Платон Тишин – Писатель и ритуалы. Почему левая бровь так важна (страница 7)

Агата Кристи: ванна, яблоки и отсутствие шумного коворкинга

Агата Кристи – это, пожалуй, самый приятный для современного человека пример. Потому что её ритуал не требовал ни пробковой комнаты (как у Пруста), ни стояния (как у Хемингуэя), ни разрушительного количества кофеина (как у Бальзака). Всё, что нужно было Агате – это ванна. Тёплая ванна. И зелёные яблоки. Много зелёных яблок.

Кристи писала свои детективы, лёжа в ванне. Она говорила, что в ванне она расслабляется настолько, что перестаёт контролировать свой внутренний цензор. А внутренний цензор – как известно – главный враг творчества. Это тот голос в голове, который говорит: «это глупо», «это уже было», «твоя бабушка лучше написала бы», «тебя никто не будет читать». Когда вы лежите в тёплой воде, говорит Кристи, этот голос затихает. Он то ли тонет, то ли ему становится стыдно мешать вам в такой интимный момент. И тогда на поверхность выходят самые смелые, самые неожиданные идеи.

Агата держала на бортике ванны доску (специальную, деревянную, которая кладётся поперёк, как в старых фильмах про аристократов). На доске – блокнот и карандаш. А рядом – тарелка с зелёными яблоками. Она грызла их во время работы. Зелёные яблоки, по её словам, помогали ей думать. Может быть, потому что они кислые и бодрящие. Может быть, потому что зелёный цвет успокаивает. Может быть, потому что ей просто нравились зелёные яблоки, и она искала им оправдание. Неважно.

Важно другое: Агата Кристи создала ритуал, который идеально вписывался в её жизнь. У неё был дом, муж, потом дочь. Она не могла позволить себе уйти в пробковую комнату на несколько часов, отгородившись от всех. Ей нужно было писать урывками, между домашними делами, между приёмами гостей (а гостей в её доме бывало много). Ванна была местом, где её не трогали. Потому что кто будет беспокоить женщину в ванне? Никто, если только не случился пожар или не приехала королева.

Что мы можем взять у королевы детектива?

Первое: найдите своё «ванное» место. Это не обязательно ванна. Это может быть любое место, где вас не трогают по умолчанию. Например, кухня ранним утром, когда все ещё спят. Или балкон (только не зимой, если вы не русский морж). Или машина, припаркованная у дома, если вы никуда не спешите. Главное, чтобы это место было связано с расслаблением и защищённостью. Я, например, иногда пишу в душе. Нет, не в душе (ноутбук под струями воды – сомнительная затея). Я прокручиваю сцены в голове, а выходя, сразу записываю. Вода расслабляет, да.

Второе: добавьте сенсорный элемент – еду или напиток. Зелёные яблоки Кристи – гениальный ход. Они задействуют вкус и обоняние, добавляют ещё один якорь. Это может быть ваш любимый чай. Или печенье (как у Пруста). Или шоколад. Или, если вы последователь здорового образа жизни, – морковные палочки. Главное, чтобы этот элемент был ритуальным, то есть вы едите/пьёте это только во время письма, а не в другое время. Тогда запах и вкус станут триггерами. Я, например, пью особый сорт чая – «Эрл Грей» с бергамотом – только за работой. Если я пью его в другое время, мозг начинает нервничать: «Мы где? Мы пишем? Нет? Тогда зачем этот чай? Я запутался, перезагрузка». Это забавно, но полезно.

Третье: попробуйте писать, когда вы расслаблены, а не когда взвинчены. Многие писатели считают, что для творчества нужно особое состояние – почти гипнотическое, на грани транса. Кристи нашла способ достигать этого состояния через физическое расслабление. Ванна – это буквально снятие мышечных зажимов. А когда мышцы расслаблены, расслабляется и психика. Вместо ванны вы можете использовать любой способ релаксации: медитацию (только выберите не ту, которая требует полной неподвижности, а то уснёте), лёгкую растяжку, массаж шеи, даже просто глубокое дыхание в течение трёх минут. Засеките время. Три минуты. Это недолго. Но эффект может быть значительным.

Кстати, о недвижимости. Я пытался воссоздать ритуал Агаты Кристи. Принял ванну, положил доску, на доску положил ноутбук в специальном водонепроницаемом чехле (да, такие существуют, интернет помнит всё). Я накупил зелёных яблок. Жена заглянула в ванную, посмотрела на меня, на ноутбук, на яблоки, вздохнула и сказала: «Ты хоть не расплескай воду, пожалуйста, у нас соседи снизу нервные». И закрыла дверь. Я написал тогда три страницы. Они были ужасны: вода остыла, я замёрз, пальцы на руках сморщились, а яблоки почему-то оказались червивыми (не все, два из пяти, но этого достаточно, чтобы испортить настроение). Больше я так не делал. Но сам принцип – расслабление перед письмом – остался со мной. Теперь я делаю три минуты дыхательной гимнастики. Без воды. И без яблок.

