Питер Джеймс – Умереть с первого взгляда (страница 48)
И он набрал номер Джека Александера.
Ему ответила молодая женщина, говорившая с американским акцентом. Грейс тут же опознал сонный голос Кейтлин, их няни.
– Слушаю вас-с-с?
Он мысленно улыбнулся.
– Будьте добры, позовите Джека.
Через пару секунд трубку взял молодой сержант. Он явно был слегка сконфужен.
– Прости, что разбудил тебя, Джек, но события развиваются. Твоя группа сбора наружной информации должна включиться в работу в шесть тридцать утра.
– Да, конечно, сэр, – ответил он уже более бодро.
Рой Грейс рассказал Александеру об арендованной машине, которую заметили на Уитдин-роуд, а затем добавил:
– Мы не знаем, почему она там стояла, но водитель, должно быть, вышел из нее и куда-то направился по улице. Если найдутся дома с камерами наружного обзора, нам нужно получить их записи начиная с полуночи и до половины второго ночи.
– Предоставьте это мне, сэр.
Грейс закончил разговор и наконец-то объявил подчиненным, чтобы отправлялись по домам и возвращались к семи утра.
А затем уехал и сам, чтобы урвать два-три бесценных часа сна.
68
Рассвет пришел вместе с угнетающе-серым морским туманом, покрывшим ветровое стекло «поло» водяной пленкой. Время от времени Зуб включал зажигание, чтобы дворники разогнали ее. Он слушал новости по «Радио Суссекс», но ни семичасовой, ни восьмичасовой выпуски не добавили ничего интересного.
Дом между тем начал подавать признаки жизни. За последний час из гаража выехало несколько машин, но это были не «киа», и ни в одной из них не сидел Жюль де Коупленд. Двое жильцов укатили на такси. Первой была усталая молодая женщина. «Уж не та ли это ворчунья, которая накануне была очень недовольна тем, что ее разбудили?» – лениво подумал Зуб. У второй дамочки, забравшейся в длинном платье на заднее сиденье, вид был скорее с похмелья.
«Киа» не объявлялась, но и спешить было некуда.
«Можешь тянуть время сколько угодно, Жюль де Коупленд. Наслаждайся последним утром своей земной жизни и приятелю своему, Дунстану Огвангу, передай, чтобы тоже порадовался напоследок».
Зуб снова включил местное радио, как раз успел к утреннему информационному выпуску.
Ну что, не появились за ночь новые подробности инцидента на Норт-Гарден?
Оказалось, что появились.
Сперва диктор обеспокоенно сообщил о том, что, согласно статистике, количество ограблений в Суссексе увеличилось, после чего некий Кассиан Пью, помощник главного констебля, принялся оправдываться. Пожалуй, его болтовня прозвучала даже агрессивно.
А потом ведущий выпуска новостей произнес:
– «Что касается жестокого нападения, возможно на почве гомофобии, на мотивационного оратора Тоби Сьюарда, то полиция Суссекса уже подтвердила, что подозреваемый арестован. Напомним, что вчера вечером злоумышленник зверски отсек мистеру Сьюарду кисть правой руки. Хирург-травматолог Робин Тёрнер и его бригада всю ночь работали над ее приживлением. Представитель больницы заявил, что операция прошла успешно, но говорить о результатах пока еще рано».
«Подозреваемый арестован». Зуб помрачнел, как серый туман, окутавший машину.
Неужели Огванга замели?
Зуб получил ясное указание уничтожить Огванга и Коупленда.
Похоже, один из них оказался теперь вне досягаемости, под арестом.
И если это так, то парень наверняка всех сдаст. Вряд ли это обрадует заказчика, Стива Барри.
И как, интересно, теперь поступить самому Зубу? Продолжать охоту за Коуплендом или соскочить, пока еще можно? Обещанные мистером Барри деньги уже лежат на его счету. Этого вполне достаточно, чтобы отойти от дел и вести безбедную жизнь. Хватит до конца дней.
Он может улететь прямо сегодня и уже завтра будет в Эквадоре. И на этом все.
Да вот только еще ни разу в жизни Зуб не бросал дело, не доведя его до конца. Если сейчас слинять, то потом всю жизнь будешь оглядываться через плечо. То, что ты не закончил, однажды может прийти за тобой.
Он снова ощутил омерзительное, липкое головокружение. Те же псевдогриппозные симптомы, появившиеся после змеиного укуса.
Зуб набрал номер, который получил от Стива Барри. Тот ответил после первого гудка, и голос у него был отнюдь не довольный.
– Вы позвонили мне, чтобы сообщить, что опять провалили дело, да, мистер Зуб? Я ошибся, когда решил нанять вас. Напрасно понадеялся на вашу репутацию. Был профессионал, да весь вышел, не так ли?
Зуб рассвирепел. И все же Барри прав, он опять лоханулся. Упустил нить.
Похоже, и впрямь настало время уйти. Все, это был последний заказ. С него довольно.
– Думаю, Огванга могли арестовать, – сказал он. – Я постараюсь выяснить.
– Не стоит беспокойства, узнаю это по своим каналам. У меня есть связи. Если Огванг и впрямь арестован, я найду надежного человека, который о нем позаботится. Просто разберитесь с Коуплендом. – И на этом Барри оборвал разговор.
