Pekar Toni – Wamu (страница 13)
— Верно. Но большое зло — это война и экономическая блокада Хеллсинги, что также остался без наследника. Убийства и голод ничем нельзя оправдать.
— Пап. Разве война не начинается без причины? Почему все твердят, что демоны сгубили короля и королеву?!
— Вот где несусветная чушь! Многим нужен секрет, как демоны создали «таинственный сад». Страшно даже помыслить, что будет, если их знания попадут в дурные руки! Всем нужен повод, чтобы оправдать кровь. Сейчас все считают, что двуликий бог Терр греховный, а когда-то все фулмунцы жили свободно и возносили молитвы согласно вере. Лишь при короле эллис, йотти и горцы стали поклоняться Ярче — богу солнца, а варги, эльтеррцы и диурды — Рокку, богине Луны. Люди же выбрали обоих. Запомни, сынок: никогда не суди людей по цвету кожи и вере. Те, что так поступают, — глупцы, ищущие выгоды. Страх — вот нынешний правитель острова.
— Выходит, все… даже каменлунцы боятся демонов?
— В Каменлуне полным-полно магических зверей, но без короля «таинственный сад» — просто красивая лужайка. Такая же, как королевский сад. «Свет лун» — надёжный двусторонний щит. Набережную столицы ничего не защищает, а стены внутри даже ниже наших заборов. Страх, что города объединятся вместе с одним из «домов», — затмевает разум наместника Томмозо. Восемь лордов до сей поры дерутся за власть. Каждый спит и видит себя королём Фулмунского острова.
— Почему в таком случае не изберут нового короля из числа правящих лордов?
— Нужен претендент на трон с подобающим фамильяром. Желательно из благородного дома Фулмуна или с земель, им принадлежащих.
— С подобающим фамильяром?!
— Дракон, феникс, грифон, алконост, единорог, лев, василиск или же свирепый вампал. Эти восемь существ не зря на стягах благородных домов. Но призвать мифа мало. Волшебный дух должен быть королевским, не иначе.
— Королевским?! Такие разве бывают?!
— Существуют. Хотя пересечься хоть с одним из них — сродни большой удаче. Королевский Дракон повелевает всем племенем драконов.
— Королевский Грифон повелевает грифонами?
— Верно. Королевский Вампал сдюжит с драконом. Король хранит силу рода и вверенных ему подданных бережёт.
— А если призвал дракона, а он обычный?
— Предстоит поединок с нынешним королём драконов в подвластных ему владениях. За право владеть «короной».
— Но, пап… Ведь драконы — прислужники демонов? Почему они главнее прочих существ?!
— Демоны. Они первая раса… Именно драконы даровали им «золотые» и «серебряные» яблоки, коими те поделились с остальными, дабы те в свой черёд пробудили фамильяров. Вместе они сдюжили и отобрали «шар истины» у гидры Хаосса. А потом восемь мифов…
— Спрятали шар в «таинственном саду»? Но это же глупая сказка?
— Кто знает. Гидра сильна, хоть и уступила дракону. Сила зависит от многих факторов. Твой Гектор из змеиного племени, но связан с драконами. Что произошло на самом деле, ведомо только книгам, что в Каменлуне и Хеллсинги хранятся. Пьер, то, о чём мы ведём беседу, — это страшная тайна за семью печатями. За такое могут и осудить, а то и сразу на костёр отправить. Посему прошу подумать хорошенько, прежде чем сделать Гектора фамильяром. Все произошли от демонов. Красная кровь у людей от них, но они предпочли забыть о том. Суеверные люди могут принять ящера за исчадие терры, а тебя — за демона из Хеллсинги или Террариума. Пускай, никто не видел уже целую сотню зимм вблизи красных гор запретных обрядов…
— А право меча? — юноша оставил предостережения отца без внимания, как и другие неинтересные ему вещи.
— Ты про меч в камне?! Никто не исхитрился вынуть оный. Конечно, всякое болтают. Мол, меч с камнем — одно целое. Кусок одной глыбы. Якобы первый король сыграл злую шутку с алчными потомками. Так же болтают, что меч — искусная скульптура демона.
— Мне приснилось… что королём выбрали поймавшего поросёнка на празднике. Пап, это была бы самая весёлая охота! Все бегают, а ловлю его я!
— Охота на поросёнка в день урожая?! Хех… Ты бы дал местным лежебокам и богатеям фору!
Пьер улыбнулся и задумчиво погладил бакенбарды, но ничего не добавил. Сон напомнил ему о «Королевской битве» или «Sikojen peli», где все претенденты запускались на арену, дабы выявить сильнейшего, поскольку в схватке выживал лишь один. Разрешалось брать оружие или оруженосца. Старой традиции не прибегали триста зимм. Совет лордов не пошёл бы на такой риск, но чем дольше правил наместник, тем больше возникало споров за обширные луга и леса острова, что считались королевской собственностью. Влияние лорда ограничивалось городом, где тот восседал на правах вассала. Всё чаще соседи искали поводы обезоружить мосты. Во времена хрупкого мира простые граждане вспоминали героев прошлого.
