Пелам Гренвилл Вудхаус – Весенняя лихорадка. Французские каникулы. Что-то не так (страница 18)
– Ну, что вы, сэр!
– Это немалые деньги.
– Меньше, сэр, чем двести фунтов. Майк засмеялся.
– Что-то у меня со слухом. Мне послышалось «двести фунтов». Или с акустикой комнаты…
– Я так и сказал, сэр. Майк щелкнул языком.
– Слушайте, Спинк! Все мы любим пошутить, но это уж слишком. Вы, наверное, имели в виду двадцать?
– Нет, сэр, двести. Мистер Стэнвуд часто говорил о ваших доходах. Мне кажется, указанная сумма не так велика по сравнению с вашими чувствами к леди Терезе. Я сужу по письму.
– А если я дам вам в глаз?
– В глаз, сэр?
– Очень уж тянет, руки чешутся.
– Весьма прискорбно, сэр.
– Нет, это подумать – двести фунтов!
– Они мне нужны, сэр.
– Знаю.
– Его светлость поделился с вами, сэр?
– Еще как! Вот вам и другая причина. Я не хочу ему мешать.
– У каждого бывают неудачи. То солнце, сэр, то дождик.
– Что-что?
– Другими словами, сэр, омлета не сделаешь, не разбив яиц.
– До омлета ли нам, Спинк? Надеюсь, вам понятно, что вы – подлый шантажист?
– Понятно, сэр.
– И вы не стыдитесь?
– Нет, сэр.
– Тогда говорить не о чем.
– Перья и чернила на письменном столе, сэр. Майк медленно подошел к столу и взял ручку.
– Что ж, утешение одно, – сказал он. – Рано или поздно вы за это ответите. Так и вижу, как вы, шаг за шагом, погружаетесь в трясину зла. Аппетит растет во время еды.
– Несомненно, сэр.
– Не хотите остановиться, пока не поздно?
– Нет, сэр.
– Дело ваше. Что ж, бегите к печальной развязке. Шантажируйте, но однажды вы оступитесь и – бамц! – упадете в яму. «Рад познакомиться», – скажет судья и вынесет приговор. Буду вас навещать, поболтаем через решетку.
– Весьма признателен, сэр.
– Не за что. Какое сегодня число?
– Двенадцатое мая, сэр.
– А как вас зовут?
– Мервин, сэр.
– Красивое имя.
– Моя матушка, сэр, тоже так считала.
– Вам не стыдно о ней вспоминать, когда вытягиваете двести фунтов из незнакомого человека?
– Нет, сэр.
– Подумайте, Спинк. Она смотрит на вас с небес.
– Она в Далидже, сэр.
– Значит, из Далиджа. Смотрит и…
– Если не трудно, сэр, чек на предъявителя.
– Ладно. Вот, прошу.
– Большое спасибо, сэр.
– Итак, ваша матушка…
Майк замолчал, услышав, что кто-то к нему стучится.
– Войдите! – сказал он. Вошла леди Адела.
– Решила посмотреть, как вы устроились, – сияя, сообщила она. – Вам ничего не нужно?
– Нет, спасибо.
– Наверное, вы болтаете со Спинком о старых временах? Он ведь служил у вашего отца. Мистер Кобболд очень изменился?
Многое в Мервине Спинке могло и не понравиться, но деньги он отрабатывал.
– Ничуть, миледи. Мы вспомнили разные оказии. Мистер Стэнвуд был чрезвычайно добр ко мне, когда я пребывал в Соединенных Штатах.
Издалека донесся жалобный голос мужа в беде. Дезборо Топпинг, страдающий подагрой, пытался завязать галстук. Леди Адела кинулась к нему, словно тигрица – к детенышу.
– Спасибо, Спинк, – сказал Майк.
– Не за что, сэр.
– Теперь я в безопасности.
– Несомненно, сэр.
– Хотел бы я вас отблагодарить. Мервин Спинк благосклонно улыбнулся.
– Вы отблагодарили, сэр.
– Как? Чеком? С вас этого хватит?
– Конечно, сэр.
– Очень рад. Вижу, вам легко угодить. Но чек не годится. Он подписан «Майкл Кардинел». А я, видите ли, Майкрофт, как брат Шерлока Холмса.
Мервин Спинк, наконец, дрогнул. Лицо его перекосилось. Если бы у него были усы, он был бы похож на сбитого с толку баронета.
– Я пойду к миледи… – проговорил он.