Пол Андерсон – Сказочная фантастика. Книга вторая (страница 108)

— Мы зарифим его, — решил Ванимен. — Надо уходить от шторма.

— Но разве случаются такие сильные бури в это время года?

— Ты права, обычно — нет. Однако в последние несколько столетий я наблюдал, как набирает силу Арктический Холод. Там, далеко на севере, рождаются айсберги и неистовые шторма. Можно называть это несчастным стечением обстоятельств. Нам не повезло.

Говоря все это, Ванимен размышлял о другом. Вахтенный матрос, которого ему пришлось убить, чтобы захватить корабль, человек, ничем не заслуживший такой участи, призвал перед смертью проклятие на голову убийцы и обратился за помощью к Всевышнему и святому Михаилу, своему небесному заступнику... Ванимен никому тогда об этом не сказал, да и в будущем решил не говорить.

Если корабль пойдет ко дну... он перевел взгляд на палубу. Большинство его подданных погибнет. Прелестные девушки, дарившие столько радости и сами знавшие радость, дети, которые только-только начинают чувствовать, чтó есть радость бытия. Сам он сможет доплыть до какого-нибудь берега, даже далекого, но зачем берег ему одному?

Довольно. Он должен сделать для них все, что в его силах. Пока живешь, постоянно приходится биться за жизнь. А в конце никто не избежит сетей Ран...

Ванимен послал одного из старших мальчиков в море, велев ему передать самым сильным и крепким мужчинам, чтобы те поднялись по веревочному трапу на судно. Ожидая их, Ванимен продолжал обдумывать, как поступить дальше. За время плавания на корабле его подданные научились беспрекословно выполнять все требования своего короля. Подобного в история морского народа еще не бывало. Но за это же время матросы Ванимена не успели овладеть многими умениями и навыками, так необходимыми для моряков. Знания самого Ванимена также оставляли желать лучшего. Вот и с последним распоряжением он едва не запоздал. Помощь мужчин требовалась немедленно. Парус дико бился под ветром, который крепчал с каждой минутой.

Следовало ожидать самого худшего. Ванимен знал это по опыту. Волны порой ласково баюкают, в них можно укрыться от палящего зноя и резкого ветра, они поддерживают и помогают выжить. Но в воде тело отдает свое тепло, а в морских глубинах на каждом шагу подстерегают бесчисленные убийцы — хищники.

Ванимен приказал бросить в море канаты, чтобы пловцы могли за них держаться, иначе они выбьются из сил и отстанут от корабля.

Шторм уже нагонял судно. Ванимен перешел на корму. Под навесом кормовой надстройки у румпеля стояли двое. Положение тут было — хуже некуда: из-за бешенной силы ветра рулевые не могли совладать с румпелем; тяжелый рычаг то взлетал вверх, то резко, шел книзу. Рулевых, бессильно повиснувших на нем, бросало из стороны в сторону. Ванимен дал указания и пообещал скоро прислать смену, чтобы освободить их от трудной работы.

Миновали три дня и три ночи. Предчувствие не обмануло Ванимена: шторм бушевал, не утихая ни на минуту.

Впоследствии он не мог припомнить почти никаких подробностей. В памяти остались лишь хаос, борьба за жизнь, тяжкий труд и нестерпимая боль. Но горше всего было то, что исчезла его любимая касатка. Должно быть, из страха перед невиданной бурей она скрылась в морских глубинах, а когда шторм окончился, уже не смогла разыскать корабль. То же самое случилось и со многими подданными.

Непостижимо: они все-таки не дали кораблю затонуть. Во время шторма судно получило множество пробоин, трюм был полон воды, которую они денно и нощно откачивали помпами. Шторм швырял и бросал корабль по бурному морю, пока не натешился вдоволь. И все-таки они выжили.

Теперь корабль Лири подходил с запада к Геркулесовым столбам. Ванимен сразу же узнал могучие дымчато-серые утесы на краю земли, где Гибралтарский пролив разделяет Африку и Пиренейский полуостров Когда-то в юности, много столетий назад, он совершил дальнее путешествие по южным морям и побывал в здешних водах.

Волнение все еще не улеглось, но море уже снова сверкало яркой лазурью под безоблачными синими небесами.

И все же в море не было видно парусов, ни одно судно еще не осмеливалось покинуть надежную гавань.

Жадные до новостей дельфины окружили одинокий корабль. Ванимен бросился в море, оставив на палубе подданных, измученных и смертельно усталых, как и он сам. Чтобы не менять способ дыхания, Ванимен нырнул и сразу же поднялся на поверхность. В обнимавшей его чистой и прозрачной стихии он чувствовал, как силы возвращаются к нему, наполняя бодростью каждую мышцу тела. Ванимен заговорил с дельфинами.

