Павел Волчик – Путь Скорпиона (страница 48)

– Вот так, – прошептал Моргред. – Молодец. Ты можешь не сму…

– Почему вы так слабы? Почему потеряли свои силы?

Моргред сжал челюсти, сон мгновенно улетучился.

– Истинно, юноши жестоки в своей прямоте, – сказал он. – Анемед, ты ещё многого не понимаешь…

– Может быть, я прочитал меньше книг, чем вы, – прошептал альбинос, – но я видел. Там, у шатра, когда погибли Гончие. И некоторые из них – мои друзья.

– Твои новые друзья…

– Неважно! Они наняли нас. Мы долгие месяцы делили еду и кров. Почему вы ничего не сделали? Почему ваши враги ещё дышат, целые и невредимые?

Колдун привстал на одном локте, что-то в его суставах скрипнуло.

– Мальчик! Ты ещё ничего не знаешь о большой игре! Скажи спасибо, что остался цел!

– Чего же я не знаю?

– Отряд нужен был нам, а не мы – отряду. Их цель была жалкой – заработать, возможно, подняться по службе. Наша цель высшая: отыскать артефакт. И при необходимости отобрать его у тех, кто его не достоин.

Анемед, услышав нотки гнева в голосе учителя, привычно замолчал и снова спрятался внутрь себя, как ёж или черепаха.

– Силу, которая питает способности таких, как мы, – уже спокойнее добавил Моргред, – потеряли все, живущие под этим небом. Волхвы великих пирамид, лесные ведуны и шаманы севера, ворожеи, что живут в Пещерах Слёз, городские магики и шептуны, которые по сути своей шарлатаны и никогда никакой силой и не обладали. Те из нас, кто имел большое дарование, сохранил лишь его крупицы.

Но и этой малости достаточно в мире, где забыто наше искусство.

– Именно поэтому вы ищете артефакт? – спросил Анемед, и в голосе его уже слышалось не только осуждение, но и любопытство. – Чтобы получить былое могущество?

– Былое! – усмехнулся колдун. – Даже само присутствие рядом с Аутиоруусу, древним источником, утроит наши с тобой способности. – Моргред одёрнул плащ, поворочался на ветках. – А теперь спи. Нам нужны силы.

Скоро он услышал, как юноша мирно засопел. Но сам ещё долго глядел на тлеющие угли в кострище, и сон к нему не шёл.

С рассветом Анемед поднялся, обнаружил, что учителя рядом нет, и растерянно огляделся.

Впрочем, такое уже случалось, и он знал, что нужно делать. Дрожа от холода, он разжёг костёр из заготовленного с вечера хвороста и сухих коряг, которых полным-полно было на Лысых холмах, взял котелок и отправился к роднику.

Он вошёл в лес и двинулся вдоль ручья, бегущего к самому сердцу бора. После высохшей земли, оплетённой вереском, приятно было ступать по влажному ковру из мхов.

Юноша зачерпнул ледяную воду с хвоинками, поднял глаза и увидел вдалеке, между стволами сосен, тёмную одинокую фигуру.

Ментори стоял на коленях на невысоком холме. Его длинные бледные ладони сложились в раковину на груди. Тонкие пальцы поглаживали острые края амулета.

Альбинос поднял голову. Над верхушками сосен мелькнул прозрачный силуэт воздушного змея-разведчика. Секунда – и призрак растворился в вышине.

Моргред медленно раскрыл глаза.

– А… ты здесь… – он провёл ладонями по лицу, тяжело поднялся.

Анемед, бледный, как северный лишайник, который рос вокруг, взял котелок в другую руку и поднял глаза к небу.

– Вы давно не вытворяли этот фокус. Почему не позвали меня?

– Это не фокус, – неохотно ответил колдун. – Творить змея из эфира и водяного пара, как плести паутину, – тонкое искусство. Такое же изящное, как наделять его своим зрением.

Моргред важно выпрямился. По его голосу и позе юноша неожиданно понял: всё это фарс. Весь спектакль был разыгран для него одного. Даже речь заготовлена заранее. Учитель после вчерашнего разговора решил продемонстрировать ему своё мастерство. А вернее, жалкие остатки былой мощи.

– Разве вы не тратите драгоценную энергию, ментори? – самым невинным тоном спросил Анемед.

– У всего есть цена, – так же важно ответил Моргред и начал спускаться по склону, давя ногами черничник.

Юноша знал цену. И если прежде учитель говорил правду, она была велика: бессонницы, нервная трясучка, преждевременное безумие.

Всякий одарённый, пользующийся Сиянием Тахти, платил за это днями, месяцами, а иногда и годами своей жизни.

Они пошли обратно к костру.

Анемед молчал, и поэтому, как всегда, первым заговорил Моргред:

– Тебе интересно, что я видел?

Ученик кивнул.

– Одинокую лосиху у болот. Цаплю, несущую птенцам лягушку. Повозку, запряжённую старой лошадью, – рассказал колдун. – Она движется в сторону Слепой Лощины. Но самой лощины больше нет. Одна из трещин, тянущихся от Чёрной Язвы, простёрлась в самую гущу леса и осквернила его. В её ядовитом тумане бродят те, что прежде были лихим людом: контрабандисты, воры, разбойники, браконьеры. Все они уже стали чем-то другим…

Анемед запнулся о корень, расплескал немного воды. Теперь он смотрел на тонкие губы учителя как загипнотизированный.

