Пол Прюсс – Венера Прайм 2 (страница 3)

Мерк поднял голову, ошеломленный, держась за кровоточащий скальп:

— Мы еще на этом свете?

— Сделай это, Альберс, если хочешь спастись! — Рявкнул на него Форстер, снимая ремень с комбинезона и привязываясь к креслу пилота. Мерк, после секундного замешательства, последовал его примеру.

Спарта продвигалась медленно на оставшихся одной задней и одной средней ногах. Показался челнок. Сравнивая скорость вытекания охлаждающей жидкости со скоростью своего передвижения она понимала, что у нее ничего не получится. Еще нужно было обогнуть выступ, который частично блокировал двери ангара шаттла, закрыть и запечатать двери за ними, охладить и загерметизировать ангар… Внутренняя температура колокола за это время катастрофически повысится, и обитатели погибнут. Есть ли какой-нибудь выход?

Спарта впала в транс, но он прошел так быстро, что его не заметил бы ни один сторонний наблюдатель. В течение миллисекунды ее мозг предложил и проанализировал полдюжины вариантов и выбрал наилучший.

 Выйдя из транса, не колеблясь ни секунды  (времени на предупреждения просто не было), опершись на треногу из оставшихся ног, она четвертой нанесла удар по сфере, направляя его в открытый ангар шаттла, как футболист по мячу, пробивая пенальти. Одновременно был послан пучок радиокоманд шаттлу с приказом закрыть, загерметизировать ангар и произвести его аварийное охлаждение. Пролетая над краем низкого уступа в уже закрывающуюся пасть шаттла она отключила собственный реактор и дала команду на его аварийное охлаждение. В это мгновение ей навстречу из шаттла вырвался поток пара, — началось аварийное охлаждение ангара.

Шаттл продолжал выпускать пар высокого давления еще с полминуты после того, как двери ангара закрылись. У Спарты была связь с роботизированными системами шаттла, но не было никакой связи со своими подопечными. Было неясно живы ли люди, способны ли они освободиться из своей тесной тюрьмы…

Наконец она услышала звук открывающегося люка сферы.

— Шаттл, это ровер два. Громкую связь, пожалуйста.

— Готово, — откликнулся компьютер.

— Йоши, ты меня слышишь?

— Мистеру Есимицу на мгновение стало нехорошо, — ответил грубый голос, безошибочно узнаваемый по британскому акценту, профессор Форстер по-прежнему твердо отвечал за себя, если не за события. — Возможно, вам будет интересно узнать, что все мы выжили без серьезных травм.

— Рада это слышать, профессор. А теперь не могли бы вы сделать так, чтобы не было большой давки, и я смогла бы спокойно подняться на борт.

— Для этого вам придется немного подождать. 

— С этим проблем нет, профессор.

Люк ее ровера открылся, добродушно-печальное лицо Альберса Мерка смотрело на нее сверху вниз. 

— С тобой все в порядке? — спросил он, протягивая ей руку.

Выбравшись, она увидела кровь в его волосах и багровые синяки на лице. — Есть еще что-нибудь?

— Кроме этого? — Он коснулся длинными пальцами головы. — Болят все ребра, болит все, но по-моему переломов нет. Хуже всего пришлось господину Есимицу. У него сломана рука.

Спарта оглядела ангар. Обожженная, помятая сфера Ровера-1. Криво осевший на уцелевших лапах Ровер-2. Все еще дымилось, насосы засасывали остатки охлаждающей жидкости обратно в баки:

— Полный бардак. Жаль, что мы ничего не смогли спасти из ваших раскопок.

— Никаких материальных артефактов, конечно, и это очень печально, но химических анализов и голографических записей, хранящихся в компьютерах достаточно и работы над ними непочатый край.

Через несколько минут они поднялись на летную палубу шаттла.

 Есимицу лежал в кресле с забинтованной левой рукой, над ним склонился Форстер, приматывая пострадавшую руку, так чтобы она не могла двигаться. 

— Ну как ты, Йоши?

— Слегка сломался, — ответил он с болезненной улыбкой, откидывая здоровой рукой длинные черные волосы со своих темных восточных глаз. — Я недоверчиво смеялся над теми историями, которые рассказывают о твоей удаче, Эллен. Больше смеяться не буду.

Форстер выпрямился и внимательно посмотрел на нее. — Инспектор кажется не из тех, кто полагается на удачу.

— Видите ли, я полагаюсь на удачу, когда больше ничего не остается, — сказала Спарта. — Просто нам невероятно повезло.

— Почему они послали тебя вместо одного из своих пилотов? — Спросил Форстер.

— Во-первых, потому что я настояла, чтобы отправили именно Ровер-2 на пилотируемом шаттле, ведь они хотели сэкономить — отправить за вами роботов-шахтеров и роботизированный челнок, боялись что экспедиции будет не по карману предложенный мной вариант. Но я сослалась на межпланетный закон. А во-вторых, не нашлось другого пилота, такого как господин Есимицу, способного управлять этими старыми роверами, поэтому пришлось лететь мне.

