Pekar Toni – Wamu (страница 3)
Служанка машинально подняла записку и вручила госпоже.
— Дурочка. Письмо адресовано тебе.
— Госпожа Иззэль. Почему мне?!
— Нет парфюма, моя дорогая. Джерод пахнет нотками дерева. Он ещё тот самодовольный фазан, — «служанка» вспомнила запах на шее и облизнула губы. — Я позову Жанжака, моя госпожа. Пусть отнесёт платок.
— Госпожа Иззэль, мы согласны?! Ох, госпожа Иззэль… я право не знаю, как мне ответить его милости.
— Ты согласна, моя дорогая. Тебе предстоит «казнить» принца сегодняшней ночью своей красотой. Твоя стеснительность — это то, что вам точно не потребуется!
Глава 5 «Королевский сад»
Женщина, даже простолюдинка, может стать королевой, а аристократка может превратиться в прислугу. Всё зависит от того, как к ней относится мужчина, которого она любит
Госпожа и служанка подошли к указанному месту сразу после обеда. Иззэль настояла, чтобы наряд Доминики «Дюруа» из Аль-Таира сменился со спокойного лазурного на кричащий бордовый. У входа в сад, окружённый стеной высотой в десять армов, их встретила пара вояк в красной форме и белых перчатках. Узнать ряженых не составило сколько-нибудь значимого труда — их выдавали бритые головы. «Гварды», будь они в форме, смотрелись бы поинтереснее мечников в «панцире», закрывающими спину серыми плащами. Их принимали капитан с вице-капитаном; остальных, похоже, поставили по периметру. В отличие от вчерашнего дня, стража имела лишь шпаги, висевшие на белом поясе с серебряной «блехой». Личная охрана внушала спокойствие. Три десятка лучших фехтовальщиков с Террейна остановят кого угодно, но вот традиционный наряд югги застал служивых врасплох.
— Permettez-moi de vous présenter le...
Госпожа Доминика Дюруа из Аль-Таира со служанкой Изабель, — чинно представил Жанжак приглашённых дам, за сим откланился и последовал обратно во дворец доложить, что его госпожа будет отсутствовать на втором дне бала по одной Ярче и Рокку ведомой причине.
— Эмиль Шати, ваш покорный слуга, — представился капитан с пышными бакенбардами, которые носили практически все воссте, золотая серьга в правом ухе — знак того, что последний наследник рода.
— Мартин Корро из Клате, — вице-капитан преклонил голову и поцеловал руку Доминики. — Мне выпала честь сопровождать вас до входа, госпожа Доминика и мадемуазель Изабель.
Лабиринт внутри королевского сада раскинулся позади дворца. Эмиль Шати удовлетворил праздное любопытство дам и рассказал всё, что знал сам о «таинственном саде», который не зря называли таинственным. По поверьям, его воздвигнул Торрэль при помощи пяти драконов. Сад может в паре квадратных далей уместить целую рощу, а то и бескрайнее поле, уходящее взором за горизонт, а всё из-за четырёх божественных шаров, что высшие магические создания бросили на углы прямоугольника.
— Правда, что король может переместиться куда пожелает через сад? — спросила Доминика и прикрыла рот веером.
Эмиль Шати кивнул. Девушки приклонились в реверансе и проследовали за капитаном. Мартин шёл позади всех и смотрел на Доминику с восхищением: красное платье открывало смуглые плечи, изысканный вышитый наряд пестрил ажурными лентами и элегантными бантами; в сочетании с веером из пяти огромных перьев это напоминание о возрождении огненного феникса. Аристократка, ведомая модой, являла собой легендарную птицу, поскольку шёлк своими отливами напоминал огненное создание Террейна.
Лунар де Лун Менсис вспоминал старую легенду, чтобы себя успокоить, но всё равно нервничал. Пускай сюда не могли прийти без приглашения, но всё же принц боялся, что слуги отца узнают о приглашении девушки с низким дворянским статусом. Свою жизнь юноша уже склонил на алтарь отечества, но не хотел, чтобы из-за него пострадала госпожа Доминика. Принц не раз приходил в таинственный сад, но вот девушки… девушки казались ему более загадочными существами. Там он всего лишь потерял глаз, а сейчас лишался сердца. В конце концов, тот верил, что истину обрести можно, но как быть со счастьем — не ведал.
— Быть беспечным. Не думать о будущем — не так уж и плохо, — думал Лунар.
Его милость стоял возле тупика, к которому шли дамы, сопровождаемые друзьями, давшими ему присягу. Лунар продолжал перебирать варианты для начала «дружеского» разговора, как он себе обещал. Воротник мундира перестал быть белым от пота; ему хотелось снять перчатки, но этикет запрещал их снимать. И всё же в красной форме, пускай и парадной, принц чувствовал себя более-менее защищённым. Ему не позволят остаться с ней наедине. Возможно, это и к лучшему — наследник не обладал уверенностью, что сможет противостоять госпоже Доминике. Как же ему нравилось произносить про себя её имя. Нет, скорее всего, тот не говорил, а шептал его как молитву. Ситуация в стране была шаткой, от него требовалось всё мужество, что есть, но прогнать мысли о ней не выходило, и как же сильно старший наследник себя за это корил. Терр, дёрни его остаться на балу, а не изучать военное или караульное дело, чтобы сбежать от светско-праздной рутины.
