Пирс Энтони – Зона раздора (страница 27)

Когда все расселись, утиные ноги задвигались, и лодка стремительно понесла компанию вперёд. Эд оглянулся и увидел, как «Звено» исчезает в зелёной кроне древопутаны. По крайней мере, мотоцикл оказался полезным.

Глава 5

Лукоморский дуб

Пия обернулась помахать древопутане, и та прощально покачала щупальцем в ответ. Значит, дерево могло видеть и понимать, как и большинство обитателей Ксанфа. Девушке это даже нравилось; в Обыкновении от неодушевлённых ничего подобного не ожидалось. Ещё она была довольна возвращением своего прекрасного тела, хотя и знала, что дома оно станет прежним. Если бы только удалось отделаться ещё и от диабета — да так, чтобы он не вернулся и в реальном мире. Но, разумеется, эту мечту можно было назвать дурацкой.

Пара, лодка на утиных лапах, направлялась к острову Талантов. Ноги позволяли ей шустро передвигаться по земле и не менее стремительно — по воде. Она неслась по суше так резво, будто в действительности летела над ней. Пия молча радовалась передышке. Временный талант Эда сработал, как надо.

— Я вот всё думаю, — начал Джастин. — Вы упоминали о мрачном замке где-то в этой области. Но мы знаем, что замка здесь быть не должно. Не могли бы вы рассказать о нём подробней?

— Мы видели только его очертания на светлевшем небе, — ответил Эд. — И он исчез, едва прорезался рассвет. Поэтому я и думаю, что здесь действовала та же односторонняя магия: ночной замок.

— Он показался вам антагонистическим?

— Показался чем?

— Враждебным, — перевела Пия. — Нет, просто жутким.

— Фантазм тоже не казался недружественным, — заметил Джастин. — Просто вёл вас вперёд, приняв обличье Брианны.

— К чему бы то ни было, — согласилась Пия. — Не хотелось бы мне туда попасть.

— Это меня изумляет. Обычные опасности Ксанфа не эфемерны. Если бы фантазм желал вам вреда, он бы причинил его, как только вы сошли с зачарованной тропы. К чему создавать защитную тропу, чтобы доставить вас в замок?

— Защитную тропу? — переспросил Эд.

— Да, поскольку порождения ночи вас не тронули. А во мраке кроется множество опасностей.

— Оу. Ну, не знаю, — пожала плечами Брианна. — Мне темнота по вкусу.

— Это потому, что твой талант — мраковидение, моя дорогая, — терпеливо пояснил Джастин. — И ночью ты можешь вести себя так же, как днём. Но обычные люди не видят в темноте, поэтому во мгле для них скрывается вдвое больше страха и опасности, нежели при дневном свете.

— Ты считаешь меня ненормальной? — лукаво уточнила Брианна. По мнению Пии, её попытки флиртовать были неплохими, однако несколько советов в данном направлении не помешали бы.

— Дорогая моя, ты никогда не будешь стандартной, — галантно отозвался Джастин. — Ты уникальна.

— Уникальна, — задумчиво повторила Брианна. — В чём? В держании за руки, например?

Джастин замялся. Она подняла на поверхность довольно неловкое воспоминание. Пия про себя гадала, насколько далеко они зашли. Вероятно, не дальше «держания за руки», но пока и этого оказалось достаточно.

Лодка промчалась мимо мелкого, похожего на белку создания с серебристо-серым мехом. Зверёк пытался поймать солнечный зайчик на буром камне.

— Какой милый! — всплеснула руками Пия. — Интересно, он позволил бы мне погладить свой мех?

— Не трогай таких! — забеспокоился Джастин. — Это шин-шилла.

— Шиншилла? Их мех…

— Нет. Она питается шинами и тыкает шилом каждого, кто до неё дотрагивается. Иногда доходит до серьёзных увечий. Ты видела кровь вокруг?

