Пол Макоули – Сады Солнца (страница 75)
Он немедленно пошел в свою комнату и проверил демона-привратника. Ничего.
Вечером Эдз сидел в дверях столовой, окруженный приспешниками. Все они, за исключением вождя, уставились на Фелиса.
– Убийца! – издевательски пропищал высокий юнец.
Другой изобразил пистолет из пальцев, третий сообщил, что все наблюдают за Фелисом.
– Мы будем всюду, куда ты пойдешь!
Фелис думал об этом, пока обедал. Затем он пошел повидаться с Эми Ма Кулибэли и сказал, что Эдз хочет его подставить, обвинив в убийстве Джаэля Лай Ли. Затем Фелис объяснил, чего хочет от Эми.
– Один из его прихлебателей пришел за мной сюда. Думаю, теперь они будут постоянно следовать за мной. Мне придется очень тяжело, когда настанет время действовать.
– А ты можешь как-нибудь оторваться от них?
– Возможно, да. А возможно, и нет. Хочешь рискнуть? – спросил Фелис.
– Я не хочу рисковать и раскрывать наши возможности до того, как придет время использовать их по назначению.
– Ты уже рисковала и раскрыла их, решив науськать меня на убийцу.
Оба сидели на тугих подушках в боковой комнатке, между ними светилась шахматная доска с фигурами. Фелис наблюдал за задумавшейся старой женщиной. Ее лицо стало сосредоточенным, отчужденным, глаза будто глядели на что-то в космической дали.
– Я не могу позволить тебе распоряжаться всем этим делом, – наконец выговорила Эми.
– Тогда пусть тогда кто-нибудь займется ими, пока я занимаюсь убийцей.
– Я посмотрю, что можно сделать, – пообещала Эми. – А пока, как мне кажется, нам стоит сыграть хотя бы один раз ради вашего друга снаружи.
Она коснулась доски указательным пальцем, передвинула королевскую пешку белых на две клетки – первый шаг «английского начала».
Фелис сделал вид, что не замечает человека, сопроводившего его до самого дома. В своей комнате Фелис подключился к анализатору крови, соединился с аккаунтом Гетера Лайла и почти не удивился, обнаружив, что кто-то оставил послание у нелепого демона-привратника – простую коммуникационную программу. Фелис проверил ее, вырезал пару строчек кода, раскрывавшего координаты собеседника, и запустил. Программа выдала пустое двухмерное окошко, где тут же появились слова. Они выступали буква за буквой, ползли справа налево и пропадали.
>>
>>
Тот, кто был на другом конце линии, не любил тянуть резину. Поплыла вереница букв и цифр – привязка к координатной сетке.
>>
Его слова поплыли слева направо и растворились, будто набежавшая на песок волна. Ответа не последовало.
Время было слегка за полночь. Купол Трасти-тауна поляризовался, стал черным, свет уличных фонарей был приглушен, позволял различать лишь смутные контуры объектов. Повсюду воцарились тишина и сон, нарушаемые лишь жужжанием дрона высоко под куполом да шарканьем сандалий Фелиса Готтшалка, идущего через площадь. Он остановился, когда из теней по обе стороны входа в туннель, ведущий к главному шлюзу, выступили мужчины и женщины.
Раздался мягкий шлепок – кто-то ударил по ладони мешочком, набитым песком. Щелкнуло, заискрило – кто-то опробовал дубинку с разрядником.
Нервно хихикнула женщина.
Сзади тоже подошли люди, но Фелис не обращал на них внимания, стоял, сунув руку в карман блузы. Свет у входа в туннель разгорелся ярче, и наружу ступил Эдз Желот – босоногий, голый по пояс, в мешковатых белых штанах.
– Мы знаем, куда ты направлялся, – улыбаясь, выговорил Эдз. – Ты шел в бараки, правда? Мы знаем, что ты собирался делать.
– Убийца, убийца! – пропели фальцетом из теней слева. Вокруг одобрительно загудели. Эдз щелкнул пальцами.
К нему подошел Жанг Хилтон, вручил две пары красных рабочих перчаток и отошел в тень.
– Мы можем прикончить тебя на месте, но это было бы неинтересно, – сообщил Эдз Желот. – Наша справедливость – это не только наказание плохих людей. Это еще и стиль. Возьми-ка свою пару. Мы разберемся один на один, ты и я.
Фелис был совершенно спокоен и наслаждался моментом.
– Ты полагаешь, что охрана позволит нам дуэль?
– Но я же не собираюсь убивать тебя. Я сокрушу тебя в честном поединке, а потом сдам охранникам. А после этого ты уж точно пожалеешь, что не принял от меня почетную смерть, подобающую мужчине.
– Он ее не заслуживает! – буркнул Жанг Хилтон.
– Мой друг злится оттого, что ты сделал ему больно во время двух ваших встреч, – пояснил Эдз. – Но ему теперь не о чем беспокоиться. Я тебя побью – но обещаю, я сделаю это очень тщательным и научным образом.