— Чёртова югги, — мысленно выругался принц, а после продолжил вспоминать черты лица, поглотившего его затмения. — Что она забыла так далеко от Ато-т-Супа… кочевники — люди гордые. Быть может, Доминику привёл сюда страх перед королём. Я видел его в глубине карих глаз… Быть может, она даже не захочет разговаривать… — От последнего умозаключения принцу сделалось дурно; ждущий поймал себя на том, что ради неё готов вести поход против повелителей пустыни, и самой Терры, если та посмеет вмешаться.
— Это какое-то безумие, — вторил разум. — Ты безумец…
— Госпожа Доминика. Мадемуазель Изабель, — отрапортовал капитан.
— Госпожа Доминика Дюруа из Аль-Таира, — поправила Иззэль и сердито посмотрела на Эмиля. Тот виновато пожал плечами.
— Прошу прощения, госпожа Дюруа.
Пригласивший не обратил внимания на ошибку друга и на замечание служанки. Перед ним стояла та самая Доминика, но уже в более открытом платье. Тонкая шея, красивые плечи, изысканные руки… смуглая кожа, касаемая только солнцем; аккуратно разделённые прямым пробором тёмные волосы, собранные в копну… жгучие глаза, подчёркнутые линиями бровей. Северри всегда красились в отличие от югги. Не зная, почему эта мысль пришла ему в голову наследнику. Может, он просто не хотел полностью утонуть в этом взгляде? Но нет — хотел, и всё ещё сопротивлялся, напоминая себе об ответственности и статусе, но всё же позвал её. Какой же он глупец. Нет, просто дурак!
— Рад вас видеть, госпожа Доминика Дюруа из Аль-Таира. Могу я вас называть госпожой Доминикой?
— Да, ваша милость. Как вам будет угодно, ваша милость.
Принц поднял руку, и капитан призвал фамильяра.
— О, Рокка… — Иззэль взвизгнула и зажала рот руками при виде питомца. — Простите меня, ваша милость.
— Никогда не видела фамильяра?
— Нет, ваша милость. Я видела, — Иззэль покачала головой и спряталась за хозяйку, чем вызвала улыбку вояк и принца. — Я думала, гвардам короля вешают медальоны против магии. Лишь люди истинно благородных кровей могут призвать бесовских созданий. Правда, господин де Шатильон?
— О, ради Рокку и Ярче не называй его так! — взмолилась Доминика.
— Он самый. Знакомьтесь, дамы. Это Ренни. Мой фамильяр и друг.
— Я — не бес. Я — оборрротень, — с обидой промурлыкал представленный, упёршись лапами в янтарно-красный сюртук без пуговиц. — Корррролевский… меж тем… оборрротень.
Фамильяр-альбинос держался на задних лапах, а точнее — копытцах, ростом не больше двух армов, но вот золотые рога… Такое дамы видели впервые.
— Мой фамильяр бесполезен в быту, — Мартин решил прервать неловкую паузу.
— Варги и гварды и впрямь носят амулеты, но благородным они не к чему, — добавил принц. — Их оружие — магия…
— Вина? — вмешался капитан, чувствуя, что принца понесло не туда. Эмиль щёлкнул пальцами, и кот материализовал перед собравшимися огромный белый шар, который, сжавшись, стал подносом на ножках, где выстроились полумесяцем фужеры. Фамильяр, не стесняясь, взял два из них и поднёс дамам.
— Можно погладить? — Иззэль перестала бояться и смотрела на фамильяра уже как на обычного кота.
— Он не дастся. Не любит, когда… Что ж, господа, нам, видимо, самим надобает взять вино… — Служанка трепала оборотня левой рукой по животику, от чего тот урчал и перекатывался.
— Глупые правила… — подумала Доминика, которой и самой хотелось сделать нечто подобное, но она не могла… Если сядет, сверху оголится грудь, и нарушится закон этикета. — Вино не принято пить. Кто придумал всю эту чушь?! — продолжала мысленную тираду девушка, которой оставалось лишь махать веером и ждать, пока выпьет принц.
Несмотря на тень от зелёных стен лабиринта, внутри сада царила духота. Доминика смотрела на солнце — уже не полдень, но светило по-прежнему в зените и щадить никого не собиралось. Девушка не заметила, как подошёл Лунар. Он посмотрел ледяными, словно стужа, серебряными глазами. Старший сын короля был выше госпожи Дюруа на полголовы. Встав рядом с ней, его милость спас её от назойливых лучей. Она, открыв рот, смотрела на белые волосы, что светились точно блики от его шпаги. Она готова была скинуть платье и бежать, бежать прочь отсюда. Пускай даже заплутать и никогда не выбраться — казалось, этот холод видел её душу насквозь.