Пэппер Винтерс – Последний долг (страница 43)
***
Почти половина пассажиров, которые поднялись на борт и заплатили за гамак в кишащих крысами недрах корабля "Королева куртизанок", погибли. Десны кровоточили. Мой желудок не выдерживал еды. И мои глаза видели только размытые пятна и тени, а не яркие картины.
Но Англия была далеко-далеко от нас.
У корабля не было конечного пункта назначения. Но мне было все равно. Я верила в судьбу и предпочла бы умереть, преследуя свои мечты, чем сидеть дома, не имея достаточно смелости, чтобы попытаться.
Верная своему слову, я купила нам билет на следующий отплывающий пароход. Мореплаватели видели триумфы Христофора Колумба и бросились за ним в погоню. Когда я предложила деньги и свое тело в обмен на безопасное путешествие, капитан согласился.
Мы уехали на следующий же день. Никаких вещей. Ничего, кроме надежды в наших сердцах.
Я либо приговорила нас к смерти в море, навсегда затерянных под волнами, либо освободила для лучшего будущего.
Мне просто хотелось, чтобы морская болезнь не превратила мою новую жизнь в такие страдания
Застонав, я снова схватила ведро, и меня вырвало, когда очередная волна сотрясла скрипучий сосуд.
Еще больше нас погибло. Налетели штормы и разбили экипаж и корабль. Но мы все равно качались и плыли.
Солнечный свет пробивался сквозь облака, давая пищу в виде своих горячих лучей. Уильям похудел. Он походил на ходячий скелет, но я была не лучше. Мои ребра стали такими острыми, что кожа покрылась синяками там, где они растягивали мои бока. Я потеряла зубы из-за гниющих десен, мои глаза слезились, размывая всё видимое.
Но надежда все еще горела.
Мы были обязаны стать счастливыми. Я не сомневалась, что нам воздастся за все страдания.
Через четырнадцать недель после того, как я покинула матушку Англию, моя надежда оправдалась.
Земля.
Сладкая, животворящая земля.
Следующие несколько дней дали новую энергию кораблю и его оставшимся обитателям. Празднование шло полным ходом, и уровень возбуждения дал нам последний толчок к спасению.
Первые шаги на твердой земле подняли мое сердце, как ничто другое. Я сделала это. Я покинула ад и нашла рай. Здесь мой внук найдет лучшую жизнь. Я была перед ним в долгу.
Только я не знала, насколько трудным будет этот новый мир.
Три долгих года мы жили в нищете и лишениях. Наше новообретенное существование оказалось не лучше, чем в Англии. Вместо зданий мы жили в хижинах. Вместо еды нам приходилось охотиться и убивать. И вместо улиц были грязные дороги и насилие.
Однако с каждым днем Уильям всё больше расцветал. Он превратился из застенчивого пекаря из Англии в воина, не уступающего в храбрости чернокожим соседям нашего нового дома. Они научили его выслеживать и ловить. Они научили его своему языку и в конце концов приняли нас в свое племя.
После того, как мы были приняты в племя, они предложили нам вернуться с ними в их дом. В портовом городе нас ничто не удерживало, и мы согласились совершить паломничество в их деревню. Путь пешком занял несколько недель. Моя старость медленно догоняла меня, и еда стала рутиной с очень небольшим количеством зубов от плохого питания на лодке. Мое тело отказывало, но я не достигла того, что обещала.
Ещё нет.
Я должна была обеспечить Уильяма. Он должен был вернуться и потребовать долговое наследство, пока не стал слишком стар. Мой список дел был еще слишком длинным, чтобы поддаваться старческой усталости.
Уильям был просто находкой, он помогал мне на каждом шагу. Он взял меня за руку. Он нес меня, когда я упала. Он помог шаманам снять мою лихорадку, когда я была больна. Он никогда не переставал верить вместе со мной, что однажды мы найдем то, что нам причитается.
И вот однажды, через пять лет и четыре месяца после отъезда из Англии, мы наконец нашли его.
Мое зрение ухудшилось еще больше, но каждую ночь в сумерках Уильям брал меня на прогулку по нашей приемной деревне. Он проводил меня до русла реки и охранял от местных хищников, пока я умывалась и отдыхала.
Однако в тот вечер все было по-другому. Появилась гиена, смеющаяся и голодная, и Уильям прогнал ее копьем. Я стояла посреди воды, не решаясь уйти, но и не видя своего храброго внука.
Он не отвечал на мой зов. Ни один звук не давал намека на то, что он победил. Слезы потекли из глаз при мысли о том, что я могла потерять его. Если бы он умер, я больше не могла бы продолжать. С какой стати? Моя глупая надежда и слепая вера в то, что произойдет что-то хорошее, больше не будут поддерживать меня.
