Обиду утаю, ее не обнаружат;
Кто свой скрывает гнев, тот лучше мести служит;
Я буду ласковой: надежен и хорош
Такой прием, и ты… в ловушку попадешь.
Но можно ли считать тебя столь виноватым
За то, что хочешь ты стать наконец богатым
И что, любя меня, пошел на этот шаг?
О господи, в наш век все поступают так!
Не лучше ли забыть свое негодованье?
Зачем вредить тому, кто, вопреки желанью,
Решил со мной порвать? И так наказан он,
И все же дорог мне, и должен быть прощен…
Мутится разум мой. Как? Даровать пощаду
Тому, кто жизнь мою вдруг уподобил аду?
О справедливый гнев, ни на единый миг
Не потухай во мне, будь страшен и велик!
Пусть полюбил меня — он мной пренебрегает,
Пусть я его люблю — меня он оскорбляет;
Молчи, любовь, молчи! Пришла пора карать,
И ты мне не должна, не смеешь мне мешать:
Надеждой призрачной мои ты множишь муки.
О ненависть! Приди и развяжи мне руки,
И в сердце поселись, и мщение готовь;
Любовь обманутая — больше не любовь.
(Уходит.)
Матамор один.
Матамор.
Спасайся! Вот они! Нет ни души. В чем дело?
Смелей вперед! Постой, дрожь сотрясает тело.
Я слышу их. Беги! То ветер прошумел.
О сумрак, спрячь меня, и я останусь цел!
Мою владычицу здесь подожду я все же.
Лакеи чертовы, вот кто меня тревожит.
Ну как тут не дрожать? Риск очень уж велик:
Появятся они — и мертв я в тот же миг.
Нет, лучше умереть, чем слугам дать сраженье.
Марать о них свой меч? Какое униженье!
Во имя доблести не буду рисковать.
Но в крайнем случае меня им не догнать.
Дойдет до этого — самим же будет хуже:
Ведь мне не только меч — и ноги верно служат.
О боже, вот они! Что делать? Мне конец!
Я не могу бежать: в ногах моих свинец.
Пропал… Нет, не пропал… Как тут не удивиться?
Да это мой слуга, и с ним моя царица!
Теперь послушаем, как он толкует с ней
О доблести моей и о любви моей.
Клиндор, Изабелла, Матамор (спрятавшись, подслушивает их разговор).
Изабелла.
Отец неумолим. Как быть? Свидетель небо:
Он никогда еще таким суровым не был,
Вам с вашим воином пощады он не даст.
А в довершение стал ревновать Адраст.
Нетрудно в комнате моей застать нас было,
И потому сюда я выйти вас просила;
Здесь безопаснее: коль преградят вам путь,
В другую сторону вы сможете свернуть.
Клиндор.
Не слишком много ли уделено вниманья
Тому, чтобы продлить мое существованье?
Изабелла.
Не много! Если бы оно прервалось вдруг,
Все потеряло б смысл, была бы тьма вокруг,
Оно дороже мне всего, что есть на свете,
Благодаря ему мне в небе солнце светит. 
