Петер Хакс – Заботы и власть. Мориц Тассов. Нума (страница 20)

ШТОЛЬ

Да ведь он сам себя разоряет.

БИРКЕНБИЛЬ

Такие, как он, понятия не имеют, что значат деньги.

ШТОЛЬ

Ради меня он изменил свои взгляды. Берет шампанское из шкафа, хочет уйти в кухню.

БИРКЕНБИЛЬ

А ты покупаешь ему шампанское?

ШТОЛЬ

И дорогое. Он любит крымское. Я все про него знаю. А ты что вообще пьешь? Ну, ладно. А теперь уходи, Иост.

БИРКЕНБИЛЬ

Я остаюсь ради тебя.

ШТОЛЬ

Да уходи же.

БИРКЕНБИЛЬ

Я хочу сделать тебя счастливой.

ШТОЛЬ

Ладно, ладно, тебе действительно пора уходить.

БИРКЕНБИЛЬ

Ты сошла с ума, выгоняешь меня на улицу в такой дождь. Льет и льет. Мы помолвлены уже год, целый год. Чтобы разорвать помолвку десяти минут не хватит. Между нами встал какой-то мужчина. Он может уйти. А то, что было между нами, уже никуда не уйдет. Я знаю тебя, Хеда, как свою душу. Ты тип женщины-матери, а не потаскушка. Я на тебя рассчитывал.

И тут приходит какой-то парень, сует руку в штаны и звякает монетами. Но это же не повод, чтобы вышвыривать меня как ношеную рубашку. Говорю тебе, я этого донжуана и убить могу. Я остаюсь.

Входит Фидорра в мотоциклетном костюме.

ШТОЛЬ

Да, садись. Выбегает в кухню.

БИРКЕНБИЛЬ

Иост Биркенбиль.

ФИДОРРА

Интересное имя – Биркенбиль.

БИРКЕНБИЛЬ

Мое имя Иост.

ФИДОРРА

Тоже хорошо.

БИРКЕНБИЛЬ

В каком смысле?

ФИДОРРА

В каком смысле?

БИРКЕНБИЛЬ

В смысле культуры общения.

ФИДОРРА

Хотите сигарету?

БИРКЕНБИЛЬ

Что вы скажете, например, о конфликте в современной драме? Вы за социалистический реализм или за реалистический социализм? Фидорра задумывается. Важным вопросом культуры является и вопрос о дидактике. Дидактика – это все равно что диалектика, говоря по-немецки, хладнокровие. Я перевел вам иностранное слово, так как не презираю простых людей. Двери в культуру открыты для каждого, кто к ней стремится.

ФИДОРРА

Раз уж на то пошло, я уже имел дело с культурой. Пригласили нас как-то на экскурсию о певчих птицах немецкой родины. Надо сходить, говорят. Решил, схожу, другие же пойдут. Другие тоже пришли, и всеми командует какой-то эксперт. Мы движемся, так сказать, гуртом по немецкой родине и прибываем на место, где что-то зеленеет. Эксперт объясняет, мол, это щавель, он съедобен, и предлагает пожрать щавеля. Все жрут щавель. Я жру щавель. Ладно, двигаемся дальше по немецкой родине, попадаем в другое место, опять что-то зеленеет. Эксперт поясняет, мол, это мать-и-мачеха, тоже съедобная, велит нам жрать мать-и-мачеху. Все жрут мать-и-мачеху. Я тоже. Слушай, мы не прошли и тридцати шагов, а там уже зеленеет пастушья сумка. Эксперт объясняет, мол, пастушья сумка съедобна, и просит ее отведать. Все жрут пастушью сумку. Ну, я надеваю куртку, посылаю эту экскурсию куда подальше и отправляюсь домой пить пиво. Вот она ваша культура, молодой человек, с таким же успехом я мог бы сожрать свой палисадник. Вынимает из портфеля три бутылки шампанского.

ШТОЛЬ входит

Три бутылки?

ФИДОРРА

Ты же обожаешь шампанское.

ШТОЛЬ

Шестьдесят три марки, шестьдесят пфеннигов.

ФИДОРРА

Так что не говори о деньгах.

БИРКЕНБИЛЬ

Видишь, он не знает, что это такое.

ШТОЛЬ

Он не уйдет.

ФИДОРРА

Выпьем, и уйдет.

ШТОЛЬ

Спасибо тебе большое. Тоже садится. Пауза.

ФИДОРРА

Я люблю тебя, коллега.

ШТОЛЬ

Безумно?

ФИДОРРА