Поль Феваль – Капитан Фантом. Том 2 (страница 2)
– Просто я пытался обмануть тебя. Я принял присягу и поневоле нарушил ее.
– Я не намерен выведывать твои секреты, брат.
– А ты уже узнал мой самый главный секрет. Ты узнал, что я жив.
– О! – воскликнул молодой лейтенант. – Чтобы узнать этот секрет, я не пожалел бы своей жизни!
Помрачневший Сезар тихо произнес:
– Дитя, по своей воле я никогда не раскрыл бы свой секрет. У меня хватило сил не раскрывать его любимой матери, которая умерла, оплакивая своего старшего сына.
– Ты ужасно страдал!.. – прошептал Эктор.
– Но ведь мы Шабанели! Я честью своей поклялся…
Лейтенант хотел что-то сказать, но сдержался и повторил:
– Брат, я не прошу тебя раскрывать твои секреты.
– А вот твои секреты меня очень интересуют, – ответил повеселевший Сезар.
Он обхватил Эктора за шею и притянул его ухо к своему рту.
– Она красива и очаровательна, не так ли? – прошептал он, лукаво глядя на лейтенанта, который покраснел до корней волос. – Не удивляйся. Ты ведь знаешь, что я призрак, а все призраки немного колдуны… Главное, ни о чем не беспокойся. Обещаю, что твои секреты я буду хранить надежнее, чем свои… А вот что касается ее, то я готов разболтать все тайны ее славного сердечка. О них мне поведала одна добрая фея, которая входит в мое окружение… В моем окружении есть одна фея, один гном и четыре дракона, не знаю, крылатые они или нет…[3] Так выглядит маленькое войско странствующего рыцаря… и это не считая волшебного коня, которому нет равных. Мой Алазан стоит Бридедора, Рабикана или того скакуна-гиганта, что носил на себе четверых сыновей Эмона[4]. Так вот, моя фея все мне рассказала… Знаете ли вы, счастливец Эктор, что вас любят!
– Любят!.. – повторил побледневший лейтенант.
– Вижу, что тебе хочется добавить: брат, не шути с этим! Черт побери, а кто тут шутит, господин офицер? Мы понимаем, что речь идет о серьезных вещах… Нет, нет, дорогой брат, я и не думаю шутить, когда речь идет о твоих сердечных делах… Да и как тебя не любить?.. Послушай, я хорошо ее знаю, лучше, чем ты… Она добрая, молодая, она достойна тебя… Но остерегайтесь, принц, ведь мы имеем дело с феями, которых когда-то позвали к колыбели нашей принцессы… Остерегайтесь, лейтенант, ведь фея Карабос[5], которую забыли позвать, прикоснулась черной палочкой к нашей принцессе и вложила ей в голову настоящего чертенка… Насколько скромной и ласковой остается моя бедная Бланш…
–
Сезар улыбнулся.
– Тебе еще многое предстоит узнать, братишка. А у меня, чтобы поговорить с тобой, есть только один час… Думаю, Алазан наверстает потерянное время. Надо только понять, с чего следует начать. Для начала уточним все то, что касается лично тебя. Это я устроил так, чтобы ты появился здесь, но не для того, чтобы арестовать Педро де Томара, и даже не из-за нашей милой кузины Хоакины. Я ведь не знал, что ты неожиданно влюбишься в нее. Тебе предстояло решить две задачи. Одна из них связана с твоей солдатской профессией, а другая имеет отношение к нашей семье. Первая задача решилась сама собой, потому что в доставленном тобой сообщении говорится, что битва состоится в ближайшее время, и теперь твое место на другом берегу Альберче. Вторая задача заключалась в том, чтобы заменить меня и взять на себя заботы о донье Менсии де Кабаниль, благодетельнице и подруге нашей матери, которой угрожает опасность. Теперь уже нет смысла объяснять тебе, почему я не мог увидеться с ней, ведь для всех я считаюсь умершим… а до недавнего времени я был умершим даже для тебя. Цель затеянной мною комедии, которая завершилась так счастливо и одновременно так неудачно, состояла лишь в том, чтобы как можно быстрее спровадить тебя отсюда.
Я был уверен, что ты любишь меня, но я и подумать не мог, насколько прекрасна твоя душа, дорогой мой Эктор. Поэтому я рассуждал так: «Если он меня любит, и ему прикажут арестовать меня, то он возьмет ноги в руки и сбежит при первой возможности…»
– А как поступил бы ты, Сезар, если бы узнал о своем брате то, что мне рассказал капитан Луи?
– Не знаю… Я уже не тот, что был раньше… Если бы ты был капитаном Фантомом… По правде говоря, кое-кто считает, что у Сезара де Шабанеля не все в порядке с головой!.. Ну, ладно, не сердись! Ты ведь понимаешь, что, в сущности, он храбрый парень…
– А как быть с задачей, которая касается доньи Менсии?.. – перебил его Эктор.
