Полина Груздева – По дороге к счастью (страница 5)

— Какой же комсомолкой ты будешь, если мы тебя примем?

— Буду активной, трудолюбивой, ну, выполнять все положения морального кодекса строителя коммунизма, — твердо закончила она.

Парень в костюме довольно усмехнулся, еще внимательнее посмотрел на Людку и обратился к своим товарищам:

— Может, кто-то еще хочет о чем-то спросить?

— Думаю, Людмила своим ответом показала, что она будет достойным членом союза коммунистической молодежи, — обращаясь ко всем комитетчикам, сказала кудрявая светловолосая девушка с большими серыми глазами.

То ли райкомовцы устали, то ли ответ девушки действительно их убедил в том, что перед ними будущая деятельная, безмерно преданная делу партии и правительства комсомолка, но больше Никитину никто ни о чем спрашивать не стал.

Взволнованная Людка с сияющим лицом вышла из комнаты, пригласила зайти оставшегося последним Резникова Дмитрия, высокого парня с мужественным голосом.

— Ну что? Приняли? — бросились ей навстречу уже прошедшие испытание.

— Приняли! — выдохнула Людка и в изнеможении прислонилась спиной к подоконнику широкого окна, за которым шумел жизнерадостный город.

В тесно набитом пассажирами пазике Людка едет домой. Она отрешенно сидит у окна и смотрит в окно. Караулбазарцы гомонят, перекидываются житейскими фразами. Девушка ничего не слышит, ушла в себя: она вся еще в переживаниях, конец которым должен был наступить после того, как в секторе учета расписалась в какой-то книге, в карточке с ее фотографией и в новеньком комсомольском билете, и после того, как ей торжественно вручили этот важный документ и прикололи к белому фартуку значок.

Но до сих пор Людка представляет: улыбчивый парень в сером костюме подает ей миниатюрную красную книжицу, торжественно поздравляет с вступлением в ряды ВЛКСМ и крепко, как равный, как товарищ, жмет ей руку.

После парня к ней подходит сероглазая член комитета комсомола. Радостно улыбаясь, будто не Людку, а ее только что приняли в желанную организацию, крепит на груди комсомольский значок, тем самым подтверждая за Никитиной Людмилой право быть взрослее, умнее, энергичнее. Тоже сердечно поздравляет новоиспеченную комсомолку и заканчивает поздравление дружеским рукопожатием.

Людка опускает глаза туда, где красуется членский нагрудный знак. Алая глянцевая поверхность значка с профилем Ленина и буквами «ВЛКСМ» приводит девушку в неописуемый восторг, и она довольно улыбается: сбылась ее мечта.

В сумочке у Людки лежит членский билет. Она уже его рассмотрела. На алой корочке сверху надпись: «Пролетарии всех стран соединяйтесь!», ниже — тисненный профиль Ленина, под портретом слова, крупно, броско: «Всесоюзный Ленинский Коммунистический Союз Молодежи», в самом низу также утверждающе: «ЦК ВЛКСМ».

Открыла документ — призыв к пролетариям всех стран соединяться, пять орденов комсомола, цветные, яркие, в ряд. Название: «Комсомольский билет». Выписан на имя Никитиной Людмилы Николаевны. Ее личный билет! Жаль, не увидит его Рашид, Тамарка, Клара, все ее интернатские друзья. Пусть они далеко, но теперь она с ними в одном строю, в одной когорте тех, на кого надеется партия, кто выполняет заветы Ильича и строит коммунизм.

Сначала Людка Никитина, как все ребята в Советском Союзе, была октябренком. Она охотно следовала правилам октябрят: стремиться к знаниям, уважать старших, любить труд. Всегда с охотой училась: в первый класс отправилась сама, следом за друзьями, в шесть лет. Не боится чистить, мыть, убирать — приучена родителями к любой работе. А взрослых разве можно не уважать? Папа, мама много трудятся, заботятся о ней, брате и сестрах. Уважение к старшим — очень важное правило! А петь, рисовать, играть — разве это правило? Это просто увлекательные и веселые занятия!

Потом Людка стала пионеркой. Что же сложного в том, чтобы выполнять заветы пионеров? Любить Родину; равняться на героев борьбы и труда; настойчиво стремиться к знаниям, быть трудолюбивым, заниматься спортом, помогать младшим; дружить с детьми рабочих и крестьян других стран; готовиться стать защитником Родины — на все эти требования с готовностью откликалась ее пламенная душа. Ей нравилось выполнять поручения, требовать от товарищей и от себя самой быть честными, справедливыми, принципиальными. Взрослеть — это так здорово!

Теперь она на две ступеньки выше. Теперь она — член ВЛКСМ. Не обещает, но постарается не подвести тех, кто принял ее в молодежную организацию, и быть настоящей комсомолкой. И она знает, для чего вступила в комсомол: она, вместе со всеми парнями и девушками, — надежда страны, та сила, что обязательно построит прекрасное будущее. Она счастлива!