— Я думаю, просто никто не вызвался добровольно, — тихо сказал Есимицу. — А начальство не станет приказывать.

— Вы правы, Есимицу-сан. — Она склонила голову в почтительном поклоне. Он прижал подбородок к ключице, пытаясь ответить взаимностью.

— Так что ваша экспедиция будет должна Лазурному Дракону кучу денег за свое спасение.

— Ничего, — Форстер был взбешен, — они пожалеют о таком отношении, ведь я не простой человек, наши расходы оплачивает Комитет по культурному наследию, не говоря уже о попечителях Гесперского музея … — Он помолчал, размышляя. — Но вы же детектив, не так ли? И что, прошли обучение по использованию этих специализированных транспортных средств? 

— Ради Бога, Форстер, перестаньте допрашивать эту женщину. — Лицо Мерка порозовело от смущения. — Она только что спасла нам жизнь.

— Я это прекрасно понимаю, — отрезал Форстер. — И я действительно благодарен. Просто хочу разобраться, что здесь происходит, вот и все.

— У меня есть… талант к такого рода вещам, — сказала Спарта.

— Давайте обсудим все это позже, — предложил Есимицу. — Приближается наше окно запуска.

Шаттл оторвался от поверхности Венеры, стремительно пробивая сернокислотные облака, вырвался из ее бушующей атмосферы и направился к зеленеющим садам Порт-Геспера.

2

Спарта закрыла глаза, вытянулась в ванне, лишь лицо ее не было погружено в воду. На ресницах конденсировались капельки, невидимые пузырьки щекотали нос. Над ванной висел легкий запах серы.

Точный химический состав минералов в воде возник перед ее мысленным взором непрошеным, он менялся каждый день, и сегодня водный коктейль подражал ваннам курорта Камбо-ле-Бен во Франции. Спарта анализировала свое окружение, куда бы она ни пошла, не задумываясь об этом. Это был рефлекс.

Она была очень далеко от Земли. Шли минуты, и теплая вода погружала ее в спокойную дремоту. Спарта смаковала новости, которых так долго ждала и которые получила только сегодня. — Приказ штаба космического Совета, ее дела здесь закончились, и она отзывалась на Землю.

— Эллен, это вы? — Голос был тихим, неуверенным, но теплым.

Спарта открыла глаза и увидела сквозь легкий туман молодую женщину, обнаженную, если не считать полотенца, обернутого вокруг ее талии, с прямыми черными волосами собранными в пучок.

— А где Кейко?

— Кейко сегодня не смогла приехать. Меня зовут Масуми. Если вы не против, я сделаю вам массаж.

— Надеюсь, Кейко не заболела.

— Да нет, просто у нее незначительное юридическое дело. Она попросила меня искренне извиниться за нее.

Спарта прислушалась к мягкому голосу женщины — в нем не было ни капли лжи. Она встала из ванны. Ее гладкая кожа, розовая  после горячей воды, блестела в рассеянном свете падающим с террасы. Рассеянный свет играл на ее маленькой подтянутой фигуре танцовщицы, на ее небольшой груди, на плоском животе, на ее стройных твердых бедрах. Прямые, мокрые, растрепанные светлые волосы не доставали до шеи, она стригла их ровно, не обращая особого внимания на моду. Ее полные губы были постоянно приоткрыты, пробуя воздух на вкус.

— Вот полотенце, Не хотите ли подняться на верхнюю террасу? До заката Венеры еще час.

— Конечно. — Спарта последовала за женщиной вдоль ряда дымящихся ванн и поднялась по ступенькам на открытую крышу, стряхивая воду с плеч и груди.

— Извините, одну минуту. Столы не привели в порядок после дождя.

Пока Масуми удаляла пленку воды с массажного стола высотой по пояс и  протирала его насухо, Спарта стояла у низких перил, смахивая с себя последние капли влаги и окидывая взглядом дома и сады Порт-Геспера. 

Плоские крыши спускались под ней ступенчато по крутому склону холма, каждый дом имел свой закрытый двор с цитрусовыми деревьями и цветущими растениями. У подножия холма располагались параллельные улицы, а между ними — сады с экзотическими кустарниками и высокими деревьями, секвойями, елями, высокими тополями. Эти знаменитые сады, созданные знаменитым  Сено Сато, сделали Порт-Геспер местом, достойным посещения богатыми туристами.

3

Из темноты возникло пыточное колесо и с ним голоса:

— Она могла бы быть величайшей из нас, а она сопротивляется нашему авторитету.

— Уильям, она ребенок, ведь чтобы сопротивляться нам, нужно сопротивляться знанию.

Колесо вращалось, голоса переходили в вой. Сердце Спарты бешено колотилось, сотрясая ребра и матрас под ней. Страшная вонь заполнила ее ноздри — смесь прокисших овощей с кошачьей мочой. Черные полосы, черные кривые, черные пятна, движущиеся изменяющиеся — тигр пробирается сквозь высокую траву.