Павел Уваров – Когда Париж еще не был столицей (страница 53)

Если парижанин непочтительно отзывался о святом, пусть даже и неосознанно (ради красного словца парижане любили в сердцах помянуть святые имена), тот мог наслать на обидчика тяжелый недуг или неудачу, а то и попросту отвесить святотатцу хорошего тумака — незримой, но твердой рукой. Зато и молитва конкретному святому, свечка, зажженная перед его образом, а еще лучше — дар посвященной ему церкви или аббатству, могли излечить от болезни, даровать удачу в делах, помочь на Страшном суде, где вовремя ублаженный святой обязательно замолвит словечко за благочестивого парижанина перед грозным Судией.

Святые, о которых шла речь в этой главе, защищали не только каждого парижанина в отдельности, но и весь город в целом, тем самым помогая его жителям осознать свое единство. Аббатства, посвященные этим святым, окружали город, обеспечивали его процветание. Они преумножали славу Парижа как священной столицы Галлии, они привлекали в город толпы паломников. Богатевшие аббатства способствовали оживлению экономики, поддерживали высокий градус интеллектуальной жизни столицы. Мы говорили о соперничестве между аббатствами и епископами. Но при этом их отношения были взаимодополняющими: история Парижа была бы немыслима без истории окружавших его аббатств, но и почитание святых, покоившихся в аббатствах, не достигло бы такого размаха, если бы эти аббатства не соседствовали с Парижем.

Сите и его обитатели

Сите и его обитатели сеньоры города: епископ, капитул, король

Королевское присутствие в X и XI веках и даже в начале XII века ощущалось в Париже не очень сильно. А вот епископ был подлинным хозяином города, как и повелось издавна во всех городах галло-римского происхождения. Так продолжалось все то время, пока границы города совпадали с границами острова Сите. Хотя, конечно, епископу принадлежала далеко не вся его территория.

Прежде всего, рядом с епископом находился капитул собора Нотр-Дам — своеобразный совет при епископе. Половина доходов со всего диоцеза шла епископу, половина — капитулу, состоявшему из каноников. Общая доля имущества капитула (менса) делилась на части, называемые пребендами, и каждый каноник мог пожизненно пользоваться доходами со своей пребенды. После его смерти капитулу возвращалась его доля, в которую входили и церковные доходы, и различного рода недвижимость, в том числе дом, расположенный вблизи собора. Новый каноник, вступавший во владение этой долей, выплачивал капитулу вступительный взнос в размере суммы годового дохода со всех этих владений. Та или иная семья — аристократы, рыцари или разбогатевшие горожане, добившись места каноника для одного из своих родственников, как правило, уже не желала выпускать эту церковную должность из своих рук, стремясь передать ее своей родне. Второй группой, за счет которой пополнялся состав парижских каноников, были духовные особы, приближенные к королю. Эта тенденция была все более очевидной по мере того, как короли Франции становились парижанами. Канонику Парижа полагался дом в Сите, в пяти минутах ходьбы от королевского дворца, а это было большим удобством для клириков, служивших королю. Многие каноники совмещали церковную должность с рядом других: они могли быть канониками других церквей, архидиаконами или даже епископами в отдаленных диоцезах. Бывали, однако, случаи, и к концу XII века их становилось все больше, когда канониками становились выходцы из весьма скромных семей, пробившихся в священники за счет своих талантов, образованности и рвения на церковной службе.

В XIII веке число каноников собора Нотр-Дам достигнет 52, сколько их было в XI–XII веках — не вполне понятно, но известно, что в северной части соборной площади комплекс домов, предназначенных для каноников (клуатр), был рассчитан на 37 персон. У каждого каноника был свой штат клерков, слуг и служек, и если учесть, что каноники были не только при соборе Нотр-Дам, но и в некоторых других церквях, в том числе и в тех, что были расположены в Сите, то, очевидно, что эта группа во многом задавала тон в городе.

Кроме каноников в состав капитула входили еще и должностные лица, назначавшиеся епископом (как правило, из числа каноников) по согласованию с папой и королем. Этими членами капитула были декан (глава капитула), старший и младший канторы, ответственные за хор и церковную службу, пенитенциарий, исповедовавший самих каноников, и три архидиакона, управлявших церковным имуществом. Диоцез Парижа делился на три архидиаконства — Парижское, Жозас и Бри (некоторые историки связывают это деление с тем периодом, когда наследники Хлодвига разделили Париж и его округу на три части, чтобы столица королевства не доставалась кому-нибудь одному). Из числа каноников и епископ, и капитул, и каждый из архидиаконов назначали официалов, в чьем ведении находился церковный суд.

