Павел Волчик – Летаргия 3. Пробуждение (страница 14)

– Не так уж плохо для городских неженок! – заметил Логарифм, с хрустом распрямляя колени и удовлетворённо глядя на установленное колесо. – Так мы и до горы доедем!

Он обвёл всех насмешливым взглядом, но никто не улыбнулся, может, потому что всех утомила дорога, а, может, из-за того, что страх отнял последние силы.

– Нам стоит чаще сменяться, – предложил Остап. – И впереди пусть едет Бэлла. Так надёжнее.

– Что ж, если я кого подвёл, братцы, прошу простить, – сконфузился Саблин. – Годы дают о себе знать.

Остап вздохнул.

– Ничего не поделаешь, у нас мало водителей. И дело это утомительное. Мы должны были предвидеть такой исход.

– Какой исход? – спросила Нелли. – Нападение лосей?

– Ухудшение внимания, всеобщую рассеянность и…

– И всё-таки странно, что мы так дружно уснули, – перебил Логарифм. – Странно, что именно в этот момент на дорогу вышли звери. Только полный идиот не увидит в этом западню.

– Да, но западню неумелую, плохо спланированную, – подала голос Бэлла, всё ещё не сводя глаз с дороги. – Это больше похоже на импровизацию.

– Именно! – поднял палец Логарифм. – Я бы даже сказал – на игру.

– Игру?.. – в конец запуталась Нелли. – Вы хотите сказать – лоси пришли поиграть с нами?! Так что ли?

– Я хочу сказать – кто-то управляет оставшимися живыми существами на Земле как фигурками на шахматном поле. Не трудно догадаться, кто именно.

Нелли взъерошила давно немытые волосы и насупилась:

– Но зачем? Зачем это Неглерии?

– Зачем? – Логарифм размахнулся и выкинул обломок лосиного рога в кусты. – Возможно, сам процесс игры приносит ей удовольствие.

– А мы не подчиняемся её командам… – вздохнул Остап.

– Верно, – Логарифм кивнул, в его глазах вспыхнул огонёк. – Но так ведь даже интереснее играть. Не правда ли? Неглерии только этого и надо.

Он заходил взад-вперёд, возбуждённо потирая руки, и рассуждая:

– Галилей был прав. Там, в обсерватории он сказал нам, что Неглерия разумна. Но я не поверил ему. Теперь вижу: у этого существа развитый интеллект. Только высшие животные способны к игре.

– Можем ли мы вообще сравнивать её с животными? С кем-либо живущим на нашей планете? – нахмурился Остап. – Такое сравнение…

– Было бы неверным? Увы, исследуя что-либо, мы вынуждены пользоваться лишь знакомой парадигмой.

– Если вы закончили свою заумную дискуссию, – сурово перебила Бэлла. – Попрошу всех на борт. Если нас догонят, или ещё кто-нибудь выйдет из леса, не думаю, что вся эта игра нас повеселит.

– Минуточку! – выступил вперёд Логарифм. – Пока все мы не разбежались, нужно решить несколько важных задачек. Вопрос первый: все ли согласны с тем, что нам больше не следует делать остановок? Нужно прибыть в Приэльбрусье сегодня же.

Путешественники переглянулись и закивали.

– Я уж думал, наше мнение тебя не интересует, сынок, – проворчал Саблин. – Конечно, мы больше не хотим остановок. Это слишком опасно.

– Вопрос номер два, – продолжил Логарифм, – он касается только Тымнэваката. Сегодня мы рисковали не просто так. Мы пытались разузнать, как так вышло, что эти лоси не уснули. А точнее, что защитило их. Удалось что-нибудь выяснить?

Тым скривился и почесал в затылке.

– Удалось-неудалось, – ответил он в обычной манере. – Сначала вожак был хороший, добрый. Понимал меня. Отвечал мне. Потом будто его подменили. Он позвал остальных, чтобы много-много убивать.

– Очень информативно, – кисло отметил доцент. – Ты как-то обидел этого милого зверя? Может, неправильно перевёл с человеческого на лосиный?

Тым скрестил на груди руки.

