Пьер Корнель – Театр. Том 2 (страница 131)
Экзупер.
Пред императором своим я долг блюду.
Маркиан.
Да, и притом у всей столицы на виду.
Фока.
Взгляни-ка на письмо, что в руки мне попало.
Но для меня его, Леонтий, слишком мало:
Ты должен подтвердить то, что прочел я тут.
Маркиан.
Леонтий мертв. Меня Ираклием зовут,
И обращайся так ко мне, коль знаешь это:
Я обречен, со мной хитрить расчета нету.
Фока.
Ты жизни и венца лишить меня хотел,
И казнь за это — твой заслуженный удел.
Маркиан.
Лишь выполнял я долг перед самим собою.
Покорствуя тебе и не воздав с лихвою
За кровь моих родных, что к небу вопиет,
Я опозорил бы прославленный свой род.
Тот, кто рожден на свет, чтоб обладать державой,
Не вправе уступать другому это право,
И у него один лишь выбор — смерть иль власть.
Он трус, коль не сумел стяжать престол иль пасть.
Заране знаю я, что обречен кончине.
Так, как Леонтий жил, умрет Ираклий ныне.
Жизнь прожил подданным достойно я вполне,
Монархом встречу смерть достойнее вдвойне.
Ей страхом не дано исполнить дух высокий.
Встречался, сотни раз я с нею ради Фоки,
Чьего наследника спас от нее в бою,
Когда над ним она воздела длань свою.
Фока.
Ты не разжалобишь меня спасеньем друга:
То не Ираклия — Леонтия заслуга.
Мне оказал ее к своей же чести он
И был за это мной по-царски награжден.
Под именем одним жизнь сохранил ты сыну,
А под другим — отцу готовить стал кончину;
Покуда был слепым — в беде мне пособил,
Когда прозрел — меня едва не погубил.
Я был отцом, теперь я буду властелином,
И раз Леонтий стал Маврикиевым сыном,
Мне время доказать мятежнику пришло,
Что за добро платя, плачу я и за зло.
Маркиан.
Я знаю, сколь чужда признательность тирану,
И низкой тешиться надеждою не стану:
Не даст злодею тот, чей дух всегда высок,
Великодушием бахвалиться предлог.
Да и зачем тебе дарить мне жизнь, коль скоро
Без трона для меня она равна позору?
К лицу ль Ираклию жить под пятой твоей?
Верни ему престол, а нет — его убей.
Коль хочешь уцелеть, будь строг неумолимо:
Вовеки жизнь моя с твоей несовместима.
Что ты ни делай, я не примирюсь с тобой.
Коль пощадишь меня — прощайся с головой,
Напомнил о твоем спасенном мною сыне
Я лишь затем, чтоб ты одно усвоил ныне:
Коль так бестрепетен Леонтий был в боях,
То чужд Ираклию уж и подавно страх.
Мне императором милей уйти из мира,
Чем жить со славою, но не нося порфиры,
И раз мой сан дано судьбой мне обрести 
