Полина Грёза – Всё не так (страница 9)
— Ну что ты, милая, — усмехнулся Иван, — Прекрасно знаешь, что так топорно я не работаю. А то давно бы зону топтал на строгаче.
Мальчика устранить ты мне поможешь, по старой дружбе, напоследок. Есть у меня одна мыслишка. А уж я в долгу не останусь. Перепишу на тебя квартиру, в которой живешь, деньжат подкину.
И, кстати, присмотрись. Хороший мальчик, видный, перспективный. Меня подручными инструментами практически с того света достал. Далеко пойдет. И это, Юля, твой шанс выбраться из того дерьма, которое ты называешь жизнью. Перейти на новый уровень.
17. Максим
Максим, сидя в ординаторской, просматривал историю болезни Ивана Забродина. Вот ведь, бычара. Такого ничего не берет. Неделю назад чуть не отдал богу душу, а сейчас почти все анализы в норме, можно и на выписку. Сегодня сделаем контрольные, а завтра — домой. Подальше от больницы и главное — Алёны.
А то эта мать-Тереза каждый день ему еду домашнюю носит и потом по часу в палате сидит. Не может, видите ли по-другому: от хулиганов спас, за букетом для неё полез. Бесит. Нет, не Алёнка, она всегда такая, добрая и жалостливая: то сырников какой-нибудь бабуле-пациентке напечет, потому что ту родственники не навещают, то лекарства многодетной мамке за свои деньги купит. А вот Забродин, бедный-несчастный, умирающий, уже мысленно тра. ул её во всех позах. На самодовольной роже написано. Как будто существование Максима его совсем не волнует. Ну, ничего, это мы исправим.
Ларин открыл верхний ящик стола и достал оттуда красную бархатную коробочку. Поднял крышку. Изящное золотое колечко с чистым, прозрачным камнем сверкнуло в утренних лучах солнца. Хоть и маленький, но бриллиант. Чтобы купить его Максиму пришлось два месяца дежурить через сутки, то в хирургии, то в травматологии, выспаться нормально получалось всего раз в неделю. Остальные дни ходил как сомнамбула, клевал носом, засыпал стоя. Но оно того стоило.
Ларин представлял как подарит кольцо Алёне, вместе с предложением руки и сердца. Как загорятся её необыкновенные глаза, лицо засветится от волшебной улыбки. Это вдохновляло и придавало сил.
Скоро они закончат ординатуру и уедут из Залесска в качестве мужа и жены. У обоих уже есть предложения о трудоустройстве в крупные областные больницы.
Никого другого рядом с собой Максим видеть не хотел и просто не представлял.
Сначала они были просто друзьями. Веселая, смешливая, напитанная позитивом девчонка из параллельной группы по имени Алёна Сергеева часто затыкала его за пояс в университетских олимпиадах. При этом, никогда не важничала и готова была помочь, одолжить книгу, поделиться конспектом. Она была тем самым солнышком, которое светило, а не ослепляло, грело, а не обжигало, к ней тянулись многие. Удивительно, что такие девушки вообще существуют.
На какой-то студенческой вечеринке они оказались в одной компании, и Максим понял, что пропал. Вокруг крутилось много девчонок, но видел он только одну.
Облако золотисто-русых волос, тонкая фигурка, хрупкие плечи, зелёные глазищи на пол лица, ослепительная улыбка и бешеная харизма. Как будто светится вся изнутри и притягивает, как магнит. Но сама вообще не осознает этого. Вокруг неё много ребят, со всеми шутит, смеется, но близко не подпускает. Не девчонка — свой парень. Ни грамма кокетства. Она просто не понимает как действует на мужчин.
Набрался наглости, подошёл, пригласил на медленный танец и она (о чудо!) согласилась. Прикоснулся легонько к руке, целомудренно приобнял за талию, заглянул в бездонные колодцы зелёных очей и увидел там себя, улетающего в бесконечный космос. Закрутило, расплющило, засосало, как в черную дыру. Всего, без остатка.
Захотелось увести и не отпускать. Спрятать от всех в глубокой пещере, как дракон украденное сокровище, и владеть единолично. Моя. Никому не отдам. Странно, но она, вроде, и не против. И чем же ты, шалопай Ларин, заслужил свое счастье?
В этих отношениях был полный симбиоз. Как будто два живых организма существовали как один, дополняли и уравновешивали друг друга, дарили друг другу крылья.
Он сдувал с неё пылинки, не позволял перегружать себя, она, в свою очередь следила чтобы Максим, по возможности, высыпался и был накормлен. Если у кого-то был завал на работе, разгребали оба, вдвоем оформляли истории, писали дневники, смотрели больных. Заведующие отделениями сначала ругались, но потом поняли, что эти двое повернуты друг на друге и на работе, поэтому пытаться разделить их бесполезно.
Они обожали гулять по окрестным лесам, зачитывались зарубежным фэнтэзи и слушали русский рок.
Алёна каким-то невероятным чутьем всегда угадывала его желания. Как будто в голове Максима было установлено подслушивающее устройство. Только подумал, что неплохо бы выпить кофе, и она появляется в дверях с горячими стаканчиками.
