Pekar Toni – COLT KIDS: всё ради музыки (страница 3)
— Rock-n-Roll, — впрочем, Элвиса куда больше интересовали спонтанно оказавшиеся в холодильнике продукты. Он открыл дверцу, чтобы ухватить чипсы, но вместо этого получил удар по руке. — My sister… my pain. No pain… no food.
— Такому, как ты, голодный обморок не грозит, — парировала Юрико. — Вон как в кобане тебя откормили! А еда сестры...
— Fast food.
Прежде чем кузина осознала сказанное, непутёвый братец прихватил подарок и молниеносно скрылся на второй этаж, не забыв закрыться на засов. Комплименты от «шеф-повара» вынужденно выслушивал Харуто, молящий небеса даровать ему силу, чтобы свернуть шею этому напыщенному петуху. Страх сплотил Ёсико и Харуто, более-менее знакомых с крутым нравом отчаянной барабанщицы «Красных Драконов». Вот выйдет «сквернослов» и сразу угодит в утиные грудки, запечённые на мангале в соусе терияки. Нужно быть полным дураком, чтобы решиться высунуться из комнаты, не набрав номер полиции. Шиджеру достал «Sony Walkman», напялил наушники; кожаные амбушюры встали стеной между реальностью, которую он так желал забыть, и миром музыки:
У меня не осталось уже ничего,
Чего я мог или хотел бы сберечь.
И мы на полном лету в этом странном пути,
И нет дверей, куда мы могли бы войти.
Забавно думать, что есть еще люди,
У которых все впереди.
«Жить быстро, умереть молодым» —
Это старый клич, но я хочу быть живым.
Но кто-то тянет меня за язык,
И там, где был дом, остается дым.
Но другого пути, вероятно, нет.
Вперёд — это там, где красный свет…
© «Аквариум», «Герой рок-н-ролла».
Глава 4 Сны о чём-то большем…
Когда наступит время оправданий,
Что я скажу тебе?
Что я не видел смысла делать плохо,
И я не видел шансов сделать лучше.
Видимо, что-то прошло мимо,
И я не знаю, как мне сказать об этом.
Недаром в доме все зеркала из глины,
Чтобы с утра не разглядеть
В глазах снов о чем-то большем…
© «Аквариум», «Сны о чём-то большем»
Вокруг сплошь плакаты да манга — скучная обитель гитариста. И всё же Элвис не хотел спускаться вниз по лестнице. Жгучее чувство бередило сплином старые раны. Он подошёл к окну, где стоял компьютерный стол, и сел на стул. Чтобы покрутиться на нём, пришлось откатиться в центр комнаты. Именинник не знал, почему это его так забавляло. Однако, не рассчитав силу вращения своей орбиты, Шиджеру вылетел в невесомость; громко выругавшись, он потёр лоб — теперь сомнений нет, шишка обеспечена.
— My life is pain… shit…
В комнату испуганно залетела сестра.
— Похоже, это падение было слишком громким, — подумал Элвис и провалился в забытьё.
Разум окутал не то сон, не то воспоминание. Капли крови падали на пол около стола, об который ему хорошенько удалось удариться.
***
«Tokyo Dome»
По темноте стадиона бегали фонари телефонов и вспышки хватающих момент камер. Публика не хотела отпускать Элвиса, который стоял на сцене и переводил дыхание. Последняя песня на бис едва не стоила ему голоса; хор толпы поражал энергетикой, которую им удалось выплеснуть. Хотелось петь и дальше. Он стоял на сцене, опёршись на микрофонную стойку, и еле дышал. Прожекторы, направленные на сцену, слепили, игнорируя желание рассмотреть каждого, кто пришёл. Он будто застрял между бурлящим, жадным, живым морем и пропастью, колющей спицами страха. Шаг назад — и он рухнет в бездну сознания, там, на самом дне, детский страх одиночества. Шиджеру вспомнил, как впервые попал на концерт «Бешеных псов», как сплотился с другими фанатами. Рок — это не толпа, а стая одиночек. Трое человек навсегда перевернули его жизнь. Единство вместо одиночества — вот что такое музыка. Элвис смотрел по сторонам, он хотел увидеть, кто же делил сцену с ним. Слёзы потекли по щекам. Сон или реальность? Глазам не верил. Иллюзия или сознание играло с ним? Харуто положил руки на гитару, за барабанной установкой, конечно же, сестра, а Ёсико на басу... с синими волосами?! Что за бредовый сон?! Они улыбались и смотрелись как visual kei-группа, Юри подмигнула, а гитарист показал большой палец:
— Show must go on… my friend. Show must go on… Дальше действовать будем мы!
— С каких пор ты красишь ногти?!
— А сам? — гитарист показал три пальца. — Читай между строк. Читай. Между. Строк, — медленно повторил гитарист.
Стеснительная и молчаливая Ёсико смотрела прямо в глаза, неуворачивая свою милую мордашку от него.
— Сон… это точно сон, — сказал Шиджеру, но просыпаться не спешил, а, повернувшись к толпе, пропел в золотой SM-57:
Будь правдой, будь ложью, [мой безумный сон].
Никто мне не поможет, [я ставлю явь на кон].
Сомнения взяли трон, [я ставлю явь на кон].
Будь правдой, будь ложью, [мой безумный стон].
© Pekar Toni, cон
Глава 5 Кто хочет жить вечно…?
Для нас нет времени,
Для нас нет места...
Что составляет наши мечты
И всё же вновь ускользает от нас?
Кто хочет жить вечно?
Кто хочет жить вечно?
У нас нет шансов,
За нас все решено
© Queen, «Who Wants to Live Forever»
Он вздрогнул и открыл глаза, чем напугал нависшую над ним Ёсико, которая отпрянула. Приподнявшись на локти, Элвис понял, что лежал на разложенном футоне с перевязанной эластичным бинтом головой.
— Прости! Ты так красиво пел, вот я и подошла ближе… — девушка закрыла краснеющее лицо руками. — Прости меня… прости…
— Я правда пел?
Ёсико коротко кивнула, но ладоней от лица не убрала.
— Girl, ты похожа на Юрико, — парень улыбнулся. — Она так же делала, будучи маленькой. — Ёсико не увидела, как «больной» подошёл, чтобы убрать её руки.
Девушка снова вздрогнула; его сильные ладони оказались горячими и… нежными.
— Я не такая, как Юри. Она красивая. Уверенная. А я? А я…
— Girl, ты — это ты. — Она смотрела снизу вверх в его игривые глаза, чувствуя стыд и смятение.
Ему нравилось её смущение.