Петр Балаев – Жаркое лето 1942-го. Шах и мат Фон Боку от Тимошенко (страница 8)
До 1944 года Ефим Афанасьевич в должности наркома обороны, уже И. В. Сталина, будучи тяжело больным человеком (ему ещё в середине 20-х удалили почку), тянул на себе Главупраформ – Главное управление формирования и укомплектования войск Красной Армии. Да ещё являлся членом Военного совета ряда фронтов. Мало того что за войну он получил два ордена Ленина, так ещё и Суворова 2-й степени заработал.
Почему Сталин так бездушно относился к Ефиму Афанасьевичу, что этому больному человеку поручил Главупраформ – «фронт», намного более важный, чем самый важный фронт действующей армии? Так никто, кроме Щаденко, не смог бы справиться с этим «фронтом» лучше, потому что ещё в Первой Конной член её Военного совета Ефим Щаденко отвечал за Упраформ армии. Это благодаря работе Ефима Афанасьевича Первая Конная даже после самых кровопролитных боёв в кратчайшие сроки восстанавливала боеспособность.
За победами наших маршалов в Великой Отечественной войне стоит незаметная фигура Ефима Афанасьевича Щаденко, скромного человека и настоящего большевика…
Леонид Лаврович Клюев. В 1904 году окончил Казанское юнкерское пехотное училище, затем – Николаевскую Академию, с 1915 года – в Генштабе, перед революцией – старший адъютант штаба армейского корпуса Юго-Западного фронта. С 1918 года в Красной Армии. В 1919 году сменил А. Е. Егорова в качестве командующего 10-й армии в Царицыне. После того как Ворошилова отозвали на Украину, Егоров добил Краснова силами, в основном, дивизии Будённого, 25 мая Егоров был ранен, вместо себя оставил своего начальника штаба Клюева.
Казалось бы, вот он – опытный военный с военным образованием, теперь ему все карты в руки. Это уже не та 10-я армия, которую принял Климент Ефремович, это уже вполне себе боевое подразделение, лучшее в Красной Армии. Но начинается наступление Врангеля на Царицын, и армия бросает город. Причём войска Врангеля были намного слабее красновских, и Семён Михайлович буквально терроризировал Клюева, предлагая ему разбить барона. У меня сложилось впечатление, что Клюев просто-напросто не верил в те войска, которыми командовал, он никак не мог допустить мысли, что какой-то бывший унтер способен быть полководцем.
После Гражданской Леонид Лаврович – преподаватель Академии, профессор. Вот ему было что преподавать. Виднейший военный теоретик, доктор военных наук. Совершенно забытый. Именно в пику Л. Л. Клюеву выставлен Триандафиллов, выдвиженец Тухачевского.
В июне 1920 года Леонид Лаврович получает новое назначение – начальником штаба Первой Конной. То, что до конца жизни испытывал Клюев к Первой Конной, можно назвать любовью. А отношение к Ворошилову и Будённому – преклонение.
В своей книге «Первая Конная армия. Государственное издательство, 1928 год» Леонид Лаврович приводит интересный случай. Во время мятежа Корнилова Семён Михайлович на станции Орша разоружил идущие на Петроград корниловские части. За это генерал Корницкий, командовавший тогда Кавказской кавалерийской дивизией, попытался отдать Будённого под суд. В Википедии вы найдёте статью о генерале Александре Станиславовиче Карницком (у Клюева – Корницкий), там о нём написано, что, командуя у поляков 8-й кавалерийской бригадой, сей генерал отличился в боях против Первой Конной, а в отставку ушёл из-за интриг против него.
Отличился. Тем, что в первом же бою… слово Леониду Лавровичу:
А ведь Карницкий весьма успешно воевал против австро-венгерских войск. Против унтера – полнейшее бессилие, банкротство и осознание собственного банкротства.
В 1932 году, уже после того, как вышли труды Триандафиллова, со всеми его «глубокими операциями», фактически же – восхваление полководческих талантов Тухачевского, появляется работа Л. Л. Клюева «ПЕРВАЯ КОННАЯ КРАСНАЯ АРМИЯ на польском фронте в 1920 году». Это не какие-то глубокомысленные рассуждения Триандафиллова о том, как надо воевать, а глубочайший анализ действий Конармии на польском фронте с выводами о массированном применении подвижных соединений в будущей войне.
Л. Л. Клюев не только виднейший военный теоретик, но и талантливейший писатель, вся его книга буквально кричит: как можно было потерпеть поражение от поляков, имея в своём распоряжении такую грозную силу, как армия Будённого, которая всё сметала на своём пути?!