Глава 6

Надо быть сильной

Екатерина ждала пятого ребенка. Узнав о том, что у них скоро появится еще один братик или сестричка, Людка и Валька старательно помогали матери во всех хозяйственных делах. Все шло буднично, по привычке. Но кто его знает, «что день грядущий нам готовит?» Вроде, не особенно напрягалась мать, но однажды, в погожий апрельский день почувствовала Екатерина недомогание, и ее отправили в районную больницу. Отец был на смене. Перед отъездом мать обняла Людку:

− Доченька, остаешься за старшую, так уж получилось. Я на тебя надеюсь. Скоро отец приедет, будет легче. Ты уж постарайся, смотри за младшими, да и за отцом.

После отъезда матери Людка усадила Вальку, Витьку и Светку на кровать для беседы. Речь была краткой:

− Мама в больнице, папа на работе, дома мы одни. Делайте, что скажу, не хулиганьте, иначе получите веником. Я готовлю ужин, вы делаете уроки. И как следует.

− Люда, а по математике поможешь? — первой запросила помощи Валька.

− А мне примеры решить? — вопросительно посмотрела на сестру Светка.

Не остался в стороне и Витька:

− А читать я сам себе буду или тебе?

− Хорошо, помогу всем. Учитесь! − бросила на ходу Людка, направляясь в кухню.

Не только нужно было помогать младшим. Пятнадцатилетней девочке пришлось выполнять все обязанности взрослых: закупать необходимые продукты, готовить еду, стирать и гладить одежду, убирать в комнатах.

Не всегда младшие отпрыски Никитиных слушались старшую, и тогда в сердцах Людка хваталась за веник. Доставалось этим орудием педагогического внушения вертлявому неслуху Витьке. Мальчишке было не больно, но очень обидно, а Людка, отлупив его, уходила подальше от детей и плакала от жалости к брату, от бессилия и усталости.

Мокрыми от слез становились у нее глаза и тогда, когда садилась за стол, открывала дневник и видела, сколько уроков ей нужно еще выполнить. Уже сопела в кроватях малышня − за окном темнела глухая ночь, − усталое тело просило отдыха, но идти в класс с невыученными уроками Людка не могла, вот и плакала от отчаяния. Но слезами себе не поможешь. Утерев слезы, девятиклассница открывала учебники и углублялась в задания.

Может, именно в такие моменты и учишься преодолевать в будущем подножки жизни? Наткнулся, осилил и пошел дальше. Говорят, в трудностях вырабатывается стойкий, выносливый, несгибаемый характер. А Людке − хочешь не хочешь − приходилось быть сильной.

День намечался трудовой и спокойный. После утренней возни Витька и Светка отправились в свои классы, а Людка ждала Вальку, отправившуюся по нужде в «домик неизвестного архитектора», расположенного в пределах видимости из окна детской. Уже готовая к выходу, девушка в нетерпении подбежала к окну, стараясь увидеть сестру. Валька, держась за живот, сидела на корточках недалеко от дома.

Слетев по деревянным ступенькам вниз, Людка выбежала во двор, подбежала к Вальке:

− Что случилось? — в тревоге спросила она, глядя на сгорбленную спину сестры. — Ты чего тут сидишь? В школу опоздаем!

− У меня живот болит, − приподняв голову с двумя белыми бантиками по сторонам и обнаружив сморщенное от боли лицо, прохныкала девчонка.

− Может, что-то съела не то, − решила Людка. — Вставай, пойдем, ляжешь на живот, будет легче.

Но не тут-то было. Пытаясь подняться на ноги, Валька еще громче закричала от боли и снова согнулась пополам. Осознание того, что все очень плохо, пришло на ум Людке мгновенно: страдалицу нужно срочно доставить в больницу. Телефона у простой рабочей семьи Никитиных никогда не имелось. Взрослых рядом не оказалось. Значит, везти Вальку можно было только верхом на себе.

− Садись ко мне на спину, − приказала Людка и, уже мягче, добавила: — Потерпи, в медпункте тебе помогут.

С великим трудом Валька взгромоздилась на спину сестры, вцепилась в ее плечи. Та подхватила больную сзади под ноги и потащила. Шаг за шагом шла девушка, сосредоточенная на одной цели: донести тяжелую ношу до пункта медицинской помощи, не уронить. По пути она не видела ничего, кроме зданий, мимо которых несла страдающую от боли девчонку. Вот один дом. Еще дом. Следующий дом перед клубом. Клуб «Геолог». Еще немного…

На улице не видно ни одного человека, помочь некому — все уже на работе. С каждым шагом Валька становится тяжелее. Она медленно сползает со спины Людки, потому что у той слабеют руки. У спасительницы уже дрожат ноги. Но надо идти.

Наконец здание медицинского учреждения. Людка, почти согнувшись под углом в девяносто градусов, правой рукой толкнула дверь и втащила сестру в помещение. Навстречу ей бросилась фельдшер, помогла уложить больную на лежак. Людка, красная, потная, дыша как загнанная лошадь, бессильно опустилась на стул.