Пол Кофе – Бюро сновидений. Вприпрыжку по мирам (страница 10)

– Кажется, я об этом вас и не просил. Для меня вполне сойдет детский схематичный рисунок.

Она кивнула и пошла к лестнице. Аврора присоединилась к ней, чтобы помочь отыскать бумагу и карандаши.

Профессор занялся настройкой материализатора. Дэн поднялся, чтобы уйти в гостиную. Ему, как это часто бывало перед погружением, не полагалось долго спать, поэтому он хотел просто немного поваляться перед камином и восстановить силы.

Но тут Нестор вступил в разговор:

– Наша гостья – удивительная личность, – пробормотал профессор, копаясь в проводах и не поворачиваясь. – Сочетает несочетаемое. Крайне самоуверенна и в то же время необыкновенно стеснительна.

– Я не знал, что она художница, – вяло прокомментировал Дэн.

– А еще жуткий перфекционист. И, кажется, страдает приступами обсессивно-компульсивного расстройства, к счастью, эпизодическими. Ты заметил, что она убралась в нашем доме, даже здесь, в лаборатории?

Дэн завертел головой. Профессор провел пальцем по куполу настольной лампы.

– Даже пыль успела вытереть.

Парень опасливо огляделся.

– И вы готовы лезть ей в голову?

– Не вижу никаких причин отменять нашу процедуру. ОКР мы с ней проработаем позже, если она согласится. А сонный паралич остается проблемой номер один. Прежде всего, нашей пациентке нужно вернуть нормальный сон.

Дэн устало потер виски.

– Я могу сейчас чем-нибудь вам помочь?

– О нет, я справлюсь. Новые настройки материализатора потребуют огромной мощности, но я как-нибудь решу этот технический вопрос.

Парень кивнул и начал подниматься по лестнице.

– Единственное, что ты можешь сделать, – добавил профессор, чуть обернувшись, – разузнай побольше о жизни Дарьи Хлюпиной. Родители, личные отношения, травмы. Не думаю, что сонный паралич связан со всем этим. Но, следуя совету моей матушки, я бы хотел учесть все факторы.

– Я попробую, – сказал Дэн. – Даша… Она очень закрытый человек.

Нестор пожал плечами.

– Не помню, чтобы кто-то из наших клиентов был человеком открытым. И ко всем ты нашел подход.

– Я? – удивился Дэн.

Профессор вернулся к работе и не ответил.

В гостиной Дарьи и Авроры не оказалось. Дэн, глубоко задумавшись, блуждал по дому, пока не обнаружил, что стоит посреди тренировочного зала и пялится на закрытый сундук.

– Ты можешь владеть им смело, командир, – сказал Гермес, вкатываясь в приоткрытую дверь.

– Кем? – окончательно очнулся от мыслей Дэн.

– «Кем?» – очень правильный вопрос. Именно «кем», а не «чем». Мы, существа из срединного мира, все ощущаем и чувствуем.

– Ты говоришь о канцелярском ноже? – Дэн перевел взгляд на самокат. – Он тоже живой?

– Как ты мог убедиться.

– Но он хотел убить меня.

– Не он. Это невольно хотел сделать Горбунов, когда разозлился и узнал, что вы его обманули. Нож исполнил желание. Рудианос не так разговорчив, как я, но он верно служит своему хозяину.

– Как ты его назвал?

– Командир, тебе нужно проверить слух. Ты часто переспрашиваешь.

– Горбунов может управлять этим ножом? Этим… Рудианосом?

– Вообще-то уже нет.

Дэн закрыл глаза и медленно выдохнул.

– Так было, – пояснил самокат. – Но после того, как ты обагрил его своей кровью и не умер…

– Что я сделал?

– Нет, правда, чел, ты бы сходил к врачу.

– Я схожу, – пообещал Дэн. – Потому что с тобой спятить можно, Гермес!

– Что, собственно, ты не понял? Я ведь все понятно объясняю…

– Для жителя срединного мира!

– Ладно, для тупых, – сказал Гермес, подъезжая. – Этот нож теперь твой. Вы с ним заключили контракт.

– Какой, к черту, контракт? Я ничего с ним…

– Это вышло случайно. Когда твоя кровь попала на его лезвие. Если воин выживет после нападения Рудианоса и сумеет защитить себя от него, нож меняет хозяина. Такова легенда. Поэтому, командир, можешь спокойно пользоваться им. В твоих руках страшное оружие.

– Канцелярский нож для резки бумаги?

– В легендах срединного мира он предстает в разных обличиях. Копье, кинжал, секира, стрела. Но это не отменяет его свойств. Рудианос никогда не сломается и пробьет любую броню: физическую или магическую.

– Постой-ка. – Дэн задумался. – А ведь это тот запасной вариант, о котором говорила Аврора. Если призрак будет нам угрожать, у нас есть чем ему ответить.

Гермес прищурил один глаз.

– Рудианос никого не милует. Используешь нож всего однажды – и призраку конец.

– Да-да, – рассеянно проговорил Дэн. – А как им пользоваться?

– Очень просто. Силой мысли. Попробуй.

Парень осторожно приблизился к сундуку, коснулся щеколды.

– Смелее, командир. Он тебя не тронет. Поэтому нож ничего вам не сделал в прошлый раз, когда вы полезли за ним с профессором.

Дэн задержал дыхание. Быстро открыл сундук.

Нож лежал там. Поблескивал тонким лезвием.

Парень простер над ним руку.

– Взлетай!

Ничего не произошло.

– Силой мысли, командир. В мире снов необязательно шевелить губами.

«Поднимись вверх», – мысленно приказал Дэн, буравя клинок глазами.

Сначала нож оставался неподвижным, но вот слабо задрожал, дернулся и поднялся в воздух.

– Ух ты!

Рудианос со звоном упал обратно.

– А вот болтать не нужно. Это разрывает между вами связь, – пояснил Гермес. – А теперь, командир, прикажи ему во что-нибудь воткнуться.

Дэн поискал глазами цель. Старый деревянный наличник у двери подходил отлично.