Павел Смолин – Главная роль – 2 (страница 3)

Посмотрев на лица гимназистов, я смог убедить себя в том, что ребята прониклись, и решил закрепить эффект:

– Капитал бывает разный. Самый простой и понятный – деньги, потому что это наиболее удобный способ обмена товара между людьми. Капитал бывает земельный – я имел честь познакомиться с родителями-землевладельцами многих здесь присутствующих, так что это вам тоже знакомо. Капитал бывает промышленный – его нам предстоит наращивать всеми силами, потому что в XX веке именно промышленная мощь будет определять место державы на карте мира. Признаю честно – по промышленным показателям мы от наших Западных соседей на данный момент отстаем, но на долгой дистанции нагоним и перегоним – у нас, братцы, самая большая на свете страна, оставленная в наследство нашими предками. Наши недра скрывают неисчислимые залежи полезных ископаемых. Наша ближайшая задача – освоить добычу и употребление наших богатых недр на пользу жителям Империи. Но вернемся чуть назад, к четвертому, и самому важному виду капитала. Это – капитал человеческий, то есть набор знаний, умений и навыков подданных Империи. Для вас, мои юные друзья, капиталом являются ваши знания. Что бы ни случилось, как бы не повернулась жизнь, накопленные вами знания и умения их применять останутся с вами навсегда. Толковый инженер нужен каждому промышленнику, поэтому на жалованье они скупиться не будут. Словом – учитесь усердно, ребята, и не ради того, чтобы отец не лупил розгами, хотя это очень неприятно…

Гимназисты рассмеялись – Великому князю тоже прилетало, это ли не повод сплотиться?

– …А ради будущего – вашего и всей Империи.

Директор гимназии зааплодировал, подав тем самым сигнал остальным. Выждав с полминуты, я поднял руку. Тишина вернулась моментально, и я решил добавить интерактивности и банально потренироваться общаться с народом:

– А теперь я с радостью отвечу на ваши вопросы.

Первый поступил почти сразу:

– Ваше Императорское Высочество, могу ли я попросить вас рассказать, как вы беса английского прогнали?

Тьфу ты, блин, я им про электрификацию и образование, а они мне про беса! Но понять могу – меня бы тоже больше всего именно это на их месте интересовало. Что ж, легенда давно отработана: в ней мало конкретики, много личных ощущений – то есть вроде как и не вранье, но и не нормальная фактология – и аккуратно подпущенный саспенс. Все это закрепляется презрительным опровержением парочки попавшихся в газетах «допущений» – например, «бес» в моем рассказе не летает, и на этом месте я морщусь, как бы показывая свое отношение к любителям приукрасить. Эта милая манипуляция и в мои времена работала, а теперь и подавно: человек демонстративно опровергает полную чушь, отчего слушатель приходит к мысли о том, что вот именно он вместе со спикером в предмете разбирается и вообще молодец, а вот эти, за пределами зала, болтуны и тупицы.

– Идет на нас огненное чудище, англичане-полицейские в ничтожество и трусость впали, сбежали. А мы с казаками да парой староверов – Кирилом да Евпатием – Богу помолились, и понял я тогда, что делать. С пола пару палок поднял, крестом сложил да в сторону беса вытянул. Вроде и толкнуть хотел, а руки тяжести не почувствовали – значит не мышцами земными толкал, а верою святой.

Аплодисменты, и мне за принципиально недоказуемое – фактов-то нету! – вранье совсем не стыдно. Жизнь, как бы избито не звучало – это игра. Правила нарушать плохо, законы – плохо вдвойне, но крутиться в «серой зоне» можно – если следователю тебе предъявить нечего, какие проблемы? Дорабатывайте Систему, тогда и поговорим. А теперь мне, с одной стороны, полегче – кто до цесаревича, а потом вообще до царя докапываться станет? С другой стороны – тяжелее, потому что набирать авторитет через поливание известной субстанцией Александра и его ближайшего окружения нельзя от слова «совсем», и даже о совершенно дебильных инициативах отзываться нужно крайне осторожно – Августейший папа обидится, а это ой как чревато.

Эти мои размышления подверглись испытанию после череды безобидных вопросов – как там в Японии, будет ли война с Китаем и прочего – когда гимназист из третьего ряда, получив от меня кивок в ответ на поднятую руку, встал и, обильно потея, продемонстрировал здравомыслие и силу характера:

– Бирюков, Андрей Андреевич. Ваше Императорское Высочество, в нашей гимназии два года тому больше народу училось, а теперь плату подняли – пришлось недорослям уходить, – начало фразы помогло набраться смелости, и гимназист заметил нестыковочку. – Вы нам, Ваше Императорское Высочество, сейчас долго и красиво говорили про то, как образованные люди Империи нужны. Вот Филька, например…

– Бирюков, ты тратишь время Его Императорского Высочества зря, – попытался купировать неловкий момент директор.