– Кто-нибудь подсказал вам, что я иду сюда? Анонимное сообщение? – спросил Фелис. Он думал о том, что убийца мог подставить его.
Эдз расхохотался, обвел взглядом приспешников.
– Но мы же наблюдаем за тобой! Мы же и сказали, что будем наблюдать. А ты что, не обратил внимания? Ведь так очевидно, куда ты идешь и зачем.
– А, так все это твоя идея, – заключил Фелис.
– Я ведь только что это и сказал, – заметил Эдз и бросил пару перчаток к ногам Фелиса.
Тот не поднял их. Здоровяк запрокинул голову, растянул губы в безжизненной ухмылке и процедил:
– Убийца, если хочешь, мы будем драться голыми кулаками. Так или иначе, но мы будем драться.
– Нет, не будем, – спокойно заверил Фелис.
Все это время он держал руку в кармане блузы, сжимал клавиатуру и коммуникационный блок, свинченные с анализатора крови, соединенные в грубое подобие телефона, запрограммированного на посылку сигнала при нажатии любой клавиши.
Фелис надавил большим пальцем.
Секунду ничего не происходило. Затем все вокруг попадали, дрожа и дергаясь, словно оглушенные рыбы. Фелис позвонил Бель Глайз, а та использовала черный ход в систему наблюдения, чтобы послать сигналы имплантатам Эдза и его банды, сообщая, что те вышли за периметр лагеря.
Фелис прошагал между лежащими, подобрал дубинку и пару разрядников. Он подождал, пока имплантаты пройдут полуминутный восстановительный цикл и все вокруг расслабятся, вдохнут, всхлипнут от боли, застонут и примутся чертыхаться. Пораженные сейчас ощущали себя так, словно упали с большой высоты, были оглушены, парализованы болью – но все же остались в живых.
Эдз пытался подняться на колени. Фелис взмахнул дубинкой, и та с резким хрустом врезалась в висок главаря банды. Эдз упал ничком. Фелис уперся коленом ему меж лопаток, одной рукой схватил за челюсть, ладонь второй прижал к уху Эдза, резко запрокинул его голову вверх и одновременно крутнул вбок – и сломал шею.
Фелис понимал: Эми, скорее всего, посчитает, что он убил Эдза из мести. Но убил он ради Эми, чтобы помочь ей осуществить мечту об освобождении тюрьмы, об удержании ее до тех пор, пока сюда не явятся революционеры.
Жанг Хилтон и еще несколько приспешников сумели подняться на ноги. Жанг сплюнул кровью, вытер трясущейся рукой подбородок и сказал Фелису, что тот – мертвец.
– Нет, я призрак, – поправил его Фелис, отвернулся и зашагал по туннелю.
Спустя десять минут он вышел наружу и поехал на трайке по горной дороге к полям вакуумных организмов.
Пересланные координаты приходились на центр маленького, сильно разрушенного кратера вблизи края купола, в четырех километрах от Трасти-тауна. Фелис ощущал себя до глупого уверенным, лениво мурлыкал под нос песенку, гоня трайк по окольной дороге. Пусть и ненадолго – но он свободен! Его нет на тюремной карте. Бель Глайз объяснила, что это как слепое пятно в системе наблюдения: дроны и камеры видят Фелиса, но следящий ИИ не регистрирует его присутствие, а демон вырезает его изображение из видеопотока с камер. Потому Фелис невидим и для охраны.
Конечно, долго такое не продлится. Охрана, наверное, уже обнаружила взлом системы и, вопреки заверениям Бель, может в любой момент запустить запасную версию – или послать под купол вооруженные наряды, чтобы отыскать надзирателя, убившего человека, зашедшего в шлюз и вдруг испарившегося. Но даже если охрана не отыщет Фелиса, в Трасти-таун возвращаться нельзя – разве только ради капитуляции перед тюремной администрацией. Единственная надежда – жить, снабжаясь с фермы, стать призраком, невидимкой, каждую ночь пробираться в тюремные бараки за едой, водой и свежими баллонами кислорода, а в остальное время прятаться среди скал и осыпей у подножия стен купола, надеясь на революцию и свободу. Но это – зыбкая надежда, Фелис особо не рассчитывал на такое.
Однако хорошо было снова взяться за настоящую работу, делать дело, которому его учили. Если убийца не солгал насчет рандеву, будет вдосталь времени, чтобы познакомиться с местностью и подготовиться.
Еще только час ночи, но солнце уже поднялось над западным горизонтом и залило ленивым золотистым сиянием обширные бурые, черные, темно-фиолетовые поля, расстилающиеся под куполом. Дорога шла по плоской равнине, покрытой сцементированной вакуумом серо-коричневой пылью и усеянной повсюду кратерами, размером от булавочной головки до миски, и кучками выброшенного материала, приобретшими мягкие очертания за эпохи микрометеоритной бомбардировки. Слева вздымался голый склон кратера, крутые конусы и скругленные холмы осыпей, справа изрезанный склон спускался к огромному полю вакуумных организмов.