Пьер Саворньян – Экспедиции в Экваториальную Африку. 1875–1882. Документы и материалы (страница 69)
§ 2. Исследования Габона в XIX в. (до первой экспедиции Пьера де Бразза)
Систематическое изучение Габона европейцами начинается, по сути дела, только в XIX в., что неудивительно. До этого времени европейские негоцианты, как правило, не устраивали на габонском побережье (в отличие от Гвинейского залива и Анголы) постоянных стоянок, а просто бросали якорь в определенных его пунктах, прежде всего в эстуарии Комо и у мыса Лопеш, где они могли приобрести интересовавшие их товары[1226]. С начала XIX в. торговля местных племен с белыми, однако, интенсифицируется и приобретает регулярный характер. Это открывает новую эпоху в исследовании Габона.
В 1818 г. эстуарий Комо посещает английский путешественник Томас Эдвард Баудич; проведя здесь семь недель, он представляет миру сделанное на основе устных сообщений мпонгве его первое географическое описание[1227]. В 1836–1838 гг. британские офицеры Видал[1228] и Бедфорд[1229] обследуют регион между эстуариями Монда и Муни и составляют его карту[1230]. Создание на правом берегу эстуария Комо французами Форт-Омаля в 1843 г. дает новый толчок к изучению географии Габона. В том же году лейтенант Флёрьо де Лангль[1231] составляет первую карту Габонского эстуария до устья Бокуэ[1232]. В июне – июле 1844 г. капитан-лейтенант французского ВМФ Даррико[1233] предпринимает исследование восточной части эстуария за устьем Рембое; первым из европейцев он поднимается по Комо до места впадения в нее Бокуэ и выясняет, что, за исключением Рембое, все остальные притоки Комо несудоходны[1234], – это позволяет отвергнуть популярную гипотезу о том, что Комо берет исток в самом центре Африки и, значит, является удобным путем во внутренние области неисследованного континента. В августе – сентябре 1846 г. капитан-лейтенант французского ВМФ Шарль Пижар, пройдя по Комо до устья Бокуэ, первым из европейцев посещает селения бакале (акеле)[1235]. В ноябре – декабре того же года капитан-лейтенант французского ВМФ Меке[1236] на шхуне «Об» поднимается по Комо немного выше устья Бокуэ, а также посещает Нижнюю Бокуэ, еще раз подтверждая ошибочность теории о связи этих рек с внутренними регионами континента[1237]. В августе – сентябре 1848 г. американский миссионер Уильям Уокер проходит по Комо 28 км выше устья Бокуэ и становится первым белым, посетившим селения фанов[1238].
После четырехлетней паузы (1849–1853 гг.), связанной в первую очередь с политическими причинами (Февральская революция 1848 г. во Франции), изучение эстуария Комо возобновилось. Теперь перед исследователями стояли две основные задачи – обнаружить истоки Комо, хотя уже никто не верил, что они находятся в центральных областях Африки, и достичь страны фанов, через которую, как теперь предполагали, проходил прямой путь в эти самые области. В 1853 г. капитаны 1-го ранга французского ВМФ Луи Эдуард Буэ-Вийоме[1239] и Огюст Боден[1240], тогдашний командующий Военно-морского поста у Западных берегов Африки, предприняли путешествие вверх по Комо: они первыми достигли верховьев этой реки и выяснили, во-первых, что Комо стекает с Хрустальных гор, во-вторых, что страна фанов располагается в этих горах, и, в-третьих, что Комо в своем верхнем течении малосудоход-на. После новой паузы (1854–1855 гг.) исследования французских военных продолжил путешественник франко-американского происхождения Поль Беллони дю Шайю, который первым приступил к разведке других, помимо эстуария Комо, районов Габона и который первым из европейцев проник в его внутренние области. Пройдя в июле – сентябре 1856 г. по эстуарию Муни, реке Тембони (Митемеле) и ее притоку Лона, он достиг Хрустальных гор, открыв таким образом западный путь в страну фанов. После возвращение в Либревиль дю Шайю предпринял в конце 1856 г. короткую экспедицию на реку Монда, а в мае – июне 1857 г. побывал на мысе Лопеш. В феврале – декабре 1858 г. он исследовал регион Фернан-Ваша (страна нкоми) до озера Аненге, а затем, поднявшись по реке Рембо-Нкоми, посетил земли бакале и эшира[1241]. В марте 1857 г. лейтенант французского ВМФ Лоран-Адриен Реве-ран дю Мениль продолжил исследование Верхнего Комо, а в 1858–1859 гг. капитан-лейтенант Жюль-Эдуард Брауезек наконец обнаружил в Хрустальных горах ее исток[1242]. Капитан-лейтенант Франсуа Тушар в апреле 1860 г. завершил изучение бассейна Верхнего Комо[1243]. В результате всех этих путешествий ученый мир пришел к убеждению, что Хрустальные горы являются колыбелью и Комо, и Монда, и Муни и что именно через эти горы пролегает дорога в глубины Африки.