Мальчишка любил слушать истории отца, поскольку был любознателен, как и все в его возрасте. Он по крупицам собирал знания о том, что его интересовало. Со временем, желая отправиться в путешествие по миру, Пьера жгло любопытство. Ему хотелось заглянуть в жерло вулкана Терры, прокатиться на варглюде по пустыне Ато-т-Суп, пройтись по уютным городам Террейна и Йорка, полюбоваться природой и лесами Эльфы, Диурда и Аворда. Посмотреть, как на Ароге добывают кристаллы и руду. Одним словом, понять, откуда пришли народы на остров. Луи хотелось узнать, как изменились расы, живя вместе, и верна ли старая легенда о битве народов с гидрой. Правда, что люди сражались рука об руку с диурдами, варгами, демонами, горцами и йотти? Неужто тёмные и эльфинны позабыли о вражде в ту пору? Но сначала рыжему непоседе хотелось ступить в портовые города, поплыть по каналам, что связывали тех со столицей.
Не стоит и говорить о том, что за короткую жизнь ему довелось лишь мельком поглазеть на один мост из двадцати, державших подобно стяжке канал между городами Фулмуна. Луи не особо хорошо ладил с картами, но всё же нацарапал палкой на земле «большой пирог с равными кусками»:
— Смотри… — картограф-винодел достал чертёж острова, нарисованный им от руки. — Это Каменлун, а вот восемь лучей от него — каналы.
— Похоже на колесо, — пожав плечами, сказал Пьер.
— Каждый канал назван в честь города, с которым связан, — не отвлекаясь на замечание, продолжил объяснять Луи.
Лошадь остановилась, недовольно фыркая и раздувая ноздри, выпускала пар. Почувствовав чужое присутствие, животное начало бить копытами и трясти гривой, несколько раз порываясь встать на дыбы.
— Тихо! Тихо! Жанна, успокойся! Тихо! Терр, тебя дери! — голос хозяина успокоил бурую кобылицу, но та всё равно навострила уши. — Пьер, зажмурься!
Сын с закрытыми глазами подполз к отцу и обхватил того сзади. Луи дотянулся до фонаря и открыл створку. Оттуда сразу же вылетел фамильяр-светлячок.
— «Phoenix, blaze»!
Горящий огонь стал распространяться вокруг фургона. Назарет посылал свет огненными волнами. Пьер не мог видеть, как горящие искры становились крошечными кометами. Пускай их хвосты не достигали и пол-арма, но они могли насквозь прожечь человека без хорошего металлического щита и магической защиты. Казалось, фамильяру жар нипочём: насекомое раздулось и стало напоминать заготовку на наковальне. Освещённая светлячком ночь выдала силуэты двадцати всадников на холме. Лошади норовили повернуть вспять, но, судя по всему, амулеты на уздечках не давали им сделать подобную вольность. Расстояние между ними позволяло услышать сказанное без особого труда:
— Это они… — перешептывались голоса. — Это точно они…
Глава 16 Ночные всадники
Не нужно думать, что рыцарями рождаются. Рыцарство — удел бедняков. Знати благородные заветы нипочём, их дело — мода
© Гилберт Кийт Честертон, «Происшествие в Боэн Биконе»
Небольшой конный отряд развернул клин в направлении фургона, оставив позади одну высокую, неподвижную фигуру на чёрном скакуне варговской породы. Луи не сомневался, что неизвестные собрались по их души. Мужчина прекрасно понимал их намерения. Преимущество возвышенности позволило всадникам быстро пойти в атаку, мчась галопом с холма, а затем взять путников в плотное кольцо, отрезав тем самым возможные пути отхода. Фигуры кочевников скрывал тёмный парис, а лица — зеркальные маски токай. Слишком мудрёная и дорогая экипировка для разбойников. О свойствах одёжки Луи частично догадывался: грубая ткань защищала от взоров и придавала незаметность, а вот зачем таким способом закрывать лица?! Нагретый воздух оседал снопом искр — знак того, что фамильяр достиг пика. Полумагус понимал, что Назарет, накаливший добела своё брюшко, больше не в силах им помочь. Остановив атаку, сокол с четырьмя крыльями спикировал куда-то позади толпы фигур и уселся обратно на широкое плечо хозяина.
— Сильная магия — слабый фамильяр. Он верно не твой, хоть и служит тебе, — надменно произнёс человек с акцентом северы.
— Как вы нас сыскали, терр вас дери?! — винодел старался говорить твёрдо, ладонь нащупала рукоять меча. — Что вам от нас надобно?! Езжайте мимо по добру…
— Ты так толком и не избавился от акцента! — оскалился чей-то неприятный голос. Винодел сразу заприметил командира варгов, что носил вышитый золотой нитью бишт поверх париса. — Ты уже успел позабыть нас?! А?! Служка?!
— Ты дурак, Жанжак. Раз подумал, что я не разыщу тебя. Ты не пускал в ход оставленное «кольцо-окане» с кристаллом, но фамильяр моей сестры — собственность семьи Базальт. Прошло двадцать зимм. Настал черёд старого обычая. И семье Базальт нужен претендент на трон.