Однако мое беспокойство было напрасным, потому что он вернулся. Кровь размазалась по его обнаженной груди, когда он тащил за собой тушу гиены. Он выглядел таким же диким, как наши чернокожие спасители. Он бросил тушу и вошел в воду прямо ко мне. Моя юбка из шкуры животного плавала на поверхности, обхватывая мои бедра, когда он протянул что-то большое, блестящее и черное. Черный, как ночной кошмар, но воплощенная мечта.
- В чем дело? - Прошептала я, мое сердце забилось быстрее. Я не знала, что у меня в руках, но чувствовала, что это то самое. Чувствовала, правда. Это было похоже на искупление.
- Не знаю, но истории, которые нам рассказывают у костров, могут быть основаны на правде. Помнишь, они поют о волшебной черной скале? Я думаю, что это может быть оно. - Он поцеловал меня в щеку, взвесив на весу внезапно теплый камень. - Я думаю, это кое-что стоит, бабушка. Я думаю, что это может быть началом чего-то хорошего.
Я бы хотела сказать, что дожила до того, чтобы увидеть, как придет добро, но я сделала все, что могла, для своего внука. Через несколько месяцев я заболела и осталась прикованной к постели, пока он находил новые черные камни, копая копьями и костями львов, медленно просеивая почву и камни. Черные камни уступили место белым, чистым, сверкающим, прекрасным.
Наше племя собирало и копило, наполняя бушели и надежно закапывая их, чтобы другие кланы не ограбили нас. Уильям собрал охотничью группу, чтобы вернуться в шумный порт и обменять свои магические камни.
Я осталась позади, изо всех сил цепляясь за жизнь.
Мое тело выполнило свою задачу, но я не хотела уходить...пока.
Мы слышали рассказы о торговце золотом, который сколотил состояние на шафране и слитках. Тот же торговец отвел Уильяма в сторону и шепнул ему на ухо, что, возможно, он нашел редкий алмаз.
Бриллиант.
Я никогда не видела их вблизи. Я слышала о них в королевских нарядах, но никогда не была достаточно удачлива, чтобы увидеть лично.
В ту ночь, когда Уильям вернулся из порта, он сказал мне, что обменял достаточно прозрачных камней, чтобы вернуться в Англию. И тогда я поняла, что приливы и отливы наконец-то изменились. Уивер правили достаточно долго.
Настала наша очередь.
При свечах мы обсуждали его план по возвращении в Великобританию. Я поделилась с ним своей старой мудростью и тем, что узнала на собственном горьком опыте. Чтобы стать неприкасаемым, он должен был купить тех, кто его защитит. Он должен был отдать королю все, чтобы купить его доверие. Он должен был тратить деньги, чтобы его состояние было дольше, чем мимолетное.
Я надеялась, что он прислушается к моему совету.
К сожалению, я так и не узнала.
Я умерла за две недели до того, как Уильям назвал горстку доверенных воинов "черными бриллиантами" и заказал билет на первый же пароход обратно в Англию.
Мне так и не довелось увидеть, как он раздевает и уничтожает тех, кто погубил нас.
Мне так и не довелось увидеть плоды моей жертвы.
Но это не имело значения.
Я любила его всем сердцем.
Я отдала ему все.
Я наконец-то освободила его.
***
- Ты чувствуешь ее преданность, Нила? Ее непоколебимый дух по отношению к любимой семье?
Голос Ката вырвал меня из гипноза, когда я узнала о Мэйбл Хоук. Она была единственной причиной, по которой Хоуки стали сверхдержавой, которой они были сегодня. Без нее, без ее решимости и готовности сделать все, что потребуется, ястребы остались бы бедными и неизвестными.
Я повела плечами, заставляя себя выйти из транса, в который он меня ввел. Я не могла забыть, что стояла в сырой шахте - той самой шахте, которую Уильям Хоук начал много веков назад. Кат рассказывал мне историю не ради забавы - он дал мне прелюдию к долгу, который мне скоро придется заплатить.
Слушая рассказ Мэйбл, я никак не могла понять, какой будет плата. Мейбл отказалась от всего ради внука. Какая она сильная, достойная похвалы женщина! Даже если она была причиной моей боли.
- Да. - Я кивнула. - Она так много сделала. - Мои глаза встретились с глазами Джетро. Его ноздри широко раскрылись, втягивая влажный воздух, он не мог говорить с кляпом во рту. Мое сердце переполнилось любовью и нежностью. Я полностью понимала стремление Мейбл спасти того, кого она любила.
Она спасла их.
Я грустно улыбнулась, подумав, что две вещи в наших семьях передавались из поколения в поколение. Во-первых, моя семья всегда имела тенденцию размножаться в несколько раз. Близнецы были обычным явлением, а тройняшки –тем более. А Джетро ... его сочувствие исходило от Уильяма. Мейбл не поняла бы его положения, но, слушая характеристики своего внука, я не сомневалась, что он страдал так же, как и Джетро.
- Ты видишь, что всем, чем мы являемся, мы обязаны этой женщине? Что она, без сомнения, самый смелый Ястреб. – Кат вышагивал передо мной.