Пол Прюсс – Венера Прайм 2 (страница 2)
Прогремел мощный взрыв, машину бросило на колени. Вокруг Спарты пейзаж вздымался и стонал, ритмичные волны почвы проносились мимо и медленно затихали, оставляя за собой плавающую красную пыль.
Взрывы были громом от короны молний, которая расцвела вокруг вершины одной из гор Максвелла, в 300 километрах отсюда. Землетрясение пришло из недр горы, там продолжалось бурное извержение, начавшееся тремя часами ранее.
— Ровер два, это Лазурный Дракон. Мы покажем вам цель, она находится в полукилометре справа от вас.
Красновато-черный откос появился с поразительной внезапностью перед ее глазами. Спарта повернула направо и почувствовала первый признак беды —тянущее сопротивление во втором суставе правой передней ноги. Не было смысла останавливаться. Если понадобится, она сможет передвигаться на пяти ногах. Или даже на трех.
Спарта обогнула скалистый выступ и остановилась, заблокированная свежим валуном, упавшим с высокой скалы. Бледные обнаженные грани скалы были потрясающе яркими и четкими на фоне почерневшего и проржавевшего утеса.
— Лазурный Дракон, это Трой.
— Слушаю вас, инспектор. — Порт-Геспер был уже ближе, задержки радиосвязи практически не было.
— Они погребены оползнем, на радаре видны вездеход и HDVM. Реакторы похоже выключены, вероятно, раздавлены охлаждающие ребра. В капсуле вездехода наблюдается шевеление. Я собираюсь их откопать.
Одной здоровой передней ногой она принялась разбирать каменную груду.
— Погодите, инспектор, наши приборы показывают, что правая передняя нога у вас не работает, рекомендуем не рисковать левой. HDVM прибудут не более чем через двадцать минут, оставьте тяжелую, опасную работу им. Подтвердите прием.
— Хорошая мысль. — Я буду продолжать в том же духе, пока они не приедут. Давайте побережем дыхание, — сказала она.
Сверкнула еще одна молния. Оставшаяся у нее передняя лапа ловко выдергивала глыбы базальта и затвердевшего туфа. Многочисленные шарнирные двигатели беспрерывно и громко гудели в плотной атмосфере. Пыль поднималась в этом густом воздухе, как вихри грязи. Она углубилась на пару метров, а затем была вынуждена отступить и оттаскивать камни подальше. — Чем глубже забиралась, тем больше рисковала быть погребенной.
Лазурный Дракон сдался и больше не приставал со своими советами-уговорами.
И тут Спарта начала потеть. При такой тяжелой работе это естественно, если не принимать во внимание, что она лишь осуществляла контроль. Почему воздух в скафандре становится горячим? Дисплей показал, что система автоматического поддержания параметров жизнеобеспечения работает в штатном режиме. Тогда в чем дело?
Эти два гигантских стальных жука, Ровер-1 и Ровер-2, предназначенные для первого пилотируемого исследования Венеры, четверть века назад, были успешно доставлены на планету и эвакуированы шаттлами. Но члены экипажа одного из них были найдены запеченными заживо.
Этот урок был усвоен: роботы с дистанционным управлением взяли на себя разведку и эксплуатацию Венеры. Сейчас происходило первое появление человека на поверхности Венеры за последние двадцать лет. Для этой миссии за три месяца были переоборудованы оба вездехода и шаттлы, все известные проблемы были решены. Но, по-видимому, сработал пресловутый закон падающего бутерброда.
Вот отброшены в сторону еще пара валунов — показался Ровер-1, его раздавленные крылья, задние лапы и часть сферы жилого отсека. Люди внутри были живы благодаря уцелевшей сверхпроводящей холодильной системе, но антенны вездехода были срезаны, так что в первую очередь было необходимо установить с ними связь.
Спарта закрепила акустический ответвитель на сфере жилого отсека и активировала его. — Возник эффект непосредственного присутствия, оба помещения стали вдруг одним. Рядом с ней оказались трое мужчин: пилот в скафандре и шлеме, таких же как у нее, и еще двое в комбинезонах. Все они выглядели здоровыми.
— Доброе утро, Йоши. Вижу приятно проводите время.
Пилот усмехнулся. — Да и не говори, Эллен, словно в доброе старое время. — Он был единственным из троих, кто мог видеть ее, так как был в шлеме, но слышали ее все.
Раздраженно, властно заговорил профессор Дж.К.Р. Форстер, человек невысокого роста, со светлыми глазами, очень подвижный, которому трудно было усидеть на месте, на вид ему было лет пятьдесят пять:
— Ну наконец-то! Немедленно, без малейшей задержки, нужно передать все наши записи в Порт-Геспер, просто жизненно необходимо это сделать.
— Несомненно, профессор. Но ваш вездеход поврежден, его придется тащить к шаттлу и поэтому лучше дождаться роботов-шахтеров, они скоро будут здесь.
