Павел Журба – Я умер и переродился шаманом-травокуром (страница 31)
Девушка встала с земли, отряхнула идеальное, чуть загорелое тело, и в один миг покрыла тридцатиметровое расстояние между ней и воинами господа.
Мужчины не ожидали такой проворности от обычного, как им казалось, некроманта, призвавшего обжору, и столкнулись с сильным сопротивлением: первого попавшегося инквизитора девушка одним ударом в щит отправила в стену, а второго — ударом с разворота вынудив врезаться в телегу, за которой притаились испуганный купцы.
— Суккуб! — воскликнул третий инквизитор, играясь копьём. — Твои соблазнительные формы и упругие груди не смогут остановить мою праведную руку...
Девушка оказалась позади говорящего и, разорвав плетение его кинетического щита мощной ударной волной, схватила мужчину за одежду и отбросила в сторону.
Решив, что опасности поблизости больше нет, дама развернулась и, не капли не стесняясь своей наготы, размеренным шагом направилась обратно в дом, за вещами. Это было ошибкой: откуда-то из внутреннего двора выбежал молодой инквизитор, и с криками «Не позволю смеяться надо мной!» направил на красотку огненную стрелу.
Авдеева перехватила управление заклинанием и, перевернув наконечник стрелы, вернула его обратно нападавшему. Юноша взвизгнул и рванул за сарай. Спустя секунду здание с поросятами разнесло на мелкие кусочки, и молодой человек остался стоять посреди дымящегося пепелища, с чёрным от сажи лицом.
Магичка вошла в дом, и, не обращая внимания на дрожащих от возбуждения и негодования мужчин, пошла наверх. Первого, кто отправился вслед за ней, накрыло порталом и выкинуло над выгребной ямой за городом.
Девушка вошла в комнату, щёлкнула пальцами, и все её вещи начали самостоятельно собираться в чемоданы.
Отыскав среди вороха одежды самое любимое платье, эльфийка оделась и вышла из пролома в стене вместе с собранными вещами. Она буквально парила в воздухе, и, как только нашла среди толпы служанку, жестом подняла её в воздух.
Магда запищала.
— Госпожа, нас повесят!
— А мне плевать! Надоело сдерживаться. Я магистр, в конце концов! — сказав это, женщина сформировала каменный квадратик и запульнула его в поднявшегося на ноги инквизитора. Он с свалился на землю во второй раз, и вновь, как и в первый, перестал двигаться.
— Мы пройдём по туннелю и выйдем на след травокура. — Авдеева подключила подобие рентгеновского зрения и отыскала, куда вела спасшая Юрия нора.
— Но зачем нам это?
— Убить его стало для меня делом чести, Магда. И я не отступлюсь... — девушка грозно нахмурилась и, накрыв их маленькую делегацию невидимым куполом, полетела по следу, оставленному чёрным Богданом.
***
В кабинет капитана инквизиции ворвались с очередным доносом как раз в тот момент, когда он брился. Максим уже было хотел спровадить надоедливого подчинённого, как тут его огорошили известием:
— Во владимирской губернии нашли след первогоуровневого обжоры, призванного группой лиц. Последним местом, где он был замечен, до сегодняшнего дня был постоялый двор Гусь, но теперь появилась новая информация — демон оказался замешан в нападение на приближённых губернатора, князей Милославских...
— Хватит тараторить! — капитан схватился за ноющую от похмелья голову. — Владимирская губерния не наша юрисдикция, так этим писцам из Петербурга и передай.
— Но, капитан, — гонец смущённо одёрнул ворот рубашки. — След ведёт прямо в наш город...
— Так что же ты раньше молчал, ирод! — Веневитинов стукнул по столу, и бедный подчинённый чуть не упал в обморок. — Откуда я знаю, где находится этот треклятый Гусь — под Москвой или в Сибири! И что там с Милославскими?
— Капитан, в центре города всего час назад было совершено нападение на магистра магии. В его комнате нашлись следы трупов, предположительно, съеденных обжорой. Возможно, тот съел магистра и теперь разгуливает в её обличье... Голым.
— Магистра? — мужчина нахмурил лоб. — Как его имя?
— Её, капитан. Магистром является графиня Маргарита Ав...
— Идиот! Почему я должен выбивать из тебя слова! — глава инквизиции резко поднялся из-за стола и прокинул кресло. — Что с ней? Она ранена? Ей нужна помощь?
— Не могу знать, начальник, — молодой человек стал медленно продвигаться к выходу. — Я не расследую это дело: оно было поручено третьему отделу...
— Пшёл вон!
Гонца не нужно было просить дважды: он вылетел из кабинета, как приведение, и оставил после себя лишь дорожную грязь с сапог.
Капитан судорожно схватился за колокольчик и бил в него почти с минуту, пока в комнату не прибыл его бухгалтер - мастер пыток и лучший следопыт во всей крепости.
— Гриша, надо срочно узнать, что случилось под Владимиром и при чём там первоуровневый обжора. Как только найдёшь виновных, пройдёшь по их следу и приведёшь ко мне. Понял?
