, Морис объяснил:

– Это даймоны из Восточных пустынь. Они очень шумные и часто ведут себя бесцеремонно, но при этом отличаются легким, веселым нравом. Их невозможно вывести из себя и подбить на драку. Все их ссоры обычно заканчиваются крепкой выпивкой и доброй закуской.

– Это точно! – закивал Энзо. – А еще они готовят вкуснейшие сладости. Мое племя не любит такую пищу, но я слышал, что герцог большой ценитель лакомств.

– Надо же, – пробормотала я, внимательнее рассматривая конкурентов в той области, которой посвятила последние три года жизни. – Если повезет, можно будет узнать у них какой-нибудь рецепт.

Это были всего лишь мысли вслух, но Морис и Энзо разом покатились со смеху.

– В чем дело? – резче, чем хотелось бы, спросила я.

– А твоя кузина и правда совсем не знает, как устроен мир! – Утирая выступившие на темных глазах слезы, выдавил Энзо.

Морис положил ему ладонь на необъятный локоть и, преодолевая смех, выговорил:

– Это точно! – Он повернулся ко мне и сказал: – Рецепты даймонов хранятся в строжайшем секрете. Они передаются только из уст в уста исключительно родственникам. Можно сказать, у них есть множество уникальных фамильных блюд. Многие люди приезжают в Восточные пустыни именно для того, чтобы отведать их сладости. У каждого рода даймонов они свои. Это делает путешествие поистине незабываемым.

Трибуны уже заполнились шикарно одетыми дамами в светлых платьях и с зонтиками от солнца в руках, в так же их спутниками в костюмах приглушенных оттенков зеленого и серого и в шляпах-котелках. С другой стороны от поля в ложе возникло движение. Энзо вытянулся, пытаясь увидеть, что там творилось. Хотя с его ростом ему и стараться не нужно было, и так обзору никто не мешал.

– Если захочешь, я потом достану для тебя рецепт уникальных сладостей даймонов, – услышала я волнующий шепот Мориса.

В груди сладко заныло от осознания того, что его заботят мои интересы, но я отогнала настолько несуразные мысли.

– Украдешь? – с подозрением спросила я.

– Конечно, Олия. Я украду для тебя все что угодно.

Я покосилась на Мориса и заметила азартный блеск в зеленых глазах. Но только я хотела отказаться от сомнительной чести, как над импровизированным стадионом разнесся глубокий уверенный мужской голос:

– Приветствую всех собравшихся на десятом юбилейном кулинарном турнире имени Эсмиральды Стаблис! Все вы наслышаны обо мне, так что не буду тратить время на разговоры о себе. Скажу лишь, что моя мать учредила это состязание много лет назад, и я стараюсь поддерживать знаменательную традицию.