При этом командовал войсками Польши… Вы про Пилсудского подумали? Пилсудский много хвастался своими военными достижениями, но подчинялась польская армия верховному командованию союзных войск в лице маршала Фоша. Это даже не Гинденбург! Победитель Германии в ПМВ. Армия Пилсудского была нашпигована французскими офицерами, и не только в качестве инструкторов, многими частями напрямую командовали французские офицеры.
И понятно, почему эта книга была забыта после XX съезда, а имя Леонида Лавровича, как военного теоретика, вообще никогда не упоминалось. Клюев показал, что привело к поражению – военные «таланты» трёх, извините, дятлов: Каменева, Тухачевского и Егорова.
Леонид Лаврович прямо пишет, что если бы армия Будённого ещё до переправы через Буг была нацелена не на Львов, а развёрнута на север, направлена против южного фланга польских войск, действовавших против Западного фронта Тухачевского, то войска Пилсудского потерпели бы катастрофу. Первую Конную никто не смог бы остановить, она бы поляков там разметала. Но Тухачевский мечтал о лаврах покорителя Варшавы, а Егоров, командуя Юго-Западным фронтом, мечтал взять Львов. Два мечтателя. Над ними – С. С. Каменев, главнокомандующий, который даже не пробовал командовать, координировать действия фронтов, самоустранился фактически.
И только когда уже фронту Тухачевского стал угрожать неминуемый разгром, очнулись. Полетели приказы Будённому и Ворошилову о развороте армии, а Первая Конная в это время форсировала Буг и начала штурм Львова.
Клюев это всё довольно эмоционально описывает, он был начальником штаба Конармии, и это всё через него проходило, на его глазах происходило. Если коротко о том, что думали Ворошилов и Будённый о командовании фронтами и что они отвечали на приказы о развороте армии на юг:
– Придурки! Вы что творите, нам теперь назад через Буг переправляться? Мы уже связаны боями на подступах к городу!
Картину описал Леонид Лаврович для двух будущих жертв репрессий весьма для них неудобную. И для Тухачевского, и для Егорова. Командование Егоровым фронтом – это нечто особо выдающееся, в кавычках. Всё провалено – и связь, и снабжение, и обеспечение флангов Первой Конной.
Но главное, что написал Клюев: Первая Конная – прообраз армии будущего. Он приводит сравнительный анализ наступательных операций Конармии с наступательными операциями на фронтах Первой мировой и показывает, то, что делали Будённый с Ворошиловым – это несравнимо ни с одной армией мира. Наступательные операции Первой Конной – это грандиозно.
Забегая вперёд, механизированные корпуса, которые формировал перед ВОВ Тимошенко – ещё одна причина, по которой Клюева предпочли забыть. Сейчас принято считать, что наши мехкорпуса по своей структуре уступали танковым дивизиям вермахта, за теми же такой большой тыл обеспечения двигался! Леонид Лаврович на основе анализа действий Первой Конной пришёл к выводу, что перегруженный тыл связывает действия ударных групп. Если ещё точнее, не Клюев пришёл к этому выводу, он его только озвучил, это был подход командования Первой Конной – перегруженный армейский тыл не соответствует задачам массированного применения подвижных соединений. Немцы, копируя опыт Первой Конной, этого не учли…
Что такого волшебного было в Конной армии, дававшее ей такие преимущества перед противником и в результате чего рождались легенды о её непобедимости?
Вроде бы и особым вооружением будёновцы не могли похвастаться, тем более на фоне поляков, и особой индивидуальной подготовки бойцов не было. Леонид Лаврович даже отмечал относительно невысокую индивидуальную кавалерийскую подготовку Первой Конной. Она плохой не была, но где-то на уровне средней. Казаки и польская кавалерия были не хуже подготовлены. Это закономерно, основной состав бойцов – крестьянская и рабочая молодёжь. Одно дело, когда казак с детства приучен к верховой строевой лошади, другое дело – крестьянский парень. Крестьянину в комплекте упряжи даже седла не нужно, в ночное (выпас лошадей ночью – прим. ред.) лошадь можно и верхом без седла отогнать. Обращаться с холодным оружием будёновцев обучали, но основной упор не на холодное оружие делался, в армии даже от пик практически отказались, не любили их будёновцы. Были, конечно, выдающиеся рубаки, как сам Будённый. Тимошенко, Ворошилов тоже не стеснялись саблей помахать. Клюев даже описывает случай, как один из бойцов в бою зарубил 40 польских уланов. Можно только представить, как драпанули уланы от этого зверя.