Пьер Корнель – Театр. Том 2 (страница 9)

Хармиона.

Взаимна ль ваша страсть?

Клеопатра.

Надеюсь.

Хармиона.

Но могла ты и в ошибку впасть.

Клеопатра.

Знай, не откроется в любви неразделенной Особа, чье чело украшено короной: Хранить молчание велят ей сан и честь, Коль во взаимности хоть тень сомненья есть. Еще когда пришлось нам в Риме находиться, Я в чувствах Цезаря успела убедиться, И каждый день с тех пор он, даже на войне, Посланья пылкие шлет с вестниками мне. Повсюду, где врагов он к бегству принуждает, Успех его ведет, любовь сопровождает; Смиряя Галлию, Испанию и Рим, Венок лавровый он кладет к ногам моим И тою же рукой, которая вздымала Клинок, дымящийся от крови, в день Фарсала, За стилос^{21} жалобный хватается с тоской И пишет мне, что он навеки пленник мой. Да, не забыл и в день победы он о милой, И коль усердия не меньше в нем, чем пыла, Или, верней, коль шторм не остановит флот, В Египет нынче же мой Цезарь приплывет. Увидеться затем ему со мною надо, Чтоб обрести во мне за ратный труд награду. Мне сердце предложить и руку хочет он, Чье мановение для всех владык закон, И коль я откажу ему в желанье этом, Несчастен станет тот, кто правит целым светом.

Хармиона.

Не злоупотребишь, как смею думать я, Ты властью, что дает тебе краса твоя: Коль счастье Цезаря зависит от тебя лишь, Отказом ты его вовек не опечалишь. Но что хорошего сближенье с ним сулит, Когда в супружестве уже он состоит И уважать жену в Кальпурнии обязан, Коль скоро узами святыми с нею связан?

Клеопатра.

Теперь не то, что встарь: к разводам Рим привык. От всех препятствий нас избавит это вмиг: Ведь Цезарь опытен в делах такого рода — В дом и Кальпурнию он ввел путем развода^{22}.

Хармиона.

А вдруг с тобою он расстанется, как с ней?

Клеопатра.

Быть может, счастье мне отмерено щедрей; Быть может, красотой и верностью своею Надежней удержать я Цезаря сумею. Но пусть судьба сама решает, что и как. Коль брак возможен с ним, вступлю я в этот брак И буду прославлять удел свой несравненный, Хоть день пробыв женой властителя вселенной. Чем честолюбие ни почитал бы свет, Достоинство оно иль корень многих бед, Я с детства не чужда ему, единой страсти, Приличествующей тем, кто рожден для власти, Но я хочу, чтоб нас оно вело путем, На коем мы не стыд, но славу обретем, И с отвращеньем им пренебрегу, коль скоро Велит оно за трон платить ценой позора.