Павел Смолин – Фантастика 2026-43 (страница 148)

Подойдя к привычно огромному телеку, я не стал мешать ему отдыхать и вооружился губкой и маркером. Первой стер цифру «1» с небольшой белой металлической таблички, а вторым нарисовал двойку.

— «Дней без происшествий: два», — с удовольствием прочитал вслух получившуюся на табличке надпись.

Отлично держимся! Если так пойдет и дальше, мы и до полноценной спокойной недели дотянем! Главное — сегодня не оплошать (хотя от меня ничего и не зависит), потому что дорога и сидение на футбольном стадионе менее безопасны, чем набитый охраной отель.

Вот теперь и телек включить можно. Растянувшись на диване с пультом в руке, я принялся щелкать каналы и остановился на музыкальном: показывали «утренний хит-парад», и я удачно попал на победителя: тот самый клип на песню «Unstoppable», в котором я снимался. Песня по совокупности инфоповодов и вложениям в раскрутку последние дни возглавляет не только китайские, но и чарты англоязычной части планеты. Я не обольщаюсь — моя рожа в клипе здесь всего лишь приятная деталь: если песня плоха, ее никакой раскруткой людям в плееры не запихнешь.

Покачивая ступнями ног в такт, я пропустил появление тренера Ло в гостиной. Выглядит плохо — под глазами синяки, одет в халат, но отличие от моего этот уже начал попахивать от постоянного использования, на голове — «воронье гнездо» вместо привычного пробора.

У Ло Канга депрессия, и почти все свободное время он проводит в своей комнате нашего «люкса» в обнимку с так и не опробованной собачьей подстилкой, листая немногочисленные фотографии собаки, которые успел сделать до трагедии.

— Вы же взрослый мужик, — убавив громкость, раздраженно развел я руками. — Хэн — герой, выполнивший свой природный долг перед человеком. Что толку от принесенной им жертвы, если мы, спасенные, станем тратить наши жизни на бессмысленное нытье? Давайте на футбол съездим, тренер Ло. Развеемся, ребят поддержим.

Ло Канг планировал торчать в номере до конца командировки, выбираясь только на мои игры.

— Мне уже все равно, — вздохнул он и рухнул в кресло. — Почему Небо отбирает все, что мне по-настоящему дорого?

— Не хотелось бы «отобраться», — поежился я.

Тренер фыркнул, и я счел это хорошим знаком.

— Давайте вас все-таки поженим на хорошей деревенской девушке. Смотрите, какая милашка, — предложил я и протянул Ло Кангу смартфон с присланной мне мамой-Айминь фотографией двадцатитрехлетней симпатичной старшей дочери семьи Йонг.

Что-то у нее в городе не задалось, и она уволилась нафиг из сетевухи, в которой работала на тупиковой в карьерном смысле работы и решила применить свой полученный в захудалом колледже Гуанъаня диплом бухгалтера на благо вступившей в фазу бурных перемен деревни.

— Отвали, — отмахнулся от телефона и меня Ло Канг.

— Мне Джейн звонила, — перевел я тему на более душеспасительную для тренера. — Люди забрасывают их питомник просьбами купить отпрыска из рода Хэна.

— Это так трогательно, — всхлипнув, тренер закрыл лицо руками. — О, Небо, если это в твоей власти, сделай так, чтобы ни одна из этих прекрасных собак не столкнулась с такими страданиями!

— Сороковник мужику, — укоризненно вздохнул я. — Жены нет, детей нет, подумать бы о родном плече в скорой старости да долге перед Поднебесной передать не самые паршивые гены дальше, а он сидит и ноет как ему жалко собачку.

На подобные разговоры реакция Ло Канга неизменна:

— Да что ты вообще знаешь о жизни, сопляк? Думаешь, ничего страшнее деревни быть не может, и ты видел всё⁈

— Да уж всяко страшнее чем забугорная школа для деток уважаемых людей из бывших колоний, — парировал я. — Пяток телег с навозом зимой, в минус пять под градом по огороду вилами разбрасывали когда-нибудь?

— Мне досталось больше тяжелой работы и боли, чем ты когда-либо сможешь представить, — перешел на насмешливый тон тренер Ло. — Телега с навозом? Ха! Да я бы с величайшей радостью переродился в следующей жизни крестьянином только чтобы не рвать задницу и гробить здоровье на бесполезном корте! Тебя холила и лелеяла родня, а не ссылала на другую половину планеты жить в крохотной комнатке с тремя индусами и тысячей тараканов! Ты, Ван, счастливый и любимый всеми малыш, которому Небо вручило личный проход к вершине мира. Да, ты не лентяй, ты честно стараешься, тебя душила заботой бабушка, но ты вообще не заслужил того, что тебе даровано.

Внимательно выслушав тренера, я кивнул — не спорю, так все и есть, но мне что, отказываться от перспектив и возможностей? Мир вообще несправедлив.

— Когда мой дядя Вэньхуа потерял руку, ему пришлось справляться оставшейся, — заложил я руки за голову и уставился в потолок. — Главным для него стало доказать в первую очередь себе самому, что одна рука не делает его хуже других. Эта цель поглотила все его мысли, с ней он просыпался и с ней вырубался прямо в сапогах после двух суток тяжелейшей работы.

