Пьер Корнель – Театр. Том 2 (страница 87)
И вот все кончено, и мне расстаться надо
С тобой, державный трон, души моей услада.
Но все же поглядим, какой нежданный плод
Моей сопернице победа принесет.
Ей уступлю престол, но рассчитаюсь с нею:
Чем пламенней любовь, тем ненависть грознее.
Я страшно отомщу, и мести близок срок,
И, значит, жребий мой еще не так жесток.
Лаоника.
Как! Ты готовишь месть и тайно строишь ковы
Тобой же избранной царице нашей новой?
Клеопатра.
Как! Трон ей уступлю, чтобы могла она,
Натешив правый гнев, мне отомстить сполна?
Я вижу, что тебе вовек слепой остаться,
Душою низменной над чернью не подняться.
Ты помнишь ли о том, что нехотя народ
Под стягом женщины в сражение идет,
Что мира запросить меня б Трифон заставил,
Когда бы Антиох отряды не возглавил?
Понятно ли теперь, что старшим станет тот,
Кто моего врага своим врагом сочтет?
Чтобы вести войну, мне надобна опора.
Увы, я женщина! Поэтому, коль скоро
Назвать наследника лишь я одна могу,
Счастливым случаем ужель пренебрегу?
Тому из сыновей я царствовать позволю,
Кто, словно верный меч, мою исполнит волю,
Кто ненависть мою возьмет себе в закон
И не с парфянкою, а с ней взойдет на трон.
Лаоника.
Как обманулась я!
Клеопатра.
Пришел конец обману.
Не сострадание, не уваженье к сану
Заставили меня, отсрочив приговор,
Отдать ее тебе под бдительный надзор.
С какой бы радостью соперницу убила!
Но Антиох погиб и войско отступило;
На поле роковом, мою свершая месть,
Так много полегло, что никому не счесть…
Погибла бы и я той страшною порою,
Но знал парфянский царь: сперва с его сестрою
Я щедро разочтусь. Он, чтоб ее спасти,
Решился наконец на мир со мной пойти.
Не нарушать его я поклялась пред всеми,
И обманула всех, и выиграла время,
А время — дивный клад, сокрытый от людей;
С ним я опять сильна… Но вижу сыновей —
Сейчас сама поймешь, какими торжествами
Хочу закончить день, превозносимый вами.
Те же, Антиох и Селевк.
Клеопатра.
Садитесь, сыновья. Сегодня ввечеру
Трудов и чаяний я урожай сберу,
Увижу наяву свершенье всех стремлений.
Венец, что сберегла средь стольких треволнений,
Сыновнее чело украсит наконец.
Немалых горестей мне стоил сей венец!
Когда Трифон поверг страну в пучину смуты,
Какие я тогда изведала минуты!
Вас к брату моему мне отослать пришлось —
Для блага вашего жила я с вами врозь.
Те годы черные, несчастьями чреваты,
Мне только скорбь несли, несли одни утраты. 