Теперь Пия поняла, почему цвет камня показался ей странноватым. Хорошо, что она не попробовала погладить зверька прямо из лодки. Но они уже приближались к другому существу, которое напоминало собаку.

— А это как называется?

— Лайка, — откликнулся Джастин. — Её тоже не стоит трогать, иначе от облаивания не отделаешься.

— От облаивания?

— Да, такова их природа: бежать за кем-то с лаем, пока не свалится от усталости с ног.

Затем они проехали расчерченную линиями площадку — область мячей. Некоторые подскакивали вверх-вниз, другие раскачивались взад-вперёд.

— Вертикальные — баскетбольные мячи, учатся запрыгивать в сетку, — пояснил Джастин. — А горизонтальные — футбольные, учатся забивать голы.

Один из футбольных мячей едва не врезался в Пию, отскочив от борта. Девушка с облегчением вздохнула: хорошо, что они не пошли пешком. Пересечь стадион оказалось бы весьма затруднительно.

Лодка достигла воды и плюхнулась в волны. На горизонте появился остров Талантов. Выглядел он тихим и невинным, как всегда. Что лишний раз доказывало: незнакомым островам доверять нельзя.

Пара плыла гораздо быстрее, чем Эд с Пией гребли вёслами на другой лодке, и вскоре они уже причалили к берегу.

— И как нам справиться с задачей? — поинтересовалась Пия.

— Мы с Джастином не можем позволить себе коснуться песка, — серьёзно произнесла Брианна. — Мы подождём здесь, в лодке. И Паре тоже лучше остаться на воде, иначе она может утратить свою скорость. Поэтому вам придётся пойти вдвоём, выбрать хорошие таланты, вернуть Говорилку и вернуться к нам.

Пия кивнула.

— Звучит разумно. Но разве вы не заскучаете, пока будете нас ждать?

— Конечно. Так что, может быть, подержимся немного за руки.

— Брианна! — вспыхнул Джастин.

— Они точно не соскучатся, — пробормотал Эд. — А что если мы с тобой…

— Забудь, — Пия не сердилась на мужа, просто хотела сохранять контроль над ситуацией. Он всегда старался ловить момент, а сейчас было самое не подходящее для этого время.

Лодка подплыла к камню, торчавшему из воды. Эд ступил на него, ощутив, как изменился его талант, затем восстановил равновесие и подал руку Пии, чтобы поддержать и её.

Они направились вдоль берега, разыскивая уже знакомый пьедестал.

— Прежде, чем мы покинем остров, надо убедиться, что таланты нас устраивают, — напомнила Пия.

Он вытащил говорилку: — В чём мой талант?

— Ты можешь изменить чужой талант или отклонить его эффект.

— Это стоит того, чтобы сохранить, — сказала Пия.

— Да, наверное.

Она взяла диск: — Что за талант у меня?

— Ты можешь превращать слово в дело.

— В каком смысле?

— Придётся попробовать, чтобы выяснить, — сказал Эд. Какое банальное предложение.

— И о чём мне поговорить? О горе шоколада? — Рядом с ними появился холмик. Шоколадная горка. Пия потянулась и отломила кусочек. Вкусно!

— Но теперь я израсходовала талант, — опечалилась она. — Больше мне ничего не сотворить.

— Прости, — извинился он, отламывая плитку шоколада и для себя.

Она раздражённо обратилась к говорилке снова: — Какой мой талант?

— Окрылять всё и вся.

Пия поразмыслила.

— И насколько полезным он может оказаться?

— Не уверен, — отозвался Эд. — Нет гарантии, что они поднимут обладателя в воздух. Взять для примера человека: даже при наличии крыльев летать он не сможет, поскольку лишён необходимых для этого мышц, или не умеет держаться в воздухе, или у него просто нет опыта полёта.

Его рассуждения звучали убедительно.

— Ладно, сменю на другой, — она огляделась, высмотрела камень и пожелала, чтобы у него появились крылья.

Крылья распахнулись. Ошеломлённый камень дико замахал ими, поднялся в воздух и улетел.