– Кто в повозке? – услышал юноша, свой хриплый голос как будто со стороны.

– Тот, кого мы разыскивали, – прозвучал ответ. – Он болен, ранен, а может быть, мертвецки устал. С ним мальчишка, примерно твой ровесник. Видимо, кто-то из деревенских. Глушь принесёт гибель им обоим. Впереди смерть и по пятам – смерть.

– Их преследуют?

– Я узнал господина Соли. И его новый отряд. Лес – их стихия, и они в нём проворны, как звери. Будем действовать осторожно, чтобы не встретиться с Соли, или Серым Лисом, как его ещё называют. Не самый приятный субъект.

– Зачем? – нахмурился ученик. – Зачем нам с ними пересекаться? Я думал, мы едем за реку, в проклятое место.

– Артефакт уже не там. Приложи ухо к земле. Используй дар.

Анемед, не колеблясь, подчинился. Его щека сразу же намокла, от мха шёл душистый и кислый запах болота. Мальчик закрыл глаза.

Сердце в груди билось ровно. А потом он ощутил толчок, будто мешочек, наполненный кровью, сдвинулся куда-то вверх и в сторону. Иголочка боли заколола в голове, будто стрелка, указывающая путь. В чащу, в глушь!

– Оно там… – благоговейно прошептал он. – Сокровище…

– Я же говорил тебе, ты узнаешь… – с улыбкой промолвил Моргред.

6

Когда минуло далеко за полночь, Ахти, почувствовав, что клюёт носом, ненадолго остановил повозку и посмотрел наверх.

Он не видел верхушек деревьев в темноте, но хорошо чувствовал, как стволы тянутся ввысь, подпирая небосвод. Обычный сосновый лес сменился мощными реликтовыми соснами с такими толстыми стволами, будто это были и не деревья, а колонны в тронном зале великанов. От них шёл мощный смолянистый дух, от которого немного кружилась голова. Между деревьями росли папоротники величиной с человеческий рост.

Ахти жил в Глухолесье достаточно долго и много слышал про красные сосны. Но видеть их, практически осязать, вот так, в темноте, – было всё равно что стать букашкой в высокой траве.

Однако мальчик, хотя и ужасно хотел спать, бодрствуя уже вторую ночь подряд, не терял бдительности и внимательно прислушивался к звукам вокруг. Недолгий, но регулярный опыт охотника подсказывал ему, что в таком необыкновенном лесу и звери водятся непростые.

Всё же Ахти слез с козел, напоил и накормил старушку-кобылу, которая и так показала чудеса стойкости. Ему даже захотелось выпрячь её, но стоило оглянуться на пустынную лесную дорогу, и какое-то предчувствие позвало его вперёд: долго стоять нельзя, предупредило оно.

Ахти не знал, что за голос подсказывает ему. Но нечто подобное он слышал в своей голове, когда спасал жеребёнка из пожара, когда уворачивался от когтистых лап чудовищ в горящем трактире. И если парень чему и научился за последние сутки, так это доверять предчувствию.

Кроме этого неясного ощущения, Ахти слышал вполне отчётливо тихую поступь за спиной. Возможно, сюда вслед за ними пробралась Фиксу с жеребёнком. Но могло быть и так, что за путниками следит нечто из чащи. И от одной только мысли о существе, прячущемся во тьме, у Ахти дрожали колени.

Мальчик запрыгнул на телегу – Гаспар тихо спал. Его раскатистый храп больше не распугивал лесных птиц. Человек-скорпион уснул крепко, сжав челюсти и раскинув в сторону руки.

На его лбу, несмотря на ночной холод, выступили капли пота. Самый никудышный наёмник из той сотни, что охотились за ним, мог бы сейчас одним ударом лишить его жизни.

И Ахти мог. Его пробрал озноб. А ведь действительно: Скорпион ему доверял, хотя знал довольно плохо. Почему?

Гаспар спал уже много часов – достаточно, чтобы выспаться. Пора сменить караул.

Мальчик потряс его за плечо, побил по щекам – Гаспар не шевельнулся. Его лицо было горячим, и тело, похоже, боролось с ядом.

Ахти наклонился над свёртком, откинул край одеяла и коснулся лба девочки. У неё жар, напротив, немного спал. И снова мальчик почувствовал странный, едва уловимый цветочный аромат, который шёл то ли от девочки, то ли от одеяла, в которое она была завёрнута.

Раздосадованный тем, что ему снова нужно возвращаться на пост, Ахти сел на козлы и взял в руки вожжи. Он на секунду замер и посмотрел на ушибленную руку, мальчик и сам не заметил, как вытащил её из косынки. Ахти пошевелил пальцами, покрутил запястьем. Тупая боль ещё сидела в локте, но он уже мог почти свободно двигать рукой.

Он цокнул языком. Кобыла понимающе кивнула и медленно пошла вперёд.