реклама
Бургер менюБургер меню

Пьер Корнель – Театр. Том 1 (страница 101)

18
О бедный мой супруг! Я слушать не хотела То, что предчувствие подсказывало мне: Кинжал тебя пронзил — и по моей вине. Я отстранить его могла, но так случилось, Что зримым стало зло, когда оно свершилось. А надо было… Нет! К чему теперь слова? Дышать мне нечем… Мрак… Кружится голова… Убита горем я! Мой друг! До скорой встречи На небесах…

Лиза.

Она лишилась дара речи. Мадам!.. О господи, ее-то в чем вина? Врача, скорей врача, ведь при смерти она!

Занавес опускается, сад с трупами Клиндора и Изабеллы исчезает; волшебник и отец Клиндора выходят из грота.

Алькандр, Придаман.

Алькандр.

Вот так со смертными судьба порой играет: То вознесет их вверх, то в пропасть низвергает, И так устроен мир, что в счастье иногда Уже заключена великая беда.

Придаман.

Слова подобные приносят утешенье, Когда ничтожные нам выпали лишенья. Но, с ужасом узрев смерть сына моего, Надежду потеряв, не зная, для чего Теперь на свете жить, я был бы проклят вами, Когда б утешился подобными словами. В скитаньях, в нищете погибнуть он не мог, — Погублен счастьем был. О беспощадный рок! Какие горькие мне выпали мученья! Но, жалуясь на боль, мы ищем облегченья, А мне зачем оно? Хочу я умереть, Чтоб сына моего на небесах узреть.

Алькандр.

Вполне оправданно отчаянье такое. Вас отговаривать — занятие пустое, Коль вы задумали уйти за сыном вслед. Но как? Убить себя? Позвольте дать совет — Пусть горе вас убьет, что и случится вскоре: Вид похорон его удвоит ваше горе.

Занавес поднимается, и все актеры вместе с привратником выходят на сцену. Отсчитав деньги за столом, каждый из них берет свою часть.

Придаман.

Что вижу я? Расчет идет у мертвецов!

Алькандр.

Причем никто из них не тратит лишних слов.

Придаман.

Никак не ожидал подобного сюрприза! Клиндор, его жена, его убийца, Лиза — Все здесь присутствуют, и споров нет у них. Но что свело их вновь — и мертвых и живых?

Алькандр.

Свело их только то, что все они актеры. Прочитан монолог — и кончились раздоры. Убийцей был один и жертвою другой, Но правит вымысел смертельной их враждой; Стихи ведут на бой, слова кричат о боли, Когда же сыграны разученные роли, Враги перестают хитрить и убивать И делят выручку, друзьями став опять. Ваш сын и те, кто с ним участье принял в деле, Погоню сбить с пути с большим трудом сумели; Однако от нужды еще трудней уйти — Театр им помог прибежище найти.

Придаман.

Увы, мой сын — актер!