Помимо управления делами диоцеза каноники прислуживали епископу во время торжественной литургии, а четыре раза в год — на праздники Иоанна Крестителя, святого Варфоломея, святого Симона и святого Мартина-зимнего[15] — собирались на общие сессии. В тех церквях, при которых были каноники, до сих пор сохранились места для членов капитула, украшенные богатой резьбой по дубу и снабженные маленькими консолями-подставками, именуемыми «мизерикордами» («милосердиями»), поскольку они помогали каноникам выстаивать длительные службы. На заседаниях капитула каноникам выдавались жетоны, свидетельствовавшие об их присутствии; только собрав необходимое количество жетонов, каноник мог претендовать на получение доходов с пребенды. Но это в теории, а на практике все было сложнее: каноник мог отсутствовать по болезни (действительной или мнимой) или по другой причине, сочтенной уважительной. В XII веке об одном канонике рассказывали, как однажды заметили, что он пел во время торжественной мессы еле слышным голосом. Когда же его спросили, не заболел ли он, тот ответил, что поет вполголоса, поскольку получает доходы только с половины пребенды[16].

В ведении капитула находилась школа, каноники сами вели в ней преподавание или приглашали достойных профессоров. Они же управляли больницей и приютом для бедных. Каноники были обязаны жить общинной жизнью, что выражалось не только в совместном обладании собственностью (при раздельном ее использовании), но и в совместной заботе об организации церковного служения, о почитании реликвий, об управлении церковным имуществом, включая и функции светского управления над своими землями. Поэтому некоторые каноники могли назначаться на должность прево — на тех землях, которые принадлежали капитулу собора Нотр-Дам. Обычно это были более или менее удаленные от города селения, но назначался прево капитула и на территорию Большого моста (он соединял Сите с Правым берегом), принадлежавшего каноникам. Там прево капитула взимал пошлины за проезд и проход по мосту, решал споры между обитателями домов, расположенных на мосту, и арендаторами размещенных под опорами моста водяных мельниц.

Требование совместного проживания не предполагало обязательного обитания в одном здании, по монастырскому образцу. Однако, когда до Парижа в начале XII века докатилась волна движения за обновление церкви, некоторые из объединений каноников парижских церквей были реформированы и стали жить по монашескому образцу, но преобразовать в этом духе капитул собора Нотр-Дам не получилось.

Кроме капитула власть с епископом делили сначала представители короля — графы и виконты, затем сам король (после того как графы Парижские стали королями). На западной оконечности острова — самом важном месте обороны, который первым встречал атаку вражеских кораблей, шедших по реке вглубь страны, был возведен замок. Он принадлежал королю или (до 987 года) его должностным лицам — графам. Король Роберт Благочестивый в начале XI века обновил обветшавшее здание и отстроил новую дворцовую капеллу. Здание, естественно, уступало в размерах современному Дворцу Правосудия, однако занимало до 20 % от территории острова, который, как мы уже знаем, был намного меньше современного Сите, чья площадь составляет сегодня 22 гектара[17]. Так, западная оконечность острова доходила до воды за несколько метров или даже десятков метров от современной улицы Арле. В качестве сеньора части земель король имел право контроля над некоторыми церквями, находившимися поблизости от дворца.

Отдельные участки земли в Сите принадлежали церквям и аббатствам, расположенным не на острове (например, церкви Сен-Жермен-л'Осеруа, аббатствам Сен-Мартен и Сен-Жермен-де-Пре). Были здесь и владения светских сеньоров, например, знатных парижан Ле Ришей и Гарландов.

Таким образом, при общем политическом и экономическом доминировании епископа, он не был полновластным хозяином даже в Сите.

Большая экскурсия по небольшому острову

Попробуем вновь совершить мысленную экскурсию по острову, представить его таким, каким он был в первой половине XII века, до начала строительств громады Нотр-Дам, навсегда подчинившей себе архитектурный облик Сите. Нас бы удивило отсутствие устремленных ввысь шпилей, венчавших колокольни: церквей было много, но выстроены они еще в старом стиле, без высоких колоколен и башен. Впрочем, с учетом того, что дома в Сите — каменные, глинобитные или деревянные — редко бывали выше второго этажа, то и эти церкви господствовали над ландшафтом.