– Вот видишь! – со смехом воскликнул Сезар. – Напрасно я полагал, что ты думаешь только обо мне! Вторая задача, касающаяся доньи Хоакины де Кабаниль, отменяется, как и первая. Сейчас в этой стране все страшно ускорилось. Что могут сделать твои сорок пехотинцев против гренадеров Черного Комина? Однако, малыш, я не забыл, что тебе всего лишь двадцать лет. Ты ведь не покинешь эти места, не откликнувшись на призыв о помощи твоей красавицы…
– Ты говоришь о Хоакине? – воскликнул Эктор.
Сезар лукаво улыбнулся.
– Давай по порядку, – сказал он. – А то час пролетит, а мы так ничего и не решим. Мне еще предстоит проскакать на моем коне то ли сто, то ли сто пятьдесят лье, а сколько для этого потребуется времени, знает только Бог. Ты не просишь, чтобы я поделился с тобой моим секретом, братишка, но тебе, конечно, хочется узнать, в чем он состоит. Сейчас я все тебе расскажу. Я обязан это сделать, потому что отправляюсь в такое опасное путешествие, что впору составлять завещание. Из того, что я поклялся хранить в тайне, тебе уже почти все известно. Однако, если мне придется умереть
– Не говори так! – перебил его Эктор. – Ты так говоришь, словно я такой же сильный, как ты.
– Ты прав, дорогой брат, я говорю с тобой, словно с самим собой, – ответил капитан. – Не стану скрывать, я не жалею о том, что рассказал тебе о своем втором рождении, хоть это и государственная тайна. Если король когда-нибудь упрекнет меня, то я отвечу, что мы с тобой составляем одно целое. Лучше я сам себя предам, чем буду ждать, когда меня предаст мой король!
С губ Эктора наконец слетело слово, которое он всеми силами пытался сдержать:
– Король!..
Сезар встал и выглянул наружу. Все было спокойно. Вдова Сюзанна по-прежнему неподвижно стояла на посту. Он вернулся на свое место, притянул к себе Эктора и взял его руки в свои. В таком положении один из них слушал, а другой говорил.
– Мы встретились с ним на следующий день после моей казни, – после недолгой паузы промолвил Сезар. – Не буду останавливаться на деталях и опровергать нелепые слухи. Все это несущественно. Не буду также повторять, что рассказ сеньора Педро де Томара был правдив от начала до конца. Предназначался он главным образом тебе.
Но есть вещи, о которых сеньор Педро не мог говорить при англичанах. Однако ты должен о них знать. Для этого я должен рассказать о том, что произошло за несколько дней до того, как объявили о моей смерти, и остановиться на двух очень важных моментах, о которых гонец намеренно умолчал.
В первую очередь я должен рассказать тебе о моей встрече с Антиох-Амур, Высокой Женщиной и королевой цыган железного кольца.
Антиох-Амур является агентом сэра Артура Уэлсли. У сэра Артура много агентов, и они внедрены везде и всюду. С того момента, как между мной и сэром Артуром установились весьма близкие отношения, я живу в полном восхищении от его манеры ведения войны. Если он когда-нибудь создаст учебный курс для военачальников, то это произведет решительный переворот в военном деле, более радикальный, чем произвело применение пороха в артиллерии. Порох всего лишь сделал бессмысленным использование древних доспехов, а новый метод сэра Артура позволит вообще обходиться без солдат.
По мысли Веллингтона, вместо забрасывания друг друга пушечными ядрами и маневрирования в конном и пешем строю, вполне возможно производить убедительный обмен разведывательными данными, который позволит дипломатам с полным основанием вести переговоры о мире.
Англичане уверяют, что сэр Артур гениальный человек и в своей гениальности превосходит самого Наполеона. Я склонен думать, что Наполеон никогда не придумал бы свою собственную систему шпионажа, сопоставимую с той, что придумал Веллингтон. Сэр Артур Уэлсли сидит в своем чистеньком и аккуратном штабе, где поддерживается идеальный порядок, и знает абсолютно все обо всех. Он даже знает, что ест на ужин маршал Сульт, и по какой цене Жозеф Бонапарт покупает в Толедо помидоры.
Я не знаю, как Высокой Женщине удалось проникнуть ко мне в тюрьму, в которую не пустили даже мою мать. До этой встречи я не был с ней знаком, а все мои прежние попытки увидеться с ней не увенчались успехом.
Надо сказать, что лучше нее никто в мире не помог бы Уэлсли вступить в переговоры со мной. Ведь она владела секретами, за раскрытие которых я готов был отдать часть своей жизни. Она знала, какая участь постигла нашу сестру Жанну и мою любимую Бланш. Представившись, она сразу сообщила мне, что Жанна и Бланш живы. В этом она поклялась самой страшной цыганской клятвой.
Чтобы вызвать у меня доверие, она рассказала мне историю своей жизни и историю человека, обладающего способностью к ясновидению. Речь идет об одном шотландском убийце, который уже несколько лет ведет жестокую и, увы, победоносную войну против рода Кабанилей. В сущности, это очень простая история о том, как незаконнорожденный отпрыск лишился прав на наследство, но при этом сама история очень занимательная, а ее детали кажутся весьма странными. Когда-нибудь я расскажу тебе ее в подробностях. Впрочем, ты ведь уже кое-что знаешь о человеке, который устроил обстрел часовни и поднялся по шелковой лестнице. Так вот, этот человек оказался сыном Антиох-Амур.