Григорий кивнул.
— Хорошо, иди. — мужчина двинулся к сейфу и, раскрыв его, достал оттуда длинный инкрустированный меч. — А здесь я сам разберусь...
***
Я забрался на стену и помог Фикусу перебраться на ту сторону. Уже оттуда малыш спустил верёвку, и мы с Богданом и Миколой залезли на каменный забор.
На улице не было ни души, и стояла такая заупокойная тишина, что не возникало сомнений в том, что мы находились на кладбище, а не на самой знаменитой Московской улице. (Тавтология, брр!)
Бегло осмотревшись по сторонам, я пришёл к выводу, что территория никем не охранялась, и тогда тихо спустился на землю. При соприкосновении с твёрдой поверхностью, мои новые колени хрустнули и с болью отдали сигнал в голову. Я повалился на кусты сирени и сжал зубы.
— Всё в порядке, атаман? — спустившийся сразу за мной Микола с обеспокоенностью помог мне подняться из цветочной ловушки.
— Да-да, всё хорошо, — я отпустил руку здоровяка и побрёл в темноту, как раненый заяц. Силы меня совершенно покинули, и сколько бы я ни курил травы, боль в восстановленном теле так и не пропадала. Фикус объяснял это тем, что я оказался на грани жизни и смерти и изрядно потратил потаённые ресурсы моего организма.
Вскоре мы натолкнулись на псарню, на которой мило кемарили огромные пастушьи собаки. Заслышав наше приближение, они было принялись ожесточённо лаять, но я поумерил их пыл сонным заклинанием. Бобики захрапели и повалились на землю пузом вверх.
Обойдя животных, я похромал к окнам особняка, находящимся на первом этаже, с южной стороны. Светила полная луна, поэтому наши разбойничьи морды прекрасно освещались.
— Мне кажется, после драки ты стал не таким буйным, Герган. Что это, посттравматический синдром после изнасилования? — демон не успел хмыкнуть — я отвесил ему молниеносный подзатыльник и чуть не повалил на землю.
— Если бы ты лишился половины тела, то тоже бы молчал, как партизан. И к слову, я не проиграл. В тот момент, когда ты меня вытащил, я готовился к контратаке.
— А мне показалось другое.
— Просто ты слепой.
Я подозвал вороватую парочку к нашим спорящим персонам и лёгким щелчком пальцем раскрыл находящиеся над нами окна.
— Богдан, лезь первым.
— Почему это я? Пускай сударь Фикус, его всё равно убить нельзя!
Обжора агрессивно зашипел, и бывший атаман разбойников был вынужден забраться в дом первым. Там он по-быстрому осмотрел коридор и, уразумев, что всё чисто, позвал нас к себе. Я полез в окно...
***
— Дайте и мне посмотреть!
— Нельзя, ты ещё слишком маленькая для проведения слежки. — лежащая на крыше Авдеева пихнула надоедливую служанку локтем и приставила к глазам бинокль. — Так-так, и что же эти дурачки задумали? Грабёж? Порча имущества? Убийство?
— Вечеринку с плюшевыми медведями?
— Возможно, Магда, всё возможно... — дама напрягла зрение и рассмотрела в раскрытом окне силуэт своего злейшего врага. — Ну что же, Юрий, пора расплачиваться по долгам. В этот раз я точно тебя уделаю. — девушка поднялась с места, и лунный свет осветил её обтягивающий костюм из выделанной кожи. — Магда, если меня долго не будет, врывайся в дом с криками: «Инквизиция». Поняла?
— Есть! — миловидная служанка приставила руку ко лбу и вытянулась по струнке. — Я защищу вас от любой напасти, госпожа!
— Молодец. Я в тебя верю. — Авдеева похлопала любимицу по плечу и принялась спускаться с крыши.
Оказавшись на земле, маргарита застремилась к обтянутому туманом поместью лёгкими, как у кошки, шажками... В последний момент, уже у забора, девушка почувствовала боль в животе и остановилась посреди дороги.
«Ну же, не подводи меня, карапуз. Обещаю, после этого дела — никаких физических нагрузок!» — это помогло, и дама без боли перемахнула через преграду, отделявшую улицу от таинственного особняка. Лишь лёгкие покалывания, отдающие в голову, напоминали Авдеевой о том, что будущем члену общества очень не нравилась идея проникновения матери на чужую территорию...
Глава 19
В доме моего «злейшего друга» было тихо, как в склепе: паутина запряталась по углам огромного дома, на волнительном мраморе не отображался ночной хитрый свет, а на покрашенных бежевой краской стенах плясали чудовищных блики наших карикатурных вороватых тел.
Я не верил в предзнаменования. Символы всегда казались мне дешёвым трюком человеческого мозга, привыкшего во всём искать хоть какую-то закономерность. Но в тот момент, отчего-то, я во всём искал повод не идти на второй этаж и остаться на первом. И почему-то, именно до утра. Как будто меня пугала перспектива столкнуться с Разумовским в сумерках.