Он тоже старался ей угождать и баловать.
Однажды девушка листала каталоги с медицинской одеждой и оборудованием. Глаза Алёны горели при виде дорогущих кардиологических стетоскопов. А ещё запали в душу медицинские костюмы с вышитыми фамилией именем и отчеством. И Ларин, угробив почти целую зарплату, заказал все, что ей понравилось. С именными бирками. Только на них значилось "Ларина Алёна Николаевна". Дарить сразу не стал. Боялся отпугнуть, откладывал до окончания ординатуры. Но, кажется, пора.
Максим спрятал свои "дары богов" в ящик стола и пошел проверить как там Забродин.
Вошёл в палату и удивлённо застыл на пороге. Иван сидел на кровати, скрестив по-турецки ноги. А у окна расположилась молодая и весьма привлекательная брюнетка. Черные блестящие волосы ниже пояса, синие глаза, яркие губы, молочная кожа, стройная точёная фигурка. Хороша, зараза. Но Алёна лучше.
— Не помешал? — запоздало постучал по дверному косяку Макс, — У тебя, смотрю, посетители?
— Да. Знакомься, это Юля, моя подруга, — указал рукой Иван, — А это
Максим Ларин, врач, человек, которому я обязан жизнью.
— Ой, Максим, вы такой молодец, Иван мне все рассказал. Просто герой! — восхищённо защебетала Юлька.
— Да ладно вам, — засмущался Ларин, — Это моя работа.
— Ну, во-первых не каждый бы додумался, — начал перечислять Забродин, — во-вторых, не у всех бы хватило навыков, так что не умаляй своей заслуги, Макс. Спасибо тебе. И, я хотел бы тебя отблагодарить по-настоящему.
— А вот этого не надо. Категорически. Считай услуга за услугу. Ты Алёну от бандитов спас.
— Успокойся, я же не деньги тебе предлагаю. На турбазу съездим, отдохнем. Я стол накрою. Ты с Алёной, я с Юлей. Как на счёт следующих выходных?
— В принципе, можно, — почесал затылок Максим, — надеюсь, гадюк там не будет.
— А я-то как надеюсь! — засмеялся Иван.
18. Максим
Не скрывая трепета, Максим собирал сумку. Костюмы и стетоскоп подождут, а вот свечи, шампанское и фрукты нужно взять. И диск с инструментальной музыкой. Алёна её обожает.
Все это так не вяжется с образом сурового, циничного врача, в котором Максим пребывал последние несколько лет. Но ведь это для Алёны, его Алёны. Любимой и единственной. Это ведь такая малость. Мужчина ещё раз проверил заветную красную коробочку. Кольцо на месте. Букет цветов — в багажник, и прикрыть покрывалом, чтобы не углядела. Максим заметно нервничал.
Всё ведь будет хорошо? Они поженятся и будут жить долго и счастливо? А вдруг она откажет? Сердце прострелило могильным холодом. Да, ну, нет, не должна.
Турбаза находилась в сосновом бору на берегу живописной реки. Иван забронировал два домика. В одном расположились они с Юлей, другой был предназначен для Максима и Алёны.
Забродин постарался на славу. Чего только на столе не было: шашлык из осетрины, раки, экзотические фрукты. Но Ларину кусок в горло не лез. Он с тревогой ждал вечера.
Иван обнимался с Юлей, с Алёной мило беседовал в рамках теплого дружеского общения. И все равно, Максиму было неспокойно.
Девчонки пошли прогуляться по берегу. Парни остались вдвоем.
— Ты чего такой дерганый? — разливая водку по рюмкам, спросил Иван.
— Да так, тревожно что-то.
— А что за арсенал в машине прячешь? Букет, шампанское?
— Все-то ты рассмотрел… — хмуро проворчал Максим, — Молчи, сюрприз испортишь.
— Да ладно, я нож искал. Алёна ничего не видела. Предложение делать собрался?
— Хотелось бы. Жду вечера, — на долю секунды Максиму показалось, что Забродин хочет врезать ему прямо в челюсть. Что-то животное мелькнуло в серых, холодных глазах. Ларин даже приготовился поставить блок, но Иван отвёл взгляд и спокойно поднял рюмку.
— Важный шаг. За это надо выпить. Бери стопарик. По чуть-чуть. За ваше блестящее будущее.
Блин, померещилось. Совсем параноиком ты стал с этой работой, Ларин.
— Я много пить не буду, — отвечает Максим.
Снова в воздухе висит угроза. Ощущается на уровне первобытных инстинктов. Как будто ядовитая змея затаилась в засаде и ждёт удобного момента для броска. Хочется сыграть на опережение, ударить первым. И опять несоответствие предчувствия и картинки. Иван равнодушно жмёт плечами.
— Так я и не заставляю напиваться до поросячьего визга. Сам не люблю. Всего пол-стопочки, чтобы снять напряжение. А то тебя колотит от нервов. Времени много. К вечеру протрезвеешь. Давай-давай! Никуда не денется твоя Алёна. Здесь только я и Юля.