Что им известно о Средиземном море? Тогда, в юности, Ванимен не заплывал в него, добрался лишь до высокой прибрежной скалы, которая была похожа на лежащего льва. В землях, омываемых Средиземным морем, уже давно установилось прочное господство христианской веры. От Волшебного мира, здесь, несомненно, могли уцелеть лишь жалкие крохи, если вообще что-то сохранилось. Но выбора у Ванимена не было: разбитый корабль не сможет одолеть просторы Великого Океана. Огромной удачей будет уже, если они сумеют пройти на нем несколько тысяч миль и найдут пристанище где-нибудь в Средиземном море, но это возможно лишь при условии, что здешние воды спокойнее и гостеприимнее, чем те, что шумят к западу от Геркулесовых столбов. Нет ли в Средиземном море какой-нибудь тихой гавани, куда он мог бы безбоязненно привести свой народ?

Дельфины принялись совещаться между собой, потом решили призвать на помощь своих братьев и послали к ним гонцов.

Тем временем подданные Ванимена отдыхали, восстанавливали растраченные силы, охотились. К счастью, настал мертвый штиль, который длился довольно долго. Из-за безветрия в море не вышло ни одно судно, и можно было не опасаться, что люди пожелают узнать, кто находится на незнакомом корабле, который появился в их водах.

Наконец, дельфины-гонцы вернулись и рассказали о том, что удалось узнать. Почти все земли, лежавшие за Гибралтарским проливом, не годились народу Лири для пристанища. Во-первых, там слишком развито рыболовство, во-вторых, слишком сильна церковь. Жители этих стран, конечно же, не обрадуются, когда узнают, что к ним явились незваные гости, которые тоже занимаются ловлей рыбы. Берега Северной Африки подходили, пожалуй, больше. Однако ислам, который исповедовали жители этих берегов, в своей борьбе со всем, что зовется Волшебным миром, отличался еще большей непримиримостью, чем христианство.

Есть, правда, на восточном побережье узкого моря одно место... Дельфины никак не могли толком объяснить, что это за узкое море и о каком месте идет речь. Они плохо представляли себе, как туда добраться, знали только, что Волшебный мир не подвергся там полному уничтожению, как это случилось, например, в Испании.

Воды Гибралтара бороздили многочисленные суда, у берегов сновали рыбачьи лодки, повсюду под водой были расставлены сети. Несмотря на эти опасности охотники Ванимена наловили достаточно рыбы, чтобы накормить все племя. Теперь можно было продолжить плавание уже к недалекой цели. Сильно изрезанные берега Средиземного моря поросли густыми зелеными лесами. В море было множество островов. Несомненно, здесь удастся найти подходящее место для основания Нового Лири.

Сердце Ванимена взволнованно забилось. Он с трудом сдерживал нетерпение и задавал все новые и новые вопросы. Дельфины более или менее подробно описали, как выглядят жители суши, поскольку им не раз случалось видеть их на берегу. Рассказали и о том, какую одежду носят здесь, и какие магические амулеты и талисманы и тому подобные вещи. Люди нередко гибли в море, и если дельфины видели тонущих, то помогали им добраться до берега. При этом, в силу своего любопытства, они, конечно же, не упускали случая рассмотреть все до мельчайших подробностей. К сожалению, Ванимен с трудом понимал язык этих дельфинов: они же еще никогда не встречались с кем-нибудь, кто хотя бы отдаленно походил на морской народ. По большей части Ванимен просто угадывал, о чем ему хотели сказать дельфины. Дело пошло легче, когда они стали передавать разговоры людей, которые им удалось когда-либо услышать. Дельфины славятся необычайно острым слухом и хорошей памятью, тут им просто нет равных среди всех живых существ.

Ванимен дополнил то, что узнал от дельфинов, сведениями, которыми располагал со времени своего путешествия по южным морям, и тем, что слыхал от людей: за долгую жизнь ему не раз доводилось встречаться с ними. Иные из этих людей давно умерли — кто десятки, а кто и сотни лет назад. Были среди них и ученые, и они охотно делились с Ванименом своими знаниями, порой открывая ему и тайны, поскольку не сомневались, что Ванимен ничего не разгласит. Среди них были король Дании Свенд Эстридсон и епископ Роскильдский Абсалон...

Земля, о которой говорили дельфины, лежала на берегу Адриатического моря и называлась Далмацией. Ныне она входила в королевство Хорватия, латинское название которого Кроация также было Ванимену известно. Народ Далмации был родствен руссам, но исповедовал католическую веру. О том, есть ли в Далмации существа, подобные русалкам северных вод, дельфины ничего не знали.

Только эти сведения и удалось по крохам собрать Ванимену.

Быть может, их ждет в Далмации гибель — тем и закончится столь долгое и трудное плавание. А быть может, нет. Но есть ли выбор у тех, кто уцелел из племени Лири?