Вывод: ритуалы великих – это милые неврозы, которые работали

Что объединяет Пруста, Хемингуэя, Бальзака и Агату Кристи? Неврозы. Навязчивые, иногда смешные, иногда тревожные, но – неврозы. Пруст боялся пыльцы и внешних звуков. Хемингуэй не мог начать утро без семи отточенных карандашей. Бальзак не мог писать без кофеина. Кристи не могла думать без зелёных яблок и воды.

Но эти неврозы были не болезнью, а инструментом. Они помогали этим людям писать. Много. Хорошо. Регулярно. Они превратили свои слабости в систему, в ритуал, в костыль, без которого они, возможно, не смогли бы работать.

И это главный урок этой главы. У вас тоже есть свои тараканы. Свои странности. Свои «а я не могу писать, пока...». Вместо того чтобы бороться с ними, стыдиться их или считать их признаком профессиональной деформации, – примите их. Исследуйте их. Используйте их. Возможно, именно ваша нелюбовь к тишине (или, наоборот, одержимость ей) станет ключом к вашему личному ритуалу. Возможно, ваше пристрастие к определённому сорту чая, к определённой музыке, к определённому времени суток – это не просто каприз, а ваш встроенный, природный ритуал, который нужно только калибровать и запускать.

Но помните: чужой ритуал – чужой. Пруст не смог бы работать стоя с семью карандашами, запивая это пятидесяти чашками кофе в ванной. И вы не сможете скопировать чужой ритуал полностью, потому что он заточен под чужую психику, чужое тело, чужую жизнь.

Мы будем искать свой. Будем создавать свой, с уникальными настройками, как профиль в компьютерной игре. И это будет наш собственный, уникальный, нелепый, но работающий «боевой танец».

А в следующей главе мы поговорим о том, что нельзя делать. Об антиритуалах. О ловушках, которые выставляют нам наш же мозг, наше воспитание и наше желание всё делать идеально. Спойлер: перфекционизм – это не добродетель, а проклятие. И мы научимся с ним бороться. Не идеально, конечно. Но хотя бы чуть-чуть.

Глава 3. Антиритуалы (или как не стать заложником носков)

В предыдущих главах мы с вами, дорогой читатель, пели дифирамбы ритуалам. Мы сравнивали их с боевым танцем, с фортом против хаоса, с условным рефлексом, который Павлов бы одобрил. Мы разбирали ритуалы великих – от кровати Пруста до ванны Агаты Кристи – и находили в них рациональные зёрна, которые можно адаптировать под себя.

И всё это правда. Ритуалы – это мощный инструмент. Они помогают обмануть мозг, переключиться, войти в поток. Они – наши союзники в борьбе с чистым листом и бесконечной прокрастинацией.

Но есть одна проблема. Та же самая сила, которая делает ритуал полезным, может сделать его опасным. Та же самая привычка, которая запускает творческий механизм, может превратиться в кандалы. Тот же самый якорь, который удерживает нас в продуктивном состоянии, может приковать нас к одному месту и не давать двигаться дальше.

Добро пожаловать в мир антиритуалов – ритуалов, которые работают против вас, а не на вас. Ритуалов, которые стали самоцелью, а не средством. Ритуалов, которые вы кормите, а они кусают вас за руку.

Эта глава – как разговор с другом, который зашёл слишком далеко со своим здоровым образом жизни и теперь не может съесть кусок пиццы без чувства вины, достойного убийцы, который только что признался в содеянном. Я не буду вас стыдить – сам через это прошёл. Я просто покажу, где проходит граница между полезным ритуалом и вредным антиритуалом. И как не переступить эту границу, если вы уже на неё наступили (спойлер: мы все на неё наступали, кто-то чаще, кто-то реже, а кто-то живёт на ней, как на даче, и не собирается съезжать).

«Без зелёной ручки не пишу» – отмазка, а не помощь

Начнём с самого распространённого антиритуала – ритуала обязательного атрибута.

Это когда вы говорите себе (и, не дай бог, другим): «Я не могу писать без...» (нужное вставить). Без зелёной ручки. Без любимой кружки. Без ноутбука конкретной марки. Без тишины. Без кофе особого сорта. Без вида из окна на парк. Без поцелуя жены на удачу. Без того самого стула, который скрипит определённым образом и только так, а если не скрипит – значит, день не задался.

Изначально этот атрибут был якорем. Вы сознательно или случайно связали его с состоянием продуктивности. Вы надели «счастливые носки», когда написали удачную главу, и мозг запомнил: носки → успех. Потом вы повторили это несколько раз, и связь укрепилась. И вот уже носки стали обязательным условием. Без носков – ни строчки. Даже если на улице +30. Даже если вы в гостях, где ходят босиком. Даже если носки в стирке, а стиральная машина сломалась, а мастер приедет только через три дня, а у вас дедлайн через два. Вы не пишете. Потому что носки.