А мне теперь его осаживай так, чтобы не подкосить педагогический авторитет в глазах учеников.

– Семен Викторович, вы, несомненно, замечательный педагог и прекрасный директор, но я пришел сюда именно для того, чтобы юные умы поделились со мной своими тревогами и измышлениями. Власть и народ неразрывно связаны, и очень важно доносить народное мнение снизу наверх. Продолжай, Андрей.

Директор оплеуху выдержал стоически, гимназист приободрился и закончил ставить меня в неловкое положение:

– Почему за то, что так нужно нашей Империи, нужно платить?

Циркуляр «О кухаркиных детях» штука предельно мерзкая. Первое – это скромная приписочка о том, что циркуляр – подписанный царем! – носит «рекомендательный» характер, что перекладывает ответственность с центральной власти на директоров. Вроде как им никто прямо не запрещает учить нищих детей, но все же все понимают. Вторая, еще более мерзкая штука – закрепление неравенства. Правящие круги – не только у нас, а везде – в какой-то момент поняли, что дать народу образование придется. Именно образование долгие века позволяло аристократии рулить «быдлом». Образованный человек, помимо пользы для общества, имеет очень неприятную особенность – он, собака такая, думает! И думает не о том, как принести профессиональную пользу, а думает абстрактно – например, о несправедливости жизненного уклада и социального неравенства. СССР эту проблему решил радикально, дав всем одинаковое, по этим и даже тем временам – элитного уровня образование. То, что получал любой советский школьник, в сохранивших капитализм странах стоит дорого – это позволяет элитам с одной стороны заявлять, что все зависит только от самого человека, с другой – кормить недоучек пропагандистским дерьмом, довольно потирая холеные руки. Наш «циркуляр» направлен именно на это: гимназическое образование у нас с поправкой на времена хорошее, и наверху решили, что такое нужно сильно не всем: черни достаточно научиться писать и считать в церковно-приходской, а дальше добро пожаловать на завод, где промышленник платит достаточную зарплату, чтобы не умереть с голоду раньше времени и снимать угол в комнате на десяток таких же бедолаг. Я-то в свое время это поменяю – социальные лифты должны работать на сто процентов! – но прямо сейчас Александр хрен свой циркуляр отзывать станет – это же потеря Августейшего лица!

Но рассказывать гимназистам об этом все равно что признать папеньку воплощением зла.

– Спасибо за хороший вопрос, Андрей, – поблагодарил я гимназиста. – Гимназическое образование является лучшим, что придумало человечество. Из гимназии выпускаются будущие инженеры, ученые, учителя, доктора, чиновники и офицеры. Важность таких людей для Империи велика, но на долгой дистанции, если все будут учиться в гимназиях, мы получим перекос в той сфере жизни общества, которую я недавно назвал «человеческим капиталом». Наш мир устроен так, что при всей очевидной необходимости подготовки как можно большего числа высокообразованных специалистов, кто-то должен рубить камень, сажать и пожинать хлеб, работать у станков, перевозить грузы, строить дома. Оглядитесь, ребята, – я развел руками, и гимназисты покрутили головами. – Нас окружает овеществленный труд. Давайте прикинем, что нужно для постройки хотя бы этой замечательной гимназии. Прежде всего нужно выбрать место – земля должна быть достаточно ровной и твердой, иначе стены рухнут под собственной тяжестью. Для выбора места нужен образованный человек, который разбирается в сопротивлении и плотности материалов. Далее нужен человек, который создаст чертежи здания так, чтобы будущая постройка отвечала требованиям тех, кто будет ею пользоваться. Два высокообразованных человека! – показал ребятам два пальца. – Теперь рассмотрим дальнейшие этапы: сначала нужно провести подготовительные работы – выкопать котлован, организовать фундамент, заготовить потребные строительные материалы. Здесь гимназическое образование нужно только одному человеку, который будет беречь рабочих и строителей от ошибок. Строек во Владивостоке много, и все вы видели, что строителей и рабочих на них трудится гораздо больше, чем архитекторов. Ответил ли я на твой вопрос, Андрей?

– Премного благодарен, Ваше Императорское Высочество! – отвесил довольный гимназист поклон.

Все довольны – я же только что рассказал им, почему они – избранные, а вокруг – чернь. Тому же их учит окружающее бытие – богатенькие родители учат не дружить с нищими, а искать «ровню». Тому же учат педагоги, и только в церкви почему-то рассказывают про то, что в глазах Бога все равны.