Зуб почувствовал, что ему не хватает воздуха. Он вылез из машины и, борясь с навалившимся приступом тошноты, прошелся туда-сюда под порывами соленого ветра, как проделывал каждый час этой ночью. Он пошатнулся, потерял равновесие и ухватился за машину, чтобы не упасть. Затем снова сел в нее и зажег сигарету. Задумался. В таком большом доме наверняка должен быть комендант, швейцар или консьерж. Нужно разыскать его, как только немного полегчает.
69
Джек Робертс, облаченный в элегантную коричневую рубашку апаш и такого же цвета брюки, сидел за круглым столом в переговорной и сосредоточенно слушал клиента. Майор Джон Фордуотер выглядел типичным офицером в отставке, хотя в молодости наверняка был немного щеголем.
Безупречная военная выправка. Достаточно густые волосы, чудесного оттенка соли с перцем, аккуратно, хотя и несколько старомодно подстрижены. Одевался он тоже консервативно: твидовый костюм, а под ним клетчатая рубашка бренда «Вийелла» и клубный галстук. Охваченный праведным гневом, посетитель не обращал внимания на горячий кофе, бутылки с водой и тарелку с дорогим печеньем, он даже не притронулся к угощению, пока под равномерное мигание красного огонька диктофона не изложил всю свою историю до конца.
За последнюю пару лет Джеку Роберсту часто приходилось слышать такие рассказы, с небольшими вариациями.
– Значит, ущерб составляет четыреста тысяч фунтов?
– Ну, плюс-минус, – ответил Джонни Фордуотер, а затем прибавил, пожав плечами, словно бы смущенный этим признанием: – Возможно, чуть больше. Вообще-то, четыреста пятьдесят, если уж говорить начистоту. – Гнев его утих, и он мрачно посмотрел на частного детектива. – По-вашему, я вел себя как последний дурак?
Робертс покачал головой. Он искренне сочувствовал клиенту. Этот человек выбрал своим делом службу родине. Никто не идет в армию, чтобы разбогатеть, многие его сверстники, способные и образованные, выбрали иную стезю и получили высокооплачиваемую работу в столице или других крупных городах. Несомненно, Фордуотер был отличным солдатом, если удостоился одной из высших наград страны. Он не заслужил того, чтобы с ним так обошлись на старости лет.
– Нет, мистер Фордуотер, вы вовсе не вели себя как дурак. Любой на вашем месте мог бы поступить так же, осознав, что остался один и впереди не слишком много времени для активной жизни.
– Вы очень добры. Понимаете, какая штука: в армии все было просто, там я сделал замечательную карьеру. И чувствовал свою нужность. Когда я вышел в отставку, первое время все мои мысли были сосредоточены на неизлечимо больной жене. Я уволился раньше срока, чтобы ухаживать за Элейн, а потом три года был для нее круглосуточной медсестрой и сиделкой, пока она не ушла из жизни. – Он вымученно улыбнулся. – Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что тогда-то все и началось. Я вдруг осознал, что иду по улице и чувствую себя точно таким же, как в двадцать лет, но красивые девушки даже не смотрят на меня. Я пытался найти работу, но никого не интересовал мужчина моего возраста. Мне начало казаться, будто меня выбросили на свалку, вот в чем дело. Я даже подумывал, не вступить ли в общество сайентологов – там мне, по крайней мере, были рады. А потом встретил старого армейского дружка Джерри. Он рассказал, что нашел идеальную женщину в Интернете, на сайте знакомств, и стал подбивать меня тоже попытать счастья.
– И вы решили попробовать? – спросил Робертс.
– Да, и познакомился с Ингрид. Она вернула мне чувство собственного достоинства, ощущение нужности. Очень умная женщина. Она, или те, кто себя за нее выдает, прекрасно знают, за какие ниточки дергать. – Он печально посмотрел на Робертса. – Понимаете, я поверил ей, в самом деле поверил.
– Мистер Фордуотер, у нас с женой есть много друзей, которые встретили любовь в онлайн-агентствах знакомств. К несчастью, там обитают также и чрезвычайно коварные негодяи. Думаю, вы удивились бы, узнав, насколько изощренные методы они используют благодаря цифровым технологиям. Да, вы оказались жертвой, но ни в коем случае не дураком.
– Вы очень добры ко мне, – повторил Джонни Фордуотер. – Жаль только, что я не могу с вами согласиться.
Робертс на личном опыте убедился, что между интернет-мошенниками, чем бы они ни занимались: финансовыми аферами, торговлей воздухом или мошенничеством на сайтах знакомств, – существуют определенные, хотя и незначительные, различия. У каждого из них свой, особенный modus operandi[18]. Это становится ясно, если обратить внимание на то, как они общаются с потенциальными жертвами, сколько времени позволяют им плыть по течению, мало-помалу заманивая в свои сети. Робертс взял на работу аналитика, который создал алгоритм, отмечающий различия между мошенниками. Сам Джек Робертс компьютером для этих целей пользовался редко, он был опытным частным детективом и мог идентифицировать почерк преступника без помощи технологий. Вот и на этот раз тоже быстро сообразил, что к чему.