К началу 1860-х годов исследование зоны эстуария Комо было в основном закончено и центр внимания европейских путешественников переместился на другие области, прежде всего на долину Огове.
В те годы обширная дельта Огове заставляла многих предполагать, что эта река, по-видимому гораздо более полноводна, чем Комо, что она также берет начало в Хрустальных горах и, наконец, что она и есть тот самый искомый путь в глубь континента. Первопроходцами долины Огове стали капитан-лейтенант французского ВМФ Поль Серваль и французский военный врач[1244] Марк-Теофиль Гриффон дю Белле, которые в июле – августе 1862 г. исследовали ее дельту и нижнее течение до озера Онанге[1245]. Кроме того, они получили от аборигенов богатую информацию о географии и этнографии бассейна Огове в целом: они узнали о впадающей в нее с юга реке Нгунье, на берегах которой живут племена эшира и симба, и еще об одном ее левом притоке Лоло; о народах иненга и галуа; об обитающих на Средней Огове «ошеба», как туземцы называли меке (отсюда Гриффон дю Белле сделал вывод, что долина Огове является исходным пунктом миграции фанов), и о живущих далее по реке «шаки» (башаке) и «омбете» (умбете)[1246].
В декабре 1862 г. Серваль и Гриффон дю Белле попытались найти путь до Огове через долину Рембое, но они не дошли до нее всего лишь несколько километров. Ту же самую задачу преследовали и две экспедиции 1864 г. – экспедиция на Бокуэ капитан-лейтенанта французского ВМФ Луи-Виктора Женуайе и экспедиция на Нижнюю Огове Франсуа Тушара вместе с капитан-лейтенантом Жаном-Александром Альбиго. Последние не смогли подняться по Огове дальше, чем это удалось сделать Сервалю и Гриффону дю Белле в 1862 г., однако они обследовали самый южный рукав ее дельты – реку Мана.
В середине 1860-х годов начался новый этап изучения Огове. В 1866 г. английский торговец Роберт Брюс Наполеон Уокер[1247] первым из европейцев поднялся по этой реке выше мыса Фетиш (Средняя Огове) и достиг устья Окано[1248]. В апреле – мае 1867 г. капитан-лейтенант французского ВМФ Антуан-Мари-Огюст Эме, пройдя по пути, проложенному Уокером, дошел до островов Зора-Кочо, приблизившись к Воротам Оканда[1249]. В 1873 г. Уокер первым из европейцев миновал пороги Средней Огове и доплыл до Лопе, племенного центра оканда.
Исследовательские рейды европейских коммерсантов и французских военных моряков продолжила французская научная экспедиция маркиза Виктора де Компьеня и Альфреда Марша (январь 1873 г. – май 1874 г.), целью которой было достичь Верхней Огове. Путешественники сумели подняться по Огове выше Лопе: в марте 1874 г. они добрались до устья Офуэ и миновали водопад Бове, однако из-за враждебных действий шива (меке) им пришлось прервать свое дальнейшее плавание. Несмотря на неудачу, де Компьень и Марш привезли в Европу ценные сведения о Средней Огове – проведя астрономические наблюдения, они составили ее карту, собрали данные о флоре и фауне прилегающих областей, а также выявили главное препятствие, стоящее на пути тех, кто попытается доплыть до верховьев Огове, – напряженные отношения меке, контролирующих реку выше Офуэ, с другими племенами[1250].
Проведенная Уокером, Эме, де Компьенем и Маршем разведка Огове вплоть до Бове показала, что основное направление ее течения на этом довольно значительном отрезке – западное. Это позволяло надеяться, что и в своей верхней части Огове тоже движется с востока или с юго-востока и что, следовательно, ее исток находится где-то в самых глубинных областях континента; возможно даже, что она вытекает из Великих озер Центральной Африки[1251]. Было установлено, что ниже водопада Бове Огове вполне судоходна, а сам Бове можно преодолеть волоком; выше же по течению, по свидетельствам, полученным от оканда, какие-либо серьезные препятствия для навигации отсутствуют. Поэтому ученый мир склонился к мнению, что именно Огове, а не Конго с ее многочислеными порогами в нижнем течении, является наиболее удобным путем в глубь Африканского материка.
«Географы, – писал де Компьень, – были взволнованы этим открытием (Огове. –