— Я думаю, у нас утечка хладагента, — вмешался Есимицу, пилот, — и только его хриплый голос говорил о том, как он относится к ее решению. — За последние десять минут температура здесь поднялась на пару градусов.
Это напомнило ей о неисправности в ее собственной машине.
— Погодите минуту. — Спарта отключила акустический ответвитель. С ее точки зрения и с точки зрения Есимицу, обе сферы снова стали непрозрачными. Она сняла перчатку с правой руки. Из-под ее коротко подстриженных ногтей появились хитиновые шипы. Она вставила их во вспомогательный порт ввода-вывода главного компьютера своего ровера. Шипы не были стандартными среди инспекторов космического совета. Это был один из ее секретов, как и имя, Спарта, которым она себя называла и которого больше никто не знал.
Ее поиск причины повышения температуры занял долю секунды, справившись с задачей, которую система диагностики вездехода решить не могла.
Снова подключилась к Роверу-1:
— Похоже, у меня тоже проблема с системой жизнеобеспечения, по какой-то причине она не справляется с озоном. Если оставить все как есть, я отравлюсь через двадцать минут. Остается один выход, — отсоединить ваш жилой отсек и бежать вместе с ним отсюда как можно быстрее.
— Ровер два, пожалуйста, выслушайте меня. — Голос диспетчера звучал в обоих вездеходах. Вы повреждены. Настоятельно просим вас немедленно покинуть место происшествия и вернуться в шаттл. HDVM прибудут примерно через десять минут для помощи Роверу один.
— С ваших пассажиров уже пот течет, — сказала Спарта Есимицу.
— Действительно, — подтвердил он. — Да и роботы-шахтеры хороши лишь для поедания камней.
— Давай стартуем прямо сейчас, — предложила Спарта. — Начнем с того, что поставим мне новую руку.
— Ты бы всем облегчила жизнь, если бы играла по правилам, — раздраженно произнес голос Лазурного Дракона.
— Если бы кто-нибудь мне объяснил — вмешался второй пассажир Ровера-1, высокий мужчина с тонкими светлыми волосами и густыми бровями, до сих пор молчавший, — что …
— Не лезь, Мерк, — оборвал его Форстер. — Они заменяют поврежденную конечность ее Ровера нашей собственной.
Так оно и было. — Спарта и Есимицу вставляли здоровую лапу Ровера-1 в Ровер Спарты. Подобная экстренная трансплантация, предусмотренная конструкцией вездехода не представляла особой сложности. Оба пилота видели друг друга, так же ясно, как если бы они были парой хирургов, стоящих за операционным столом.
После завершения этой операции, все соединения сферы жилого отсека Ровера-1 с двигательной установкой, с внешними датчиками и системами жизнеобеспечения были отсоединены и запечатаны. С помощью рециркуляционной установки экипаж мог продержаться шесть часов, или чуть больше. Спарта двумя своими передними лапами высоко подняла вверх это драгоценное яйцо.
Сторонний наблюдатель увидел бы произошедшее следующим образом:
Два богомола, один из которых, наполовину раздавленный, предлагает другому свою конечность, надеясь купить таким образом себе жизнь. Но жертва оказывается напрасной, потому что богомол, у которого теперь стало две здоровые передние лапы, внезапно отрывает противнику голову.
Спарта, осторожно пятясь, держа шар высоко, выбралась из траншеи, которую выкопала. Затем развернулась и так быстро, как только могла, поспешила назад тем же путем, что и пришла.
Правильность решения, принятого Спартой, подтвердилось через несколько секунд, когда все вокруг опять началось трястись и тысячи тонн камня засыпали каньон позади.
Ноша не мешала ей наблюдать за тем, что происходит вокруг, настроенные сенсоры вездехода обеспечивали круговой обзор, а ее личное второе зрение давало ей представление о здоровье экипажа Ровера-1.
Пушечные выстрелы далеких молний грохотали вдали, пока она неслась вниз по извилистому каналу, камни сыпались вокруг, но она благополучно добралась до устья каньона. Последний рывок через равнину должен был быть легким.
Когда до шаттла было уже рукой подать мощный толчок вырвал сферу из рук Спарты и согнул ее среднюю ногу, принявшую основной удар. Отбросив бесполезную ногу, она побежала за шаром, катящимся подпрыгивая впереди, — прыгнула, поймала, привела его в вертикальное положение. Из поврежденной холодильной системы шара вытекал расплавленный литий, а ее левая задняя нога была сломана. Ладно, посмотрим как там мои подопечные.
Пассажиры валялись на полу за креслом пилота. Светлые волосы Мерка были залиты яркой кровью из пореза на высоком лбу, Форстер массировал подбородок, Есимицу, пристегнутый ремнями пострадал меньше всех.
— Ребята, в змеевике дыра, осталось минут десять до того, как закончится охлаждающая жидкость. Но шансы еще есть. Привяжитесь. Вы меня слышите?