– Ибрагима-Логарифма, не знаешь, что говоришь! Лезешь в ум женщина – я не спрашиваю как! Но лезешь и получается. Так и Тымнэвакат, если говорит со зверем, то говорит хорошо.

– Ладно, старина, не обижайся! Выходит, мы так ничего и не узнали.

– Узнали, – отозвалась стоящая рядом Майя, держа за руку вертлявую Лизу, которой уже наскучил этот взрослый разговор. – Враг точно определил, где мы находимся и куда направляемся. И он пытается нас остановить.

Она осеклась, когда все взгляды направились на неё.

– Майя, продолжай… – робко попросила Нелли.

Художница взяла Лизу на руки.

– До этого момента Неглерия не знала где мы…

– До этого? Пока мы не прокололи колесо?

– Нет, – Майя мотнула головой, на её лбу появилась страдальческая морщинка. – До момента, когда мы подобрали мальчика. Он как маячок или метка на карте.

Все разом загалдели, а учитывая усталость и нервное напряжение, галдели бы так ещё долго.

– Тихо! – рявкнула Бэлла и продолжила в полной тишине: – Мальчик странненький, не спорю. Но и не исключаю, что он был таким всегда. – Она покрутила пальцем у виска и серьёзно посмотрела на Майю. – Ты так думаешь, потому что он тебе не нравится, или есть какие-то доказательства?

Майя только пожала плечами.

– Ищете доказательства? – робко отозвался Вешников, который всё это время стоял за их спинами. – А не хотите для начала узнать, куда делся мальчик?

И снова все заговорили одновременно и завертели головами.

Фима исчез.

Идти, кроме как в зимнюю чащу, мальчику было некуда. Разделились на группы. Так как никто не заметил, в каком направлении ушёл Фима и когда именно, пошли во все стороны по двое.

Звали, но он не отзывался. Внимательно вглядывались в заросли и ничего не видели.

– Хотела бы я знать, – злилась Нелли, отталкивая от себя еловую ветку, мокрую от растаявшего снега. – Зачем мы его ищем, если он нас сдал? Шёл бы себе в лес, откуда пришёл!

– Мы даже не знаем, понимает ли он, что является меткой, – беспокойно озираясь, проговорил Остап. – Он ещё ребёнок, не стоит его винить.

– Если ребёнок, значит ему всё можно? – не унималась Нелли. – Видела я деток и похуже. Мерзких мальчишек, которые тыкают тебе в спину ручкой, пока не польётся кровь. Он как раз из таких. Да он меня младше всего на год! Вот блин! Я ботинок промочила! Идём назад, Остап. Плевать на него!

Молодой человек развернул Нелли к себе.

– Помнишь, что я тебе говорил? Мы не должны забывать, что мы люди. Утратим человеческий облик, и мир окончательно рухнет. Сейчас Фима один из нас, неспящих, просто ребёнок, который напуган и устал. И мы должны ему помочь.

– Среди нас, неспящих, есть и мерзкие убийцы и прочий сброд, – Нелли высвободила плечо. – Я не собираюсь им помогать.

– Нелли, ты рассуждаешь как…

– Как маленькая? И кто из нас ребёнок? Благородный, наивный и глупый Остап пытается помочь всем на свете! – съязвила она. – Даже отмороженным чудовищам, которые хотят его убить! А ты не думал, что присутствие этого мальчишки угрожает всей нашей группе? А значит, всем людям, которые ещё живы на земле!

– Думал, – Остап вздохнул, сжал в кулак ладонь и снова разжал. Рука дрожала. – Думал и не готов платить жизнью ребёнка за жизнь всего человечества.

Нелли фыркнула, развернулась и пошла назад.

– Нелли…

– Что?

– Ты можешь применить свой дар? Услышать его издалека, почувствовать?

– Не могу. Наш поисковый отряд, как толпа сонных медведей – все шумят, орут, хрустят ветками.

– А если все вернутся и замолчат?

Нелли замялась.

– Возможно, я бы могла. Но ты же знаешь, как дорого нам обходится дар! А у меня и так трещит голова и тошнит всё время…