— Причем здесь это? — пренебрежительно отмахнулся Ло Канг.

— В нынешнем своем состоянии вы по сравнению со смешным дядей-алкашом, инвалидом, матерщинником и адептом очень странных взглядов на жизнь, кажетесь куском инфантильного дерьма, — объяснил я. — И если бы кто-то сказал, что однажды мне придется вытирать сопли собственному тренеру, я бы ни в жизнь не поверил. Я не хочу давить на вас и тем более ставить ультиматумы, но в таком виде вы бесполезны. Для меня-то это не новость, но разве разумно развеивать иллюзии остальных?

— Смешно, — без тени улыбки оценил Ло Канг. — На твоем месте я бы трижды подумал прежде чем вообще упоминать такие опасные вещи как «давление» на кого-то, — покачал на меня пальцем. — Некоторые иллюзии более материальны, чем может показаться.

Позволяя тренеру Лу сохранить лицо, я оставил последнее слово за ним и предложил «мировую»:

— Выезд на футбол через час пятнадцать.

— Угу, — буркнул Ло Канг и уныло побрел к выходу из гостиной.

Поговорю-ка я с Фу Шуньшуем о том, что разведенный бездетный спортивный педагог рядом со мной несколько не соответствует приверженности Партии порядочной семейной жизни. Увольнять не будем, но бобылем ходить ему пора переставать.

Глава 11

— … Обходит защиту, пасует вправо, мяч у Жанга, удар… Го-о-ол!!! — надрывался комментатор. — Первый гол сегодняшней встречи уходит в копилку китайской сборной!

Мне и мой любимый теннис-то смотреть скучновато, а футбол — это вообще развлечение для избранных. Больше часа на стадионе (который почему-то полнехонек) уже просидели, и за это время было около пяти опасных для команд моментов, а теперь вот и до полноценного гола добрались. Но теперь смотреть матч станет намного интереснее — свои доказали, что им есть чем порадовать болельщиков. Вместе с этим появилась и интрига — удержит ли наша сборная преимущество до конца игры?

— Я ожидал от ребят меньшего, — признался я сидящему слева от меня тренеру Ло.

Чистый, причесанный и одетый в красные шорты и футболку (как и вся наша «делегация», удачу приманиваем) Ло Канг выглядел гораздо лучше, но продолжал распространять вокруг себя ауру уныния. Вместо ответа тренер Ло достал телефон и не пряча от моих глаз экрана залез в приложение букмекерской. Потыкав пальцем, он вздохнул:

— Линия закрылась. Зря заранее не поставил.

— Наоборот хорошо, — решил я его подбодрить. — Лудоманы себя не контролируют, ставят даже на самый зараженный подставными матчами спорт — настольный теннис — а вы себя контролируете и не рискуете деньгами там, где не уверены.

Поморщившись — «нужны мне твои утешения!» — тренер пожал плечами:

— Всех денег не заработаешь, — и убрал смартфон в карман.

— Недавно в интернете наткнулся на историю об индусах, которые где-то в провинции сымитировали турнир по крикету, — поделился я. — Ни один из них спортсменом не было, но букмекер охотно принимал ставки на это представление и командовал игроками так, чтобы как можно больше людей потеряли свои деньги.

— Такой вот в наши времена спорт, — не удивился тренер Ло. — Букмекеры и их подставные игры это еще ладно, но коррупция в той же ФИФА, — указал на бегающих по полю футболистов. — Зашкаливает. Спроси любого, почему наша сборная почти на всех турнирах годами вынуждена играть в первых раундах против Австралии, Японии и Южной Кореи, а остальным неизменно достаются более слабые соперники?

— Ну тут такое, — пожал я плечами. — Любые странности в сетке можно преодолеть на личных и командных умениях. Вот сейчас наши ребята замотивированы на победу как надо и дают результат. Но понять предыдущие неудачи можно — когда раз за разом «разбиваешься» об одних и тех же соперников, руки опускаются, а вера в победу сходит на нет.

— Может и зря ты им трусы дарил, — ухмыльнулся тренер Ло. — Сейчас они победят, потом победят еще два-три раза, и половина разъедется из Китая чтобы играть за тех, кто больше всего заплатит.

— Тоже такое, — снова пожал я плечами. — За сборную играть они все равно продолжат, а в топовых командах будут набирать опыт и могут стать сильнее.

У всех свои схемы, секреты и методы — все это «легионеры» принесут с собой в Поднебесную. Законный, этичный и даже хорошо оплачиваемый «врагами» шпионаж!

— Молодости свойственно видеть мир в более светлых тонах, чем он есть на самом деле, — выдал Ло Канг классику.

— Просто в отрыве от Родины вы вестернизировались и утратили связь с учением великого Конфуция — главным ключом к миру в собственной душе, — парировал я. — Иллюзий у меня нет — наш мир несправедливое, жестокое место, полное ужасных, лишенных чести людей. Но если как вы видеть везде заговоры, коррупцию и лелеять свои обиды, зачем тогда вообще пытаться что-то делать? Увольняйтесь, тренер Ло, покупайте себе поместье вдали от людей